Как Микки Рурк сеял смерть

Фильм же, в оригинале называющийся Immortals (то есть просто «Бессмертные»), предваряется эпиграфом из Сократа: «Все человеческие души бессмертны, но души праведников и бессмертны, и божественны». Впрочем, думать над эпиграфом долго не придется: начавшись как среднего пошиба компьютерная/ролевая игра по мотивам древнегреческих мифов, «Война богов» проникается аутентичным духом греческой драмы и превращается в подлинный героический эпос. Да и обещанная кровища начинает течь в промышленных масштабах.

#{image=574463}Но самое главное в «Бессмертных» – особый взгляд/почерк бывшего клипмейкера (многие наверняка помнят скандальный клип R.E.M. «Losing My Religion») и, как считают многие, «главного визионера Голливуда» Тарсема Сингха, индуса по происхождению, безжалостно, по-азиатски щедро наполняющего пустынный и горный ландшафт сюрреалистичными образами и преувеличенно яркими красками.  Сюжет «Войны богов» отсылает к ряду древнегреческих мифов (в сценаристах фильма два брата – Чарли и Влас Парлапанидес, как видно по фамилиям, всамделишные греки, так что им виднее).

Настроенный как варвар, сложенный, как рестлер-алкоголик, жаждущий завладеть Эпирским Луком, выпустить заточенных в клетку титанов и отомстить богам царь Гиперион (Микки Рурк) потихоньку завоевывает Элладу, сея смерть и разрушения на своем пути. Единственный, кто может противостоять мегаломану и садисту, – бастард Тесей (Генри Кавилл), его воспитывает сам Зевс (Люк Эванс), скромно замаскировавшийся под старика-оборванца (Джон Херт).

Тесей боится в своей жизни только одного: не успеть защитить любимых, а именно свою мать. Когда Гиперион безжалостно перерезает ей горло, Тесей клянется отомстить, а пантеон богов с интересом взирает с Олимпа на происходящее внизу – им больше не приходится скучать, эти человечки такие забавные.

В борьбе с бойцами Гипериона Тесею помогают пророчица и (до поры до времени) девственница Федра (Фрида Пинто) и беглый вор Ставрос (Стивен Дорфф). В то время как в финале параллельно происходят две схватки – эллинов с варварами и богов-олимпийцев во главе с Зевсом с серо-стальными титанами, выпущенными из клетки.

Эта солянка из древнегреческих мифов, адаптированных для читателей младшего школьного возраста, получилась вполне съедобной. Правда, стоит оговориться, что тех, кто не привык к «визуалу» Сингха, «Война богов» вполне может шокировать.

В своих предыдущих работах режиссер грамотно дозировал градус визуального безумия: в «Клетке» он заставил Дженнифер Лопес плутать по лабиринту мозга серийного убийцы, населенного образами, словно сошедшими с картин Сальвадора Дали, в «Запределье», своеобразном признании в любви кинематографу, он рассказал трогательную (и довольно жестокую) сказку о мести злодею Губернатору, герои которой перемещаются по миру с головокружительной скоростью (говорят, «Запределье» снималось аж в 26 уголках планеты). В обеих картинах градус сюрреализма повышался постепенно, а зрителю давали возможность передохнуть, когда герои из сказки попадали в привычный глазу мир. «Война богов» в этом плане к зрителю беспощадна. Спасительного и уютного современного быта в фильме нет и не предвидится: «И нет конца! Мелькают версты, кручи... Останови! Идут, идут испуганные тучи, закат в крови».

Это не снайдеровские комиксовые спартанцы, а концентрированный Сингх, со своим пристрастием к пустыням, лабиринтам, симметрично расположенным фигурам, жестокости и натурализму, причудливым головным уборам (в этом плане больше всего повезло богам и Гипериону) и абсолютно отмороженным персонажам.

«Войну богов», наверно, лучше смотреть, не обращая внимания на благоглупости, стараниями сценаристов в изобилии льющиеся с экрана. Визуальному ряду «Бессмертных», смешавших в едином полуторачасовом безумии цитаты из древнегреческих фресок и костюмы из клипов Леди Гаги, самое место среди инсталляций в музеях современного искусства.  К тому же, как пишут живущие в Сети девочки, «фильм с таким количеством six-packs (в переводе с английского – «квадратики», то бишь «пресс») на сантиметр экрана, просто не может оказаться лажей».