Михаил Соломатин: Травить, чтоб не отравились

Казалось бы: если какое-то поведение является преступным, его надо запретить, а не создавать специальные места для курения или зоны для казино. Мы ведь не создаем специальных зон для грабежей и не отводим специальных часов для изнасилований?

Я бросил курить чуть более двух лет назад, и это обстоятельство дает мне некоторое моральное право на нижеследующий текст. С 2012 года в России на сигаретных пачках появятся изображения пагубных последствий курения. Это вопрос решенный.

«Здоровье нации должно быть приоритетом государственной политики, но я не могу считать здоровым общество, которое открыто издевается над своими согражданами»

Надо ли бороться с курением? Разумеется, надо. Но мне категорически не нравятся те формы, которые принимает антитабачная кампания. Во-первых, она неэффективна. Во-вторых, антитабачная кампания ведется унижающими людей методами и приучает к систематическому нарушению прав человека.

Согласитесь, попытка заставить взрослых людей глядеть на картинки, от которых человека может стошнить, формально является хулиганством. Поэтому появление соответствующих изображений на сигаретных пачках надо очень тщательно обосновать. Считается, что такие картинки в несколько раз повышают уровень информированности курильщика о последствиях курения. Мягко говоря, это неправда. Надпись «курение убивает» неверна, поскольку курение не является причиной болезней, а лишь увеличивает риск их наступления, как, например, увеличивают этот риск сидячий образ жизни, поездки в метро во время всплеска гриппа, а для женщин еще и ношение брюк с низкой талией. Очевидно, что курильщиков не информируют, а просто запугивают. Ведь не пишут же на авиабилетах «полеты убивают»? Между тем уровень информированности пассажиров могла бы эффективно повысить демонстрация в аэропортах видеороликов авиакатастроф с наложением переговоров пилотов на реконструкцию последних минут полета. Такие ролики и сейчас можно посмотреть на YouTube (катастрофа Боинга-737 под Пермью, Ту-154 под Донецком и другие), но я уверен, что большинство из вас предпочтет не повышать уровень своей информированности. И уж совсем мало найдется таких, кто согласится, чтобы такие ролики прокручивали в салонах самолетов.

Я чувствую, настало время напомнить, что я против курения. Более того, я за последовательный переход к его полному запрету. Скажем, в течение года все те, кто уже пристрастился к курению, оформляют «карту курильщика», по которой покупают сигареты. Дешевые, без грабительских акцизов и «веселых картинок». Но по прошествии года такие карты не выдаются уже никому. Официальные курильщики спокойно доживают свой век, а новые уже не появляются. План простой и надежный. Но такого запрета не будет: слишком выгодно для бюджета курение и борьба с ним. Руководитель Центра по изучению проблем взаимодействия бизнеса и власти Павел Толстых не так давно заявил о своего рода симбиозе табачной промышленности и антитабачного движения. По его словам, и для производителей табака, и для борцов с курением важно, чтобы курильщик не бросил свою вредную привычку, а «постоянно находился в состоянии бросания». Добавлю, что такой же нечестной позиции придерживается государство и в отношении азартных игр.

Казалось бы: если какое-то поведение является преступным, его надо запретить, а не создавать специальные места для курения или зоны для казино. Мы ведь не создаем специальных зон для грабежей и не отводим специальных часов для изнасилований? Если же это поведение не преступно, то тогда преступлением будут уже попытки преследования за него. Сама по себе идея ограничить правоспособность того, кого закон не считает преступником, вполне понятна на бытовом уровне, но если эта идея получает государственное признание, пора бить тревогу.

Эти опасения имеют под собой совершенно конкретные основания. В XX веке культ прав человека настолько развился и расцвел, что диалектически привел к своей противоположности. Общество перестало доверять человеку самостоятельную защиту его собственных прав. Это хорошо заметно, например, по ситуации с ювенальной юстицией, которая разводит детей и родителей по разные стороны баррикад. Свое абстрактное представление о правах человека общество постепенно начинает ставить выше прав конкретных людей. На кону здоровье нации – какие вопросы? А если завтра интересы нации потребуют чего-то совсем уж неподобающего, мы вдруг обнаружим, что права на вопросы у нас уже не осталось. Как известно, первым борьбу с курением на государственном уровне начал Гитлер, которому было, в принципе, все равно, что думали люди, которых он приводил к общему знаменателю. Это, конечно, не может рассматриваться как повод для отказа от антитабачной политики, но уж точно должно нас заставить лишний раз приглядеться к деталям того исторического образца «передового западного опыта», который мы сейчас так торопимся скопировать.

Отстранение человека от самостоятельной защиты своих прав («общество лучше знает, что тебе нужно») особенно опасно в наш век массовых коммуникаций и манипулятивных технологий. Введение в государственную практику преследования тех, кого закон не считает преступниками, опасно вдвойне.

Мы не имеем права травить человека только за то, что он травит свое здоровье. Травля – омерзительная вещь, и «издержки» от нее могут в перспективе сильно превысить выгоды.

Здоровье нации должно быть приоритетом государственной политики, но я не могу считать здоровым общество, которое открыто издевается над своими согражданами.