Интернет-портал BMF.ru, комментируя вступление закона (на самом деле – поправок к действующему Гражданскому кодексу РФ) в силу, с горечью отметил, что в стране продолжается масштабное наступление на свободу слова. Правда, мы и прежде часто слышали о том, что свободолюбивым гражданам в России вот-вот заткнут рты полностью, что цензура восторжествует, что всех оппозиционных журналистов разом уволят из всех мыслимых изданий, а интернет закроют на амбарный замок и будут пускать туда по паспорту и характеристике с места работы. Однако же вал критических высказываний и всяческих разоблачений с каждым разом только нарастал, а российский сегмент Всемирной паутины по-прежнему кипит, живенько так обсуждая все, что душе захочется, – от злобных козней мировой закулисы до тайного венчания лидера нации.
Быть может, проблема в том, что никакой «расследовательской журналистики» в нашей прессе и не существует? А существуют исключительно так называемые сливы?
Но теперь-то всей этой свободе точно придет конец. Новая редакция Гражданского кодекса прямо запрещает сбор, хранение и распространение информации о чужой частной жизни. «В частности, – поясняет редакция BMF.ru, – не разрешается публиковать данные о расовой, национальной принадлежности, политических взглядах, религиозных и философских убеждениях, состоянии здоровья, а также интимной жизни». Тут призадумаешься: действительно, что за чушь? Ладно интимная жизнь – пусть журналисты таблоидов плачут вместе с любителями покопаться в грязном белье. Но все остальное? Как быть с политиками теперь? Что должна писать о них пресса? «На должность мэра нашего города баллотируется кандидат, который просил не сообщать его имени. Он родился в непонятно каком году в неизвестном городке N-ской области какой-то там страны. Его мать – обычной национальности, папа – юрист. Кандидат твердо и последовательно отстаивает некие политические взгляды. А на этом месте должна была быть его фотография». Надо же. Опять наши депутаты обмишурились, проголосовали за очередной бред, лишь бы оградить себя, любимых, от журналистских расследований.
К несчастью, стоны и плач нашей оппозиционной прессы давно вызывают доверия не больше, чем клятвы и обещания официальных лиц. Всякий раз, читая комментарии к тем или иным событиям, необходимо проверять каждое слово, искать контекст для цитат, видеозаписи, первоисточники. В данном случае пришлось заходить на сайт «Российской газеты» – именно там публикуют все законы и поправки к ним перед вступлением их в силу. Текст поправки, о которой идет речь, гласит: «Не допускаются без согласия гражданина сбор, хранение, распространение и использование любой информации о его частной жизни, в частности сведений о его происхождении, о месте его пребывания или жительства, о личной и семейной жизни». Собственно, это все. Ни слова нет ни о политических взглядах, ни о религиозных или философских убеждениях. То есть так расширительно редакция вышеупомянутого интернет-портала трактует прилагательное «любой» в тексте поправки. Редакция, потому что никаких ссылок на мнения квалифицированных юристов в комментариях к закону просто нет.
Более того, новая поправка к ГК прямо разрешает и сбор, и публикацию той самой «любой» информации, если это сделано в государственных, общественных или иных публичных интересах. А также в случаях, когда информация стала общедоступной ранее или была раскрыта самим гражданином. Вряд ли какой-нибудь чиновник сможет убедить суд и рядовых людей в том, что информация о его откатах, о его квартире в Майями, о маленькой такой яхточке или о втором гражданстве распространялась не в государственных или общественных интересах. Конечно, можно сказать, как часто указывает оппозиция, что наши суды руководствуются телефонным правом и толкуют законы весьма избирательно, но ведь это проблема не закона, а правоприменительной практики.
Так почему же главный редактор «Московского комсомольца» Павел Гусев отмечает, что как председатель Союза журналистов Москвы он всегда выступал и против закона, и против поправок к нему, настаивая, что закон изменит саму суть «расследовательской журналистики»? Почему в этом же ключе высказывается известный оппозиционер Дмитрий Гудков*? Как принятый закон сможет оградить коррумпированных чиновников от внимания прессы и блогеров? Ведь коррупция, простите, это не факт частной жизни, а уголовное преступление.
Быть может, проблема в том, что никакой «расследовательской журналистики» в нашей прессе и не существует? А существуют исключительно так называемые сливы, когда журналист за деньги публикует компромат из неизвестного источника, достоверность которого у журналиста нет ни возможности, ни желания проверять?
Или, быть может, проблема в том, что наши властители дум, увы, за последние годы, сами того не заметив, пожелтели настолько, что с ними в сравнение не идет уже никакой таблоид? Сегодня не только в Сети, но и в прессе можно спокойно обсуждать внешность оппонентов, их дурную кожу и плохие зубы, толщину пивных животиков, выражения лиц у детей и супругов. Это в порядке вещей. Из-под «замков» в социальных сетях вытаскивают частные фотографии, размещают их в открытом доступе. Сообщают телефоны и адреса тех, кто чем-то не угодил: судей, ведущих громкие процессы, чиновников, которые, по мнению властителей дум, чем-то провинились перед ними, обычных граждан, которые имеют не те политические взгляды, которые положено иметь приличному человеку.
Конкретные случаи можно приводить бесконечно. Не так давно в Сети гражданские активисты буквально затравили милую девушку. После окончания юрфака она устроилась помощником прокурора. Вся ее вина заключалась не в плохой работе, не в низкой квалификации. Тем более не в получении взяток. Нет, она всего лишь разместила на личной страничке в интернете свое фото рядом с чужим красивым автомобилем. Юбка у девушки оказалась, по мнению гражданского общества, слишком короткой, а поза – слишком фривольной. Девушка не выдержала потока оскорблений, уволилась. Ее карьера на государственной службе завершилась, не успев начаться. Из-за того самого вторжения в личную жизнь. Интересно, что в замочную скважину с удовольствием подглядывают люди, называющие себя интеллигентами. Те самые, которые так любят обличать «ханжескую мораль» РПЦ, но падают в обморок, увидев чиновницу на отдыхе в бикини с коктейлем в руках.
Вдобавок оппозиция, критикующая закон, не видит почему-то в нем положительных моментов для нее самой. Влезают не только в личную жизнь чиновников, но и в личную жизнь оппозиционеров. Пример тому – вскрытая переписка супруги Алексея Навального, которая совершенно точно не имеет никакого «государственного и общественного» значения.
За последний год наша Дума приняла целый ворох странных и поспешных, на мой взгляд, уложений, которые вполне справедливо подвергаются критике. Но этот конкретный закон, как мне кажется, весьма полезен и нейтрален. Следует беспокоиться не о том, что он возродит цензуру и заткнет кому-нибудь рот, а о том, что при современном интернете он окажется малоэффективен и никак не сможет защитить частную жизнь наших граждан от нежелательного вторжения.
* Признан(а) в РФ иностранным агентом