Писатель и журналист Константин Рылёв разработал философскую систему, которую он изложил в ряде своих статей (в том числе, опубликованных и на нашем сайте). Московское издательство «Крафт+» на днях выпустило его книгу (сборник эссе) под названием «Философия Вертикали+Горизонтали».
Автор объясняет роль России как страны, поддерживающей баланс между Западом и Востоком. На основе системы Вертикали+Горизонтали Рылёв проанализировал такие яркие явления культуры, как Тарковский, Мураками, Ницше, Малевич, постмодернизм.
- Костя, у тебя выходит книга, но не прозы, как раньше, а книга, посвященная большой философской концепции. Кем ты сам себя считаешь – писателем или философом?
- Я считаю себя писателем. Но опять же, есть писатели-интуиты, есть писатели-аналитики, а есть те, у которых развито и то и другое. Встречный вопрос - Сартр философ или писатель? У него есть романы, а есть книги по экзистенциализму. Кстати, именно он впервые ввел это слово как термин.
«Через структуру русских слов Задорнов хочет показать, что у нас превалирует не горизонтальное мышление, а вертикальное – образность, совесть»
Когда ты находишься в какой-то культурной среде и у тебя аналитический склад мышления, то хочется посмотреть на эту среду со стороны. Когда у Сартра спрашивали, кем он себя считает, он отвечал – писателем. Но это не отвергает его философского видения. Сартр обозначил своим открытием переломный исторический момент. Экзистенциализм был с одной стороны культурным явлением, а с другой – философским.
У нас сейчас тоже наступил переходный период. Примерно с 2000 года. За двадцать лет левое, прозападное направление привело к коллапсу российское общество. Однако все современные варианты на тему «национальной идеи» пахнут спекуляциями, там замешана политика, а не культура и философия. Возникла необходимость осознать, чем же на самом деле специфична Россия, какие функции она выполняет на исторической карте мира.
В девяностые годы пошла мода, что русская религиозная философия несостоятельна и ничего значительного не сделала. Был отсечен целый ряд философских течений, начиная от Сковороды, Федорова, Бердяева и так далее. В двухтысячные годы я испытал на себе реакцию, когда издатели видели набор: вертикаль-горизонталь, точка пересечения (Бог) – и сразу чурались. Это, мол, не модно. Притом что они понимали, что это – не религия. Они преклонялись только перед западной философией. Меня удивила такая изначально негативная реакция.
Приветствовались только постмодернисты. Но все силы этих интеллектуалов уходили на изобличение и осознание общества потребления. Однако Россию товарные отношения не очень-то и волнуют. И главное, все постмодернисты – антифундаменталисты. Для революций – это хорошо, но для того чтобы строить что-то новое нужно начать с фундамента.
Мне хотелось понять, какую функцию выполняет Россия. Какие русские произведения были самыми значимыми в истории? Почему Малевич, Кандинский, Достоевский «выстреливали», а другие неплохие русские писатели и художники оставляли мир равнодушным.
- Расскажи кратко, что такое горизонталь и вертикаль?
- Вертикаль – связь человек - небо, образное мышление, интуиция, дух, совесть, восток, поэзия, огонь. Горизонталь – связь человек - земля, здравый смысл, анализ, логика, проза, деньги, запад, вода. Точка пересечения – бог, вдохновение, совершенство.
Сейчас идет интеграция Востока и Запада. Современный западный человек обращает свой взор на Восток, а восточный – перенимает западное. Идет интеграция, но и война. Америка бомбила Ирак – самая мощная империя ставит на колени древнюю - метаисторические процессы.
Современное универсальное мышление, это то, что демонстрирует Задорнов в последнее время, решив приблизить попсу к философии.
- Но он же говорит ерунду.
- Не скажи. Подспудно за его фразами стоит мощный импульс попытки откопать, что представляет собой Россия. Сначала же он Запад прославлял, а потом осознал, что они сильно помешаны на деньгах и комфорте для туловища. Потом он стал исследовать Восток и сообразил, что России гораздо больше присущи восточные черты, связанные с духовностью (но без фанатизма), чем западные, основанные на торговле и прагматизме.
- Ты говоришь про то, что в передаче Гордона было или про что-то другое, а то я не слежу за творчеством Задорнова? Если про другое, то твои слова будут ассоциироваться именно с передачей Гордона.
- Ничего страшно, пусть ассоциируются. Там было наглядно показано столкновение левой идеологии и правой. В девяностых доминировала левая идеология. Она основана на западном подходе, поэтому у нее проблемы с вертикалью: духовности там нет, один научно-аналитический подход. Критика Задорнова левыми учеными не сводилась к критике конкретных тезисов, они не оспаривали их, а придирались к букве.
- А он и не говорил тезисы, он примеры приводил. Их они и оспаривали.
- Но были и другие ученые, которые подтверждали его слова. Академик со стороны Задорнова говорил, что во всех этих примерах есть глубинный смысл. Но левые отвергали задорновскую позицию изначально. Гордон многократно кричал: «Мы в говне!» Это был его главный постулат. Но о чем он? О каком дерьме речь?
Задорнов на самом деле выполняет важную функцию, как публичный человек, которую может и не осознает до конца. Россия находится между Востоком и Западом, и всегда была призвана наводить мост, баланс между ними. Становился агрессивным Восток в виде татаро-монгол, или Запад в лице Наполеона, Гитлера, Россия принимала удар и поглощала агрессию.
Но когда Россия безоговорочно принимает западную идеологию, то что получается? Вот взяли идеологию Маркса. Если на западе это была не более чем концепция, то у нас она стала религией. У нас не просто заставляли ознакомиться, у нас заставляли верить. Спрашивали – веришь ли ты в социализм, веришь ли в светлое будущее. Вдумайся: требовалась вера в политико-экономическую теорию! На нашей территории все горизонтальное становится вертикальным.
Все превращается в религию, становится догматизмом. И мы продемонстрировали всему миру, до какого абсурда мы можем дойти на этом пути. Мы не можем существовать без религии. Не будет Бога, будет Маркс, Энгельс и Ленин. Висели на плакатах эти три головы, на которые буквально молились.
Задорнов пытается вернуть Россию к осознанию своей функции, что мы древняя земля, которая налаживает связь между Востоком и Западом. Другой вопрос, что Задорнов пока сам для себя не сформулировал, к чему призывает - не принимать безоговорочно западную идеологию, основанную на анализе и рынке, а смотреть, чем Россия была сильна. А сильна она была определенной метафизикой восприятия. Деньги же у нас не стали религией. Гламур и его яркая представительница Ксения Собчак не стала обаятельнее, к ней все равно относятся несерьезно. Гламур – идеология привлекательности денег. Но она не стала у нас доминировать.
- Не согласна. Ты обращаешься к качеству населения, а по количеству гламур принят в России. Сейчас время, когда измеряют количеством. В интернет СМИ ценится не хорошая статья, а та, где больше заходов. Гламур принят в России- Потому что пока торжество горизонтали - диктат денег. Но такие товары быстро удовлетворяют сиюминутный спрос. А как ответить на вечные вопросы, которые продолжают людей мучить?
Огромное количество книг, а читать нечего. Реальность такова, что западный подход тиражирования доходит до нулевой точки. Все объелись макулатуры, но в ней нет пищи для души. В кино – то же самое. Поэтому самый выстреливший фильм, как бы его не ругали - «Ирония судьбы - 2».
- По кассе опять-таки.
- А почему народ пошел туда? Да потому что изголодался по тому, что было заложено в первом фильме.
- Не соглашусь. Есть еще реклама. Был огромный карт-бланш по Первому каналу и прокачка мозгов.
- Исходя из твоей логики, провала не может быть – ведь сейчас всегда много рекламы и прокачки мозгов. Летом выходила куча фильмов. Собрали кассу и не запомнились, а «Иронию» запомнили. Потому что это впервые была попытка соединить 70е и 2000-е. Были люди формата – в лице Ипполита и те, которые ломали формат – Лукашин. Тоже произошло и в новой картине. Только более жесткие образы, поскольку и времена другие.
- Там была комедия положений. Лукашин-младший приезжает специально, притворяется пьяным, вскрывает квартиру, рушит отношения. И если Ипполит вызвал отторжение вполне объективно, то герой Безрукова, наоборот, был достаточно лоялен и честен.
- Ну, вот ты эмоционально говоришь, значит зацепило.
- Нет. Я смотрела кино, мне не было скучно, я не ерзала в кресле и не смотрела на часы. Профессиональная работа всех цехов, но возникло чувство, что меня обманули. И я поняла в чем. В фильме нет любви, это история о чем угодно, но не о любви.
- Тут соглашусь, она не о любви. В новом фильме нет поэзии. У Рязанова есть и горизонтальное развитие сюжета, и песни, которые придают картине поэтическую глубину. А тут была одна горизонтальная реальность. В современных условиях один стал дьявольски опасен, а другой - дьявольски хитер.
- И история потеряла любовь.
- Про что и вопит Задорнов – у нас пропала любовь, посмотрите вглубь себя, у нас есть общий исторический ствол. Гордон все сводит к гордыне, обвиняя Задорнова в том, что он выискивает корни нашего происхождения, чтобы утереть нос Западу. Но цель его в другом: чтобы мы осознали свою особую роль, не западную и не восточную – срединную. Как можно обвинять Задорнова в национальной гордыне, если еще 20 лет назад он критиковал лозунг: «Мы – великий советский народ». Он говорил: «Нам получается уже не нужно ничего делать, раз мы такие великие. Задорнов призывает вернуться к любви и понять функцию России.
Передача разделилась на левых и правых. Левые считают, что Россия это такой «недовесок Запада», как у Фрейда женщина – недомужчина (отсюда Гордон так негативно оценивает современную российскую действительность). А Задорнов считает, что мы никогда не были Западом, но и никогда не были Востоком. Кто мы есть, нам следует осознать заново, хотя бы и через изучение языка.
Через структуру русских слов Задорнов хочет показать, что у нас превалирует не горизонтальное мышление, а вертикальное – образность, совесть.
Философия Вертикали и Горизонтали, я надеюсь, поможет прояснить этот вопрос.
- Если твоя философия настоящая, она объясняет как прошлое и настоящее, но может и предсказывать будущее. Какие пророчества ты можешь озвучить?
- Самая последняя фраза в книге: «А пока чудный переходный период фарса». Так вот, период фарса закончился с началом войны. Фарс - комедийный, но противный в своей сути исторический период. Никто не требует откровения, все требуют откровенностей. Полупорнушки, полускандалы. Россия опять заявила имперские права. Когда империя начинает образовываться заново, она нуждается в вертикали и поэзии. Россия повысила голос на международной арене, с ней теперь нельзя не считаться.
Все будет сводиться к тому, что государство усилится, появится заказ. Уже сейчас все художники творят на тему «религия и патриотизм». Все в корне изменилось после выставки «Верю» Кулика. Еще никто не понимал, куда дует ветер, а лиса Кулик – почуял. Деготь правильно сказала: «У него нет совести. У него есть нюх».
России пока трудно самоидентифицироваться с чем-то конкретным. Не с Левшой же, хотя все будет вспоминаться. Но так же будет приветствоваться новая серьезная литература, живопись, исчезнет постмодернистская игра в искусство. Игрушки закончились, когда началась война. От нее нельзя дистанцироваться.
Получается, что чем больше государство себя осознает как силу, тем будет больше затребовано настоящее искусство (совсем не для прославления государства). Будет возврат к норме, даже с точки зрения нравственных рамок.
Общество будет праветь. Для культуры это плюс, для свободы – минус. Будет поддержка государства, будет заказ на серьезные произведения.
- Ну, есть еще такая штука, как «попил бюджета». А у нас же как, бюджет дают тем, кто и без бюджета может снять. Михалкову, Бондарчуку. Только свиснут – инвесторы набегут, но прикольней же – за государственный счет.
- Это все потому, что никто не был заинтересован в результате.
- Так у Михалкова будет результат, еще какой!- Вертикаль и горизонталь это не только философия, но и инструмент. Попробуем проанализировать творчество этого выдающегося режиссера. Михалков всегда был вертикальным, поэтическим художником, даже боевик «Свой среди чужих» он снял поэтически, длинными кадрами. Но, постепенно в силу того, что он становился больше политиком, чем художником, поэзия уходила из фильмов. Политика – это горизонтальные энергии. Последний его хороший фильм – «Очи черные». «Утомленные солнцем» сделаны хорошо, но второй раз не будешь пересматривать. Это видеостатья из перестроечного журнала «Огонек», поэзии там нет. Как и в «Иронии - 2».
Берешь инструментарий В+Г и понимаешь, что во времени с горизонталью не останешься. Только поэзия вне времени. Идеальный пример сочетаний вертикали и горизонтали – Шекспир. Берешь линейный сюжет «Гамлета»: подросток мстит за смерть отца своему дяде-злодею. Американцы перелопатили сюжет и сделали успешный мульт «Король Лев». Но это только линейная часть. Как заменитель вертикали там – музыка Элтона Джона. Шекспировская вертикаль – это «быть или не быть» и она не имеет прямого отношения к сюжету. Но именно она и остается в сознании, а не кассовый сбор очередной экранизации.