«Была в Израиле! – почти кричала она. – Кошка умерла! Рядом с нами, почти во дворе строят новый дом – мы против, мы митингуем!» Люди шли мимо, толкали нас. «Давай хоть в кафе зайдем, что ли», – предложила я, когда поняла, что Катя мою руку не отпустит.
Уставшие, обозленные, переполненные обидами люди зачем-то продолжают жить на одной территории
Только когда официант принес чай, экс-соседка немного расслабилась и даже замолчала, чтобы сделать глоток. В этот момент я наконец смогла вставить комплимент: «Ты не изменилась», – и задать вопрос: «А как муж?». Катя поперхнулась: «Не спрашивай!» И тут же начала отвечать, еще более торопливо и эмоционально. «Он меня достал. Он невыносим. Хочу развестись с ним, не представляешь как». Она перечисляла все, что ее достало: равнодушие супруга, его хамство, лень. «Даже тарелку за собой не помоет. Поест и в раковину всю посуду складывает – пусть, мол, отмокает. А если где-то увидит пыль, то сразу начинает орать: «Ты не исполняешь женские обязанности! Ты свинья! Ты и в подметки моей матери не годишься – у нее дом сверкает!» А сам вообще никаких обязанностей не исполняет, в том числе и супружеских. Зато бабам каким-то в аське любезности пишет – я один раз подсмотрела. Козлина!»
Катя заводилась, перечисляла все прегрешения мужа так подробно, что было ясно: обо всем этом она думала уже не один раз. И, возможно, рассказывала все это не один раз. Мне – уж точно. Пять лет назад я уже слышала от нее эти истории про посуду, половую несостоятельность и флирт с девушками в аське. И пять лет назад Катя точно так же негодовала: «Все, развожусь! У меня только одна жизнь, я не хочу ее тратить на того, кто ни во что меня не ставит».
Недавно в моем блоге одна из читательниц по имени Марина рассказала историю: «С одноклассницей мы не виделись 20 лет. Но недавно я нашла ее в соцсети. Спрашиваю: «Как ты, что ты?» Она ответила, что живет там-то, работает, у нее дочь: «И еще я страшно мечтаю развестись». Мне показалось, что двух десятилетий как не бывало. Пишу ей: «Так это я знаю! Неужели ты все еще мечтаешь развестись?» Не понимаю, зачем она так страдает? Жить с нелюбимым мужем ради ребенка – это все, конечно, почетно и праведно, помогает быть причисленным к лику святых. Но неужели за 20 лет она не нашла человека, с которым хотела бы жить в радости? А что видела ее дочь все эти годы? Скандалы и самопожертвование? И если ее молодой муж точно так же начнет изменять ей, как папочка мамочке, то она будет так же терпеть и, ничего не предпринимая, мечтать о разводе?»
Я сразу вспомнила эту грустную историю, когда слушала Катю. Пять лет прошло, и еще 15 пролетит – а она все так же будет мучиться, ненавидеть мужа и ничего, абсолютно ничего не менять в своей жизни? И, схватив меня за руку на улице, пенсионерка Катя начнет жаловаться на то, что благоверный целыми днями лежит на диване, критикует ее внешность, ее карьеру, ее стряпню? А я буду думать: кажется, у меня дежавю?
Не знаю, сколько на свете таких хронически больных семей, где два человека, которые должны быть самыми лучшими друзьями, годами презирают друг друга. Но какой-то процент таких союзов точно существует – не от одной Кати я слышала подобные монологи. И для меня всегда было загадкой – почему ни один из двоих ничего не меняет. Уставшие, обозленные, переполненные обидами люди зачем-то продолжают жить на одной территории. Они не пытаются спасти брак. И не бегут из супружеского ада, который сами для себя создали.
Нам принесли второй чайник зеленого чая, а Катя все продолжала объяснять мне, насколько ужасна ее жизнь. «Ты же можешь бороться за свой комфорт, – пыталась я ей намекнуть. – Ты же ходишь на митинги, чтобы не допустить строительства под своими окнами. Значит, тебе важно, в какой обстановке жить?» Катя кивала: «Да, я бы не хотела существовать среди грохота вбиваемых в землю свай». И продолжала рассказ о том, как невыносимо ей существовать рядом с мужем.
Она напоминала инфантильного служащего, который сидит в своей конторе с 1980-х и ноет: «Я ненавижу свою работу! Я получаю копейки! Я не реализую свой творческий потенциал!» И я была почти уверена, что если сказать ей напрямую: «Так измени что-то. Дай себе шанс стать счастливой», – она начнет уверять, что это совершенно невозможно. Легче остановить КамАЗы.