«300 млрд остались на бумаге»

Выступая на заседании гильдии финансистов в пятницу, зампред Сбербанка Бэлла Златкис резко высказалась о том, что механизм госгарантий на самом деле не работает.

300 млрд остались на бумаге

«В каком-то там 23 пункте (бюджета) написано, что это гарантии субсидиарные, а не солидарные», – сказала Златкис, добавив, что из этого вытекает, «что государство никогда не сможет ее исполнить. Следовательно, Сбербанк не сможет выдать ни рубля под такую гарантию. Следовательно, 300 млрд остались на бумаге», – цитирует Златкис РИА «Новости».

Речь в данном случае идет о 300 млрд рублей, которые в бюджете предусмотрены сейчас на госгарантии.

При субсидиарной гарантии гарант обязан исполнить обязательство за должника лишь в том случае, если последний не удовлетворил требований кредитора, то есть государство выплатит кредит за должника банка, только если предприятие окажется банкротом. Тогда как в случае с солидарной гарантией кредитор вправе требовать исполнения в полном объеме от любого из должников (либо от организации-должника, либо от гаранта), то есть банк-кредитор может требовать выплаты как у предприятия-должника, так и у предоставившего гарантию государства.

На эту тему
• Банковская тайна умрет
• «Банки умеют скрывать реальную ситуацию»
• «Моральный ущерб»
• ВЕФК спасли для жуликов

То есть прежде чем Сбербанку вернут кредит, ему нужно подать заявление о банкротстве предприятия, которое не смогло вовремя погасить кредит, а затем уже получить деньги. Это, особенно в российских условиях, принципиально усложняет механизм возврата денег.

«Банк продает все заложенное имущество и только потом может получить деньги по гарантии. Следовательно, надо банкротить предприятие, так как в основном у нас в залоге – станки и оборудование», – цитирует Златкис РИА «Новости».

Банкам это не нравится, вся процедура обычно занимает продолжительное время, а это означает рост издержек и упущенные выгоды, говорит начальник аналитического отдела ИК «Файненшл Бридж» Алексей Серов. Кроме того, цена оставшихся активов после банкротства предприятий может не устроить кредитора.

«Банки боятся ухудшения своих кредитных портфелей», – комментирует Алексей Серов.

Медлительность чиновников возмущает и президента РФ Дмитрия Медведева. Пока не выдана ни одна гарантия, говорил он на прошлой неделе и призвал правительство поторопиться с выдачей госгарантий. «Нужно быстрее все это делать. Цена вопроса – остановка производства», – говорил Медведев.

Тогда же вице-премьер Игорь Шувалов рассказал о том, как государство помогает стратегически важным предприятиям. По его словам, 26 предприятий запросили гарантии на сумму 213 млрд рублей. Комиссия под руководством Шувалова приняла решение выделить 47,5 млрд госгарантий шести предприятиям и продолжила работу над остальными. Однако, судя по реакции банкиров, выдавать эти гарантии бессмысленно – банки сделают все, чтобы не получить убытки.

А они, судя по всему, неизбежны. Банкиры, денежные власти и аналитики соревнуются в прогнозах относительно возможного уровня просроченных кредитов. Министр финансов Алексей Кудрин говорил о новой волне кризиса в финансовой системе, которая будет связана с невозвратами кредитов банкам и дефолтами.

Согласно последним оценкам экспертного совета при правительственной комиссии под руководством первого вице-премьера Игоря Шувалова, доля просроченных кредитов может достичь 10–20%. Вчера источник «Интерфакса» со ссылкой на слова министра финансов Алексея Кудрина говорил, что реальный уровень просроченных кредитов в банковском секторе РФ уже составляет около 10 процентов.

Апокалипсический прогноз высказал и глава Альфа-Банка Петр Авен в интервью газете Financial Times. По его мнению, сотни российских банков могут разориться из-за невозвратов кредитов. «Возможно, 20–30 крупнейших банков, включая Альфа-Банк, получат помощь от государства, мы уверены. Но будущее сотен небольших банков под большим вопросом. Думаю, что сотни банков исчезнут к концу года», – приводит слова Авена Reuters.

На круглом столе гильдии финансистов в пятницу Авен повторил мрачные цифры. «Нам грозят большие проблемы. Уровень реальной просрочки по банковскому сектору уже 10%, к концу года будет 15%», – цитирует его «Интерфакс».

Не все, впрочем, разделяют столь пессимистичную точку зрения, первый зампред ЦБ Алексей Улюкаев, например, сказал в интервью «Эху Москвы»: «Я думаю, что никаких особых банкротств у нас не будет. Но это не значит, что я не должен готовиться к этому».

Центральный банк пока держится оптимистичных оценок. По словам первого зампреда ЦБ Геннадия Меликьяна, которого цитирует Reuters, просроченная ссудная задолженность по кредитам юрлицам, за исключением банков, выросла на 1 марта до 3,1%, по кредитам физлицам – до 4,1%.