Директор Института энергетики и финансов Владимир Фейгин рассказал газете ВЗГЛЯД о перспективах реализации газопровода Nabucco
В пятницу стало известно, что госфонд Абу-Даби (IPIC) может присоединиться к консорциуму по строительству газопровода Nabucco. При этом IPIC уже владеет 20% австрийской OMV, которая является участником проекта. Директор Института энергетики и финансов Владимир Фейгин объяснил газете ВЗГЛЯД, чем может помочь Nabucco этот фонд, а также рассказал о нынешнем состоянии и перспективах реализации главного конкурента российского «Южного потока».
«У Nabucco несколько проблем»
– В пятницу стало известно о том, что госфонд Абу-Даби может присоединиться к консорциуму по строительству газопровода Nabucco. Скажите, означает ли это, что Nabucco получил второй шанс?
– Сейчас у Nabucco есть несколько проблем. С одной стороны, есть большая решимость Европейского союза его продвигать, а с другой стороны – проблемы, связанные с неопределенной ресурсной базой. Поддержка ЕС, конечно же, не может быть безграничной. То есть за одни его деньги газопровод построен не будет.
«Я не исключаю, что Nabucco будет построен по частям»
Именно поэтому сейчас акционерами Nabucco и проводится серьезная аналитическая работа с целью продвижения проекта и снижения рисков. Обычно, когда такие институты, как Европейский банк реконструкции и развития (ЕБРР), участвуют в подобного рода проектах, инвесторы легче присоединяются к ним. Именно поэтому тот же госфонд Абу-Даби и может принять решение о присоединении к Nabucco. А ресурсы, которые так необходимы проекту, у него есть.
– А как вообще сейчас обстоят дела с Nabucco? Что сейчас больше всего тормозит реализацию проекта?
– Проект Nabucco – открытый проект. Обычно все газопроводы строились поставщиками газа. То есть известно для кого и кем. А в случае с Nabucco остается много пока нерешенных вопросов. Главный из них – кто будет качать газ? Получается, кто принесет газ, тот и будет качать. На словах, конечно, упрощается задача, но на деле – нет.
Другое дело, если бы разработчики собрали необходимые для строительства финансовые ресурсы. Тогда бы черт с ней, с загрузкой, можно строить. Но те, кто дает деньги, они как раз эти вопросы и задают: какие гарантии того, что деньги вернут?
А традиционные гарантии – это контракт. С этим как раз и главная загвоздка. Пока какие-то ресурсы подразумеваются, но это не 10 млрд, которые нужны проекту. Я не исключаю, что он будет построен по частям. Но решимость у ЕС есть. Ну а дальше – что ж, пусть рискуют.
«Конечно, это политический проект»
(фото: fief.ru) Владимир Фейгин: Nabucco – политический проект
|
– Критики Nabucco утверждают, что это больше политический, а не экономический проект. Согласны ли вы с этим?
– Конечно, это политический проект. Сомнений нет. Экономический проект – это когда есть конкретные заказчики, готовые оплатить будущие затраты. А если этой комбинации нет, то тогда получаются другие факторы – конечно, политические. Потенциальные страны-участницы почувствовали себя на перекрестке интересов. И они хотят из этого проекта для себя что-то выжать.
– В начале мая Азербайджан подтвердил готовность направить по Nabucco 50% своего газа (примерно 12 млрд куб. м), а в конце мая ЕС достиг успеха в газовых переговорах и с Туркменией, которая зарезервировала для европейского газопровода 10 млрд куб. м газа. То есть с ресурсной базой у Nabucco все хорошо?
– Отмечу сразу, что Туркмения хоть и зарезервировала 10 млрд кубометров газа, но как она их доставить собирается? Непонятно. Есть рассуждения насчет того, что арабский газ может придти, в Ираке газ есть, может быть, туркменский газ через Иран. Но с Ираном история вообще отдельная. Не все этого хотят, потому что все риски, связанные с возможными санкциями, перекинутся на Nabucco. Но еще раз – пока ясности и тем более договоренностей никаких нет.
«Места хватит всем»
– Не переоценивают ли страны Средней Азии свои возможности, раздавая обещания поставлять газ и Nabucco, и «Южному потоку»?
– У разных стран – разные возможности. Что касается Туркмении, то у них ресурсы увеличились за последнее время. Там открыто новое месторождение. Я полагаю, что у них есть основания говорить о расширении поставок. Однако в какой конкретной мере – большой вопрос.
– В Европе принято считать, что строительство Nabucco положительно скажется на энергетической безопасности Европы. Но так уж ли безопасно доверять той же Туркмении и Азербайджану?
– Конечно, небезопасно. Риски очень велики. Хочется у них спросить – вы чего хотите? Вы хотите вести собственную политику, невзирая на затраты? Ради Бога. Конечно, тогда они окажутся в ситуации, которую мы с вами сейчас обсуждаем.
– И последний вопрос: оцените конкуренцию между Nabucco и «Южным потоком»?
– Это зависит от того, как европейский рынок будет развиваться. Если достаточно бурно, то места хватит всем. Сейчас в отношении европейского рынка прогнозы очень неопределенные. Есть сценарий, по которому зависимость от России снижается.
Вообще, скажу, что все существующие проекты могут оказаться конкурентами. Тут нужно учитывать повышение ясности и предсказуемости. Что касается «Южного потока», то там сейчас еще стадия технико-экономического обоснования. Когда оно будет сделано, то все нюансы и выяснятся. И тогда можно говорить о чем-то. А сейчас – рано.