Игорь Караулов Игорь Караулов Хорошими делами прославиться – можно

У нас почему-то принято считать, что добрые дела любят тишину, что нельзя выпячивать себя в качестве благотворителя. Конечно, анонимный меценат выглядит благородно в собственных глазах, но его пример пропадает для общества. Может быть, и Тимати помогает людям, но об этом нам неизвестно.

2 комментария
Дмитрий Губин Дмитрий Губин Почему Украина никак не определится с гимном

Исходно песня «Ще не вмерла» исполнялась в узком кругу и была вариацией на тему польского гимна, известного как «мазурка Домбровского», то есть была самодеятельной обработкой чужого национального символа.

10 комментариев
Дмитрий Родионов Дмитрий Родионов Европейские правые России не друзья

Ни Ле Пен во Франции, ни Мелони в Италии, ни «Альтернатива для Германии» нам не друзья, никогда ими не были и не будут. Это, конечно, не значит, что нам нет смысла пытаться взаимодействовать с этими политиками. Просто иллюзий питать не надо. И спиной поворачиваться.

36 комментариев
7 февраля 2008, 17:30 • Авторские колонки

Юрий Гиренко: Мечтать не вредно

Юрий Гиренко: Оранжевые мечты охранителей

Когда Дмитрия Медведева объявили преемником, большая часть экспертно-политического сообщества сделала вывод о неминуемой либерализации курса. Но не все с этим согласны. А иные так и говорят: «Не дождетесь».

Казалось бы, либеральный уклон в словах и делах Медведева неоспорим. Он проявляется в его облике и манере – сразу видно, что доцент университета. В репутации, сложившейся за восемь лет работы в администрации и правительстве. В программных тезисах, озвученных на Гражданском форуме и съезде юристов.

Но верят не все. В либерально-освободительном лагере, скажем, версию о том, что преемник Путина может быть хоть в какой-то мере либералом, отметают с порога. Ведь тогда придется допустить, что режим у нас какой-то не вполне кровавый и не однозначно преступный. А такое допущение может разрушить всю картину мира, существующую в мозгу среднестатистического освободителя.

В неприятии эволюции буревестники революции и апологеты стагнации сливаются в полном идейном экстазе

К тому же, всякий оранжевый точно знает, что Путин остается на третий срок. Что все эти штучки с преемником, выборами и проч. – это очередная «разводка» Кремля. Что страной правят чекисты во главе с Путиным, и «путинофашизм» неизбывен. Поэтому, даже если допустить медведевский либерализм, это совершенно неважно. Путин вечен!

Спорить тут бесполезно, да и не нужно. Сама по себе оранжевая мифология сейчас представляет разве что исследовательский интерес, при рассмотрении текущей политики ею можно было бы вовсе пренебречь. Если бы не одно прелюбопытнейшее обстоятельство: мифологию эту полностью разделяют некоторые представители противоположного политического фланга.

Например, некоторые знатные охранители в своих публикациях излагают видение политической ситуации, практически неотличимое от оранжевого.

Пламенные защитники режима с той же страстью, что и самые ярые борцы с «путинизмом» доказывают: Медведев – ни в коем случае не либерал! Почему? Потому что Путин никак не мог выдвинуть в свои преемники либерала!.. Да и никакой он не преемник, а всего лишь «младший царь», поскольку реальным правителем остается Путин. А он никак не мог определить себе в «соправители» либерала…

При этом профессиональные охранители сурово супят брови и грозят супостату: «Ужо мы вас!» И супостатом этим оказываются отнюдь не те, кому «нужна другая Россия». С ними как раз по главному вопросу никаких разногласий: Путин навсегда, и никакого либерализма во власти!

Путин никак не мог выдвинуть в свои преемники либерала, да и никакой он не преемник, а всего лишь «младший царь»

Главный вражина – тот, кто предполагает в государстве российском способность расти и развиваться. В неприятии эволюции буревестники революции и апологеты стагнации сливаются в полном идейном экстазе.

При этом революционеров-освободителей можно понять. Российская интеллигенция, как политическая категория, в 2007 году вышла из обращения – этот вывод, сделанный Александром Шмелевым, вряд ли можно всерьез оспорить. И это значит, что у революционно-освободительных идей не остается носителей. И предводителям рассеянного воинства остается рисовать в своем воображении другой мир, в котором они по-прежнему велики и высоки, и тешить себя мечтами о реванше.

А теперь, получается, круг проигравших пополняют и служивые мыслители, чья картина мира, по сути, ничем не отличается от интеллигентской. То же самое оранжевое небо, оранжевое море, оранжевые песни… И остаются им те же самые оранжевые грёзы.

Нельзя запретить человеку мечтать. Более того – освободительным и охранительным мечтателям можно оборудовать где-нибудь за городом специальный майдан, где они могли бы биться друг с другом до полного взаимного удовлетворения. Нам все равно, а им было бы приятно.