Самец удильщика – рыба хитрая. Обладает хорошо развитыми глазами и крупными обонятельными органами. Это позволяет ему отыскивать самку по запаху феромонов, следы которых долгое время сохраняются в практически неподвижной воде больших глубин. Приблизившись к самке, удильщик много времени на процесс ухаживания не тратит. Ам! И сразу вцепляется в ее бок острыми зубами. Барышня, конечно, может дергаться, психовать, кричать: «Оставь меня в покое!» Но это, как правило, не помогает. Самец держится крепко и вскоре срастается с самкой губами и языком, его челюсти, зубы, глаза и кишечник редуцируются так, что в конце концов сам он полностью превращается в придаток.
Кошмар! – вопит публика. – Это что-то невероятное! Стряхни его, Инна, стряхни!
Питание такого самца, как нам сообщают ученые, осуществляется за счёт крови самки, потому что их кровеносные сосуды тоже срастаются. То есть самка охотится, носится там по своему океану, как угорелая, а половину ее пищи отнимает мужик-кровосос, который, это нам и без ученых понятно, неплохо устроился. Только попискивает, наверное, иногда что-то успокаивающее, вроде: «Мы с тобой одно целое, дорогая».
Таких самцов и на суше предостаточно, кстати. Взять хотя бы Ромку – он всегда так живет, за счет милых дам. Сначала его тянула мама. После института он прицепился к Даше, потом перекинулся на более успешную Катю, а сейчас прилип к Инне Сергеевне. Та, кстати, не против. Женщина сильная, занимается бизнесом, умело руководит подчиненными, ее даже по имени-отчеству называют с 23 лет, так что придаток Ромка ей не очень мешает – вырабатывает иногда сперму, приспособленец церациевидный, да и ладно. А еще он, что тоже немаловажно, умеет неплохо варить суп. Если продукты принести.
Придаток Ромка ей не очень мешает – вырабатывает иногда сперму, приспособленец церациевидный, да и ладно (фото: Getty Images\Fotobank.ru) |
У Инны Сергеевны за хребтом сидит еще и взрослый сын. Так что ей, по большому счету, все равно, кого тянуть – одного самца или двоих. Женщины в России к этому вообще привычные. Да и самки удильщика, между прочим, тоже. «Википедия» нам сообщает, что «на одной и той же самке может одновременно паразитировать до трех самцов». Однажды прикрепившись, они полностью утрачивают самостоятельность. Просто не могут уже жить по-другому. Сын-лентяй: «Где мои носки, мама?» Муж-инфантил: «Милая, меня уволили, полежу-ка я на диване, пока мировой экономический кризис не утихнет». Начальник, не способный даже самостоятельно налить кофе. Паразиты повсюду.
Что самое интересное – никто в среде удильщиков, на дне океана, не осуждает этих ребят. Некоторые самцы плавают там самостоятельно и преуспевают в поисках пищи, хотя ее количество на больших глубинах ограничено, а некоторые пристраиваются к девушкам и только указания раздают: «Право руля! Быстрее, что тормозишь, глупая? Я есть хочу!» И та, и другая ситуация считается нормальной – животный мир, каждый устраивается, как может.
А Ромку, бедного, достали. Казалось бы, пора привыкнуть – в самостоятельном плавании Роман никогда не находился. Такой уж он человек: была бы лишь быстрорастворимая лапша, кипяток и компьютерные прибамбасы, больше ему ничего и не надо. Зато парень умеет удачно находить сильных самок, которым надо все: хорошая еда, одежда, квартира, машина. Такая самочка и себя обеспечивает, и присосавшемуся к ней самцу все добывает. Кому какое, спрашивается, дело.
Но люди – не рыбы. Не молчат. Люди осуждают Романа: «Альфонс!» – снова и снова капают на мозги Инне Сергеевне: «Зачем тебе такой мужик? Он твой ровесник, а ведет себя, как ребенок, никаких целей у него в жизни, никаких устремлений. Фу, позорище». Инна Сергеевна хочет иногда воскликнуть: «Почему же? Сейчас, к примеру, он мечтает достичь третьего уровня в своей новой игре. Ему нравится ходить по дому в трусах, щипать меня за попу и есть соленые огурчики прямо из банки. Не говорите, что у него нет целей в жизни!»
Но она молчит, крыть ей нечем. Любит она своего альфонса, наверное. Ее все устраивает, его все устраивает. Но общество требует, чтобы мужчина был добытчиком, чтобы он всегда рвался в бой, трудился на пределе сил, был каменной стеной. Когда этого не происходит – вердикт выносится мгновенно: «Этот твой Рома – ни на что не годный экземпляр».
Общество и ухом бы не повело, если б Инна Сергеевна сидела вот так дома, зарабатывая какие-то фрилансовые крохи. Общество благодушно взирало бы на ее крепкие зубы: «Молодец, Сергеевна, удачную партию себе нашла!» – если б она намертво вцепилась в бок мужа или какого-нибудь другого спонсора. Но видеть, как мужчина вцепился в ее бок, никто не может. «Кошмар! – вопит публика. – Это что-то невероятное! Стряхни его, Инна, стряхни!»
Подотряд рыб из отряда удильщикообразных состоит из 10 семейств, включающих почти 120 видов. Кто-то из них ведет свободный образ жизни, кто-то становится отростком самки, кто-то ухаживает за своей избранницей, как положено – чуть ли не задаривая ее цветами и бриллиантовыми колье. Индивидуумов много, все они разные, иногда совсем не похожие друг на друга, но не перестающие от этого быть самцами... Почему же у людей должно быть иначе?