Андрей Манчук Андрей Манчук Почему американские студенты захотели назад в СССР

Современная американская реальность проигрывает советскому прошлому по целому ряду важных показателей. Судя по результатам соцопросов, сегодня эта мысль овладевает умами многих образованных тинейджеров в университетских кампусах США.

14 комментариев
Сергей Миркин Сергей Миркин Борьба с коррупцией на Украине направлена против мира

«Антикоррупционная ветвь власти» Украины, служа интересам глобалистов, напоминает лекарство от болезни, которое может причинить организму больший вред, чем болезнь. Через преследования политиков она проталкивает линию продолжения противостояния Украины с Россией.

0 комментариев
Тимофей Бордачёв Тимофей Бордачёв Договориться мировым державам будет сложнее, чем в Ялте

Современные руководители самых важных держав планеты находятся в намного более сложном положении, чем их предшественники в прошлые столетия на Венском конгрессе или Ялтинской конференции.

6 комментариев
30 августа 2007, 09:36 • Авторские колонки

Михаил Бударагин: Партийная недоросль

Новость вчерашнего дня – громкий переход жириновца Алексея Митрофанова в «Справедливую Россию» Миронова – самое смешное начало политического сезона из всех возможных. Куда там Фонвизину с его Митрофанушкой.

Школьная (а значит, и всеми накрепко позабытая) пьеса «Недоросль» замечательна прежде всего тем, что «плохих» героев, равно как и «хороших», в ней нет. Все персонажи драмы нравоучительны (на дворе – все еще Просвещение) и забавны одновременно. Но Фонвизин, будучи квалифицированным мастером своего дела, писал вовсе не комедию для школьников среднего возраста, а именно драму – все серьезно, дальше некуда. И вовсе не вина автора в том, что над героями пьесы принято беззлобно потешаться: так распорядилась с «Недорослем» история русской литературы, не всегда справедливая к своим лучшим образцам.

Митрофанушка, главный герой пьесы, тот самый «недоросль», действительно, как учит нас школа, самонадеян и глуп. Но он вместе с тем, как и его матушка Простакова, – живой, настоящий, таков, каков есть, без напудренных изысков.

Куда там правильному и скучному, как Правдин, спикеру Совфеда до известных мастеров художественных плясок в телевизоре

Все «положительные» герои пьесы, а в особенности Милон и Правдин, слишком карикатурно «правильны». До пошлости, до отвращения. Они и друг с другом говорят, как будто речь перед благородным собранием произносят, а уж на публику – и подавно. С Митрофанушкой, может быть, каши и не сваришь, но если уж «идти в разведку», то с кем угодно, но только не с его антагонистами. Сдохнешь со скуки в первом же окопе.

Из учеников часто получаются Митрофанушки, Правдины же – почти никогда. Оттого и политика сама требует подобных персонажей. Чтобы не «речь с трибуны», а пляски и песни. Персонажи эти, разумеется, никогда не будут властью в собственном смысле этого слова – принимать решения они не умеют и не хотят уметь, да и как им доверишь, – но без них публичная политика становится совсем уж пресной.

Митрофанов, как и его теперь уже бывший патрон Жириновский, – из числа подобных персонажей, надобных для того, чтобы приглашать в партию Машу Малиновскую, выговаривать Саддаму Хусейну и раздавать заинтересованным бизнесменам депутатские мандаты в регионах. Не бескорыстно, разумеется. Никакого криминала в подобной раздаче, конечно же, нет: ЛДПР – партия Жириновского, он волен делать с ней что угодно, хоть «либерально-демократической» называть. Казус Жириновского состоит именно в том, что ни президентом, ни даже лидером крупнейшей фракции в парламенте он не мог быть никогда, даже в лучшие свои годы. Сегодня – и подавно. Большинство, которое всегда разумно нечеловеческой рациональностью, может сочувствовать Митрофанушке, умиляться его искренности (очень скоро в нашем случае поставленной на конвейер), но оно никогда не пойдет за него голосовать. Большинство – единственный хранитель здравого смысла, которым и Жириновский, и Митрофанов так любили пренебрегать. Здесь они не заходили слишком далеко, как какой-нибудь Брынцалов, но до конца разумным их развязное шоуменство назвать не поворачивается язык. Даже если цирк под названием ЛДПР в действительности все это время продумывался и просчитывался со звериной серьезностью, стихия все равно брала свое.

Громкий переход жириновца Алексея Митрофанова в «Справедливую Россию» Миронова, – самое смешное начало политического сезона из всех возможных

На самом деле все рассказы о том, что «Жириновский Митрофанова обижал» и что «Митрофанов умнее Жириновского» (как и обратное, кстати), – в пользу бедных, промышляющих скучнейшей подковерной «аналитикой».

В том, что Алексей Митрофанов подался к Сергею Миронову, видится другой сюжет. За последние сутки достаточно было сказано о том, что ЛДПР «потеряла», а «Справедливая Россия» «приобрела» – шутки шутками, но проигравшими выглядят именно эсеры, которые собирают с бору по сосенке улыбающихся Митрофанушек, чтобы хоть как-то поправить свое весьма унылое положение. Миронов и сам пробовал себя в роли трикстера, одно его заявление об отмене подоходного налога в Сибири дорогого стоит, но куда там правильному и скучному, как Правдин, спикеру Совфеда до известных мастеров художественных плясок в телевизоре.

Миронов, будучи эдаким классическим человеком-в-футляре, всеми силами пытается оживить имидж партии, от которой постепенно откалываются региональные отделения (особенно хороша история со Ставропольем, где справедливороссы победили на мартовских выборах – теперь уже точно не победят. Получается это у него ровно так же плохо, как и все остальное.

Митрофанов, призванный «ракету запустить и смех произвести», будет теперь распугивать жаждущий социальной справедливости электорат Миронова, а спикер Совфеда, этот вечный русский тип картонного правдолюба, станет осуждающее грозить Митрофанушке пальцем. Лидер «Справедливой России» в этой истории – персонаж скорее страдательный: приход Митрофанова с его порнофильмами о «Юле», радостной недалекостью и замашками Жириновского придется объяснять и спонсорам, и избирателям, и однопартийцам. Это будет презабавное зрелище. Жаль, что, как и у Фонвизина, хороших героев не предвидится.

А вы говорите, пьеса для школьников.