20 февраля, понедельник  |  Последнее обновление — 23:06  |  vz.ru

Главная тема


Даже оппоненты России "шокированы" и "опустошены" внезапной смертью Чуркина

«Мы валимся в хаос»


Автор идеи об «аренде» Крыма: Еще пару недель, и собрать Украину будет невозможно

психологический портрет


Отставной российский дипломат рассказал, как Путину готовят досье на Трампа

пьяная драка


Литовская полиция скрутила агрессивных военных НАТО

«будет иметь последствия»


Китай пригрозил корейскому холдингу из-за участия в строительстве системы ПРО

Особый случай


В Гибралтаре арестовали крупнейшую в мире парусную яхту российского миллиардера

«Ветераны АТО»


Украинские радикалы решили заблокировать железнодорожное сообщение с Россией

война в донбассе


Назначен новый комбат батальона «Сомали» вместо убитого Гиви

«непростительная чушь»


Американцы напрасно пытаются высмеять разведкорабль «Виктор Леонов»

подготовка сценария


Надана Фридрихсон: Трамп будет разбивать треугольник Москва – Тегеран – Анкара

украинское вундерваффе


Денис Селезнев: Пули новой разработки, от которых несладко придется даже танку «Армата»

Конференция по безопасности


Дмитрий Дробницкий: Первой целью нового мюнхенского сговора должен стать Трамп

на ваш взгляд


Россия признала паспорта ДНР и ЛНР. Какие дальнейшие шаги должна делать Москва по отношению к республикам Новороссии и Украине?

Саркози приехал в Москву, чтобы снова стать президентом

Путин с бывшим и вероятным будущим президентом Франции   29 октября 2015, 21:15
Фото: Алексей Никольский/пресс-служба президента РФ/ТАСС
Текст: Петр Акопов

Версия для печати  •
В закладки  •
Постоянная ссылка  •
  •
Сообщить об ошибке  •

Визит в Россию бывшего президента Франции интересен как в контексте русско-французских отношений, так и более широком – российско-европейском. Если даже такие атлантисты, как Саркози, стремятся вернуть нормальные отношения с Москвой – это явный признак определенных общественных настроений в ЕС. Впрочем, у Саркози для общения с Путиным есть и свои, личные причины.

Николя Саркози нельзя отнести к тем европейским политикам, с которыми у Путина сложились доверительные и близкие отношения – это не Сильвио Берлускони и не Герхард Шредер.

«Саркози вовсе не русофил – но он хорошо чувствует веяние времени и приспосабливается к обстоятельствам»

И тут дело не только в личной «химии», и даже не в том, что Путин мало общался с Саркози в период его пребывания у власти – в 2007–2008 годах. Ведь через несколько дней после возвращения Путина в Кремль в мае 2012 года Саркози проиграл выборы, не сумев переизбраться на второй срок. Дело во взглядах и характере Саркози – он резко критиковал Путина и Россию до того, как стать президентом, у него репутация атлантиста (достаточно напомнить, что именно он вернул Францию в военные структуры НАТО, которые она покинула еще при де Голле) и довольно скользкого человека. Чего стоят хотя бы очень похожие на правду обвинения сына Каддафи в том, что Саркози получил от полковника десятки миллионов долларов, в том числе и на предвыборную кампанию – а потом стал главным инициатором вторжения в Ливию и направил французский спецназ, чтобы убить Каддафи.

Во Франции есть и более достойные сторонники нормального развития русско-французских отношений, в том числе и два предшественника Саркози – Жак Ширак и Жискар д'Эстен, и бывшие премьеры Фийон (с которым Путин встречался этим летом) и де Вильпен (он на прошлой неделе был на Валдайском форуме). Все они голлисты – но сейчас партия в руках Саркози, переименовавшего ее в «Республиканцев». Ему, правда, еще предстоит выиграть внутрипартийные праймериз в следующем году – где одним из его главных соперников будет мэр Ниццы Кристиан Эстрози, так же настроенный на восстановление русско-французских отношений – но, скорее всего, именно Саркози будет выдвинут кандидатом в президенты.

И у него есть неплохие шансы через полтора года победить на президентских выборах – нынешний президент Олланд запомнился только стабильно низкой популярностью, и сами социалисты находятся в глубоком кризисе. Лидер «Республиканцев», правда, уступает в популярности Марин Ле Пен (которая, по сути, и является настоящей наследницей де Голля как минимум в плане внешней политики), но для избрания главы «Национального фронта» время еще не пришло. Во втором туре против нее и за любого другого кандидата проголосуют очень многие напуганные либерально-социалистической пропагандой о «фашизме» Ле Пен избиратели.

Так что сейчас Саркози важно попасть во второй тур – и для этого ему нужно показать себя большим патриотом, чем Ле Пен. Если он выйдет во второй тур вместе с социалистом – за него проголосуют сторонники Ле Пен, а если он окажется во втором туре вместе с ней, то его поддержат избиратели социалистов. Поэтому его поездка в Москву как раз и демонстрирует, что он соперничает с ней не только по внутриполитической повестке.

Саркози пытается доказать французским избирателям, что он сторонник национального суверенитета и ограничения миграции и демонстрирует намерения поддерживать хорошие отношения с Россией – ведь Ле Пен последовательно выступает против атлантистов и за тесные связи с Москвой. Оба политика высказывались за передачу России «Мистралей» – контракт был подписан при президентстве Саркози, оба фактически поддержали возвращение Крыма в Россию, оба выступили против санкций. Так что соревнование на российском направлении будет идти и дальше.

После ухода с поста президента это уже третья встреча Саркози с Путиным – он приезжал в Россию осенью 2012 года, а прошлым летом президент России принимал его в Сочи. Последняя встреча, правда, была закрытой для прессы – но тогда Саркози еще и не был лидером главной оппозиционной партии. В этот раз он привез с собой большую делегацию – шесть депутатов парламента – и начало беседы было опубликовано.

Саркози приехал к Путину после своей лекции в МГИМО – и сразу же передал ее главный посыл:

«Мир нуждается в России – Россия и Европа обречены работать вместе. Несмотря на то, что между нами иногда случались какие-то разногласия, между нашими странами, когда мы с вами разговаривали, то нам всегда удавалось находить правильный компромисс. Потому что я никак не могу понять, как можно найти компромисс, если ты не обсуждаешь проблему, не общаешься со своим оппонентом.

Нужно общаться друг с другом, нужно слушать друг друга, главное – нужно друг друга уважать. Мне кажется, это основные пути развития и России, и Франции: необходимо взаимное уважение... Думаю, что никто не чувствовал себя преданным, никого не унижали. Я не хочу сказать, что компромисс, которого мы достигали, был идеален сам по себе, но мы смогли избежать противостояния, и я убежден в необходимости выйти из периода противостояния, которое мы сейчас переживаем».

Саркози таким образом и напомнил о своей роли посредника между Россией и Западом после войны 2008 года, и заявил, что нужно налаживать диалог и сейчас. В принципе, и Франсуа Олланд не против диалога. На днях Путина снова пригласили в Париж – на международный саммит по климату, который пройдет в конце ноября: понятно, что это всего лишь повод для новых переговоров по Сирии и Украине. Но самостоятельность Олланда сильно ограничена – история с «Мистралями» показала его зависимость от атлантистов, а по украинской теме он и вовсе следует за США и Германией.

Не говоря уже о том, что российская операция в Сирии ставит Париж в крайне неудобное положение. Среди европейских государств Франция была главным противником Асада и самым последовательным сторонником «умеренной оппозиции», и изменить сейчас позицию будет очень сложно. Но придется – хотя пока что Париж и продолжает ориентироваться на Вашингтон, в самой Франции политику Олланда по Сирии все больше критикуют за несамостоятельность и зависимость от США и Катара (эмиры много «вложили» во французскую элиту еще со времен Саркози).

И в этой ситуации атлантист Саркози хочет показать, что он и меньший атлантист, чем Олланд, и больший друг России, чем Ле Пен. Как он заявил в своей лекции в МГИМО, «я всегда буду вашим другом, но другом искренним. Это не тот, кто говорит то, что вы хотите услышать, друг – это человек, который имеет убеждения. Настоящий друг – это тот, кто говорит искренне». Выступление Саркози было построено на подчеркивании важной роли России в мире и осуждении попыток ее изоляции. По сути, он спорил с Вашингтоном, который, хотя и готов признать срыв блокады, все же продолжает жесткий прессинг европейцев с тем, чтобы не допустить отмены санкций и восстановления нормальных отношений России и Европы:

«Без России мы не можем отвечать на серьезные вызовы и острейшие кризисы, которые возникают сегодня. Те, кто забыл об основополагающей роли России, совершили ошибку. Франция ее не совершила... Не стоит сейчас возвращаться к причинам тех испытаний, которым подвергаются наши отношения. Отдаление друг от друга – это ошибка. Россия и Франция нуждаются в том, чтобы работать вместе. Нужно сделать выбор в пользу сближения и диалога с Россией...

Бессмысленна попытка развязать новую холодную войну, так как это будет поражением для всех сторон. Я никогда не принадлежал к числу тех, кто опасался возвращения России на международную сцену, потому что я всегда считал, что судьба России – это быть великой мировой державой, а не региональной державой, и как мировая держава должна нести соответствующую всемирную ответственность».

За поездкой Саркози в Москву внимательно следили французские власти, и, комментируя ее, премьер Вальс даже попросил экс-президента «не ставить под вопрос то, над чем мы сегодня работаем. Необходимо единство, и это тоже элемент силы, необходима надежность позиций Франции во внешней политике». Проблема в том, что в самой Франции внешняя политика социалистов не вызывает уважения и не находит понимания – ввиду ее несамостоятельности и слабости. Ее критикуют и бывшие президенты, и будущие, и националисты, и левые евроскептики, и правые традиционалисты. Саркози, конечно, далеко не самый надежный партнер и вовсе не русофил – но он хорошо чувствует веяние времени и приспосабливается к обстоятельствам.

И если уже и он все более активно выступает за смену курса в отношении России, то это означает, что даже самые верные атлантисты в Европе чувствуют перемену погоды. Саркози не просто присоединяется к мнению большинства французской элиты, которая все громче говорит о необходимости возвращения к по-настоящему независимой внешней политике – что автоматически подразумевает и нормализацию франко-русских отношений – но и, по своей привычке, пытается извлечь максимальную выгоду для себя лично из таких настроений. Так что не нужно удивляться перекрашиванию Николя из Ника в Николая – таково веление времени. Хочешь в Елисейский дворец – поговори с Путиным.


Вы можете комментировать материалы газеты ВЗГЛЯД, зарегистрировавшись на сайте RussiaRu.net. О редакционной политике по отношению к комментариям читайте здесь

 
 
© 2005 - 2016 ООО Деловая газета «Взгляд»
E-mail: information@vz.ru
.masterhost Apple iTunes Google Play
В начало страницы  •
Поставить закладку  •
На главную страницу  •
..............