Дмитрий Родионов Дмитрий Родионов ВСУ будут шантажировать Россию Приднестровьем

Санду и ее кураторам на Западе хотелось бы увязать приднестровский и украинский вопросы на переговорах с Россией. Причем так, как они видят ситуацию, то есть чтобы Россия просто вывела войска. Но на это Россия не пойдет никогда.

0 комментариев
Борис Джерелиевский Борис Джерелиевский Нельзя отдавать Запорожскую Сечь бандеровцам

Можно ли считать тех, кто называет себя сегодня украинцами, потомками запорожских казаков? Нет, это точно такой же миф, как и всё, на чем строится украинская идентичность и государственность.

18 комментариев
Геворг Мирзаян Геворг Мирзаян Зачем России ОБСЕ и прочие бессмысленные структуры

Какая польза стране в том, что она находится в составе вражеской, по сути, структуры, да еще и оплачивает ее функционирование из своего кармана? А также от МОК, УЕФА и прочих?

18 комментариев
13 января 2010, 13:45 • Культура

Рассказ подрывника

«Повелитель бури»: Уж лучше бомбы обезвреживать

Tекст: Дмитрий Муравьев

Режиссер Кэтрин Бигелоу в своем фильме «Повелитель бури» рассказывает о буднях американских саперов, работающих по контракту в Ираке. И ключевое слово здесь именно «работающих», а не, скажем, «воюющих». Это работа сложная, опасная, и героизма в ней, вроде бы, никакого нет. Но главный персонаж считает, что уж лучше бомбы обезвреживать в Ираке, чем, например, ходить каждый день в офис в Америке.

Оригинальное название фильма Hurt Locker хорошо тем, что дает большое пространство для интерпретаций.

#{image=325820}

Стоит ради интереса посмотреть значения слова locker. В итоге это может быть и ящик боли, и тот, кто этот ящик запирает и открывает. Российское прокатное название «Повелитель бури», видимо, отсылает к «Буре в пустыне», но на самом деле речь идет совсем не о повелителе.

Герои ленты – трое американских саперов, обезвреживающих мины в Багдаде и окрестностях. Один – «салага», совсем зеленый солдат, которому по ходу фильма впервые пришлось убить человека. Другой – уже опытный командир, так и не привыкший к стрессам и пребывающий в перманентной депрессии.

Третий – главный герой – прирожденный сапер, фанатичный профи, для которого бомбы и мины – словно любимые игрушки. Все трое каждый день рискуют жизнью, но когда герой по истечении контракта приезжает домой к жене и сыну, то понимает, что жить без своих бомб он не может, и возвращается.

#{movie}Кэтрин Бигелоу интересуют рабочие будни солдат в Ираке. Избегая политического пафоса, она копается в поврежденной психике своих персонажей. Уже не в первый раз Бигелоу берется за рассказ о «мужской работе» – раньше она сделала это в фильме о советских подводниках «К-19».

Но снова ее подводит бытописание. В деталях она все равно впадает в героизм, перегибая в наглядности. К примеру, в одном из эпизодов солдат-салага слюнями отмывает патроны от крови. Вроде бы, вполне по-военному будничный эпизод, но присутствует в нем какая-то слюнявость.

Словно режиссер так и не смогла решить, что ей делать с персонажами: оставить их маяться или заставить совершать подвиги. В эпиграфе к фильму говорится, что «война – это наркотик», но наркотическое опьянение войной у того же Копполы в «Апокалипсисе сегодня», с которым «Повелителя бури» сравнивают, получилось куда сильнее. Может быть, потому что Коппола, не делая попыток понять или объяснить эту черту войны, все же влез в шкуру своих героев. Бигелоу их скорее придумала, чем поняла.

В «Повелителе бурь» присутствует мысль о том, что не нужно вникать в психологию сапера на войне, по крайней мере подходить к ней со стандартными приемами. Один из эпизодических персонажей, военный психолог, лезет со своими советами, пока ему не говорят, что прежде чем советовать, ему самому бы стоило выехать из надежно защищенной базы и посмотреть на работу солдат.

Набравшись смелости, он едет с группой саперов на задание. Но в нем закономерно и глупо гибнет, взорванный иракцами, с которыми пытался завязать беседу.

Бигелоу же иногда удается подойти нестандартно, уловить нечто важное. Самый любопытный момент в фильме – история с возвращением героя к мирному существованию. В Ираке он каждый день рискует жизнью, видит кровь и смерть и тоскует по дому. Но когда он приезжает к жене и маленькому сыну, ему становится скучно.

Потому что рядом нет его любимых игрушек – бомб и взрывчаток. Совсем дурно становится, когда он с тележкой тащится за женой по супермаркету, не зная, что выбрать из изобилия одинаковых товаров. И, спрашивается, что ему тут делать?

Устроиться на какую-нибудь работенку, типа менеджера по продаже подержанных автомобилей? Не лучше ли возиться с бомбами, с ними хоть и опасно, но зато интересно. По его мнению, лучше.