Кризис оппозицию не греет

Докатившийся до России мировой финансовый кризис пока не имел никаких политических последствий. «Мнение о том, что раз в экономике становится хуже, то обязательно снижается рейтинг доверия к политическим силам, не обосновано», – заверил в четверг генеральный директор Всероссийского центра измерения общественного мнения (ВЦИОМ) Валерий Федоров.

В России до сих пор институты значат гораздо меньше, чем персоны

По его словам, доверие к президентской власти последние четыре года стабильно высоко. Так, в январе 2004 года в симпатиях к главе государства расписывались 71% россиян. Через год рейтинг лидера страны снизился до 65%, что было связано с принятием закона о монетизации льгот. Однако впоследствии доверие к Кремлю неизменно росло. И к январю 2008 года достигло рекордных 83%.

В мае Владимира Путина у руля страны сменил Дмитрий Медведев, и рейтинг доверия к президенту снизился до 73%. Но в августе, во время войны в Южной Осетии, когда, по мнению граждан РФ, Медведев впервые показал себя главой государства, его рейтинг вырос до 79%. Сейчас лидера страны поддерживают 72–74% россиян.

«Военный фактор ушел, но антирейтинг президента не вырос. Стало больше неопределившихся», – пояснил Валерий Федоров.

Если президенту в последние годы соотечественники доверяют фактически безоговорочно, то к фигуре премьер-министра отношение всегда было более скептическое. Так, в марте 2008-го первому человеку в государстве доверяли 80% респондентов, а второму – только 57%.

Ситуация кардинально изменилась после того, как правительство возглавил Владимир Путин. «С июня 2008-го премьера одобряет чуть большее количество россиян, чем президента», – рассказал гендиректор ВЦИОМ. По его словам, разрыв в лидирующей паре обычно составляет 5–7%. К примеру, в ноябре о своей поддержке действий премьер-министра заявили 79% сограждан.

При этом правительству в целом доверяют только 53% россиян. Хуже обстоит дело с рейтингами у Госдумы и Совфеда – они заслужили одобрение 38% опрошенных. Однако и тут имеет место быть заметный прогресс: в 2004 году горой за нижнюю палату стояли только 23% россиян, а за верхнюю – 25%.

«В России до сих пор институты значат меньше, чем персоны», – прокомментировал результаты исследования Валерий Федоров.

На эту тему
• Есть такая партия
• Страна народного недоверия
• Конфликт в рейтингах
• Смазка для бюрократии
• Евровидение

В личных рейтингах доверия опять же лидирует даже не премьер-министр, а просто политик Владимир Путин. В 2006 году в симпатиях к нему признавались 50% опрошенных, в декабре 2007-го – 57%, в июне 2008-го – 61%, а в ноябре – 58%. Хотя в начале лета о кризисе никто даже не мыслил, а в ноябре «он нам грозит по полной программе», снижение в 3%, по словам Валерия Федорова, вполне укладывается в статистическую погрешность. Так что потирать руки оппозиции рановато.

Вторым на пьедестале личных рейтингов стоит Дмитрий Медведев, которому удалось набрать очки буквально за два года. В конце 2006 ему доверяли только 7% россиян. В начале 2007-го, когда нынешний президент смог показать себя на посту первого вице-премьера, Медведева одобрял каждый пятый житель нашей страны. После выдвижения в президенты его рейтинг вырос до 34%, в нынешнем сентябре на пике миротворческой волны – до 46%. А сейчас застыл на уровне 43%.

«Остальные политики с Медведевым и Путиным состязаться не в силах», – констатировал Валерий Федоров. И привел в качестве доказательства результаты еще троих. Самого успешного из них – главу МЧС Сергея Шойгу – одобряют 8% респондентов. В пользу вице-премьера Сергея Иванова высказываются 7% россиян, а его коллегу Виктора Зубкова поддерживают 3% соотечественников.

Что касается межпартийных «чемпионатов» доверия, по которым часто можно отследить влияние кризиса на аудиторию, здесь все спокойно. Падения рейтингов партии власти и резкого взлета популярности оппозиции, которые, по прогнозам некоторых аналитиков, должны были случиться на фоне всемирного экономического коллапса, не происходит.

Как объяснил Федоров, единственный показательный пример перераспределения симпатий пока относится к периоду монетизации льгот. Тогда рейтинг «Единой России» снизился с 30% до 24%, а уровень поддержки КПРФ вырос с 7% до 14%. Впрочем, власть «быстро нашла ответы» на все интересующие россиян вопросы. Так что уже в 2006 году «Единая Россия» имела в запасе голоса 45% респондентов. А показатели КПРФ вновь застопорились на отметке 7%.

После прошлогодних думских выборов результат единороссов, по словам Федорова, стабильно колеблется между 58% и 61%. ЛДПР и «эсеров» поддерживают 3–4% россиян. А самыми успешными оппозиционерами остаются коммунисты с показателем доверия в 6–9%.

«Политического кризиса нет. Есть кризис финансовый и экономический», – сделал вывод гендиректор ВЦИОМ.

Это подтверждают и индексы социального самочувствия россиян. По словам Валерия Федорова, единственный показатель, который неуклонно растет, – индекс одобрения соотечественниками существующей политической обстановки. С сентября он увеличился с 64 до 68 пунктов.

Остальные позиции потихоньку снижаются. По словам главы ВЦИОМ, кризис пока не оказал серьезного влияния на судьбы соотечественников, но «ощущение, что дела пошли куда-то не туда, нарастает».

Так, степень удовлетворения собственной жизнью среди россиян за два последних месяца упала с 51 до 48 баллов. Немного «просел» показатель довольства своим материальным положением. Но достаточно серьезно снизился только индекс-прогноз. Теперь значительно меньшее количество граждан РФ уверены, что через год будут жить лучше. «Пока перелом в прогностическом ключе: мы думаем, что завтра будет хуже, чем сегодня», – объяснил Федоров.

При этом, по словам гендиректора Национального агентства финансовых исследований (НАФИ) Ольги Кузиной, меньше всего оптимистов среди хорошо образованных москвичей и питерцев среднего возраста с высокими доходами.

«Кризис доверия не повсеместный, он пока не критический. Но можно предположить, что в ближайшее время по всей России индекс недоверия также вырастет», – считает Ольга Кузина. И подчеркивает, что речь идет о доверии россиян именно к финансовым институтам и инструментам.

Федоров согласился, что «напряжение присутствует», кризисные явления «проявились пока не в полной мере», посему впереди нас, судя по всему, ждут несколько «тощих» лет. Однако результаты социсследований ясно демонстрируют: рассказы о том, что «в последние годы все в стране шло на поправку», не пропаганда, а реальность. Видимо, поэтому народ не спешит винить в финансово-экономических разочарованиях действующую власть.

«Политических последствий кризиса в России не обнаружено», – заключил Валерий Федоров.