Вслед за Бараком Обамой к обработке общественного мнения и конгрессменов подключился и госсекретарь Джон Керри. Выступая на дискуссионной площадке агентства Reuters, специально посвященной обсуждению предстоящего в следующем месяце голосования в Конгрессе по «иранской сделке», Керри объяснял, что произойдет в случае блокировки соглашения американским парламентом:
Масштаб проблем, с которыми столкнулись США в последние годы, все сложнее не признавать публично
«Если Конгресс отменит сделку, мы можем потерять доверие наших союзников в Европе – таких как Франция и Германия. Представляете, какая у них будет реакция, когда мы придем и скажем: «Нам надо усиливать давление на Россию из-за украинского кризиса»? Представляете, какие сложности могут возникнуть? Вы видели, как Россия и Китай сотрудничают в связи с урегулированием кризиса на Украине, они настроены на диалог – как на недавнем саммите БРИКС в России... Вероятный отказ от сделки быстро станет рецептом в пользу того, чтобы иностранные партнеры США ушли от Украины, где они уже и без того испытывают большие сомнения и готовы сказать нам: «Ну, мы сделали то, что должны были».
То есть Керри прямым текстом говорит о том, что провал иранской сделки скажется на влиянии США на своих европейских союзников – и приведет к тому, что они могут отступиться и от Украины, и от продолжения санкций в отношении России. Впечатляющая откровенность – но Керри сделал еще более мрачный прогноз:
«Доллар может перестать быть главной мировой резервной валютой, если США откажутся от соглашения с Ираном и вернутся к политике санкций. Это, конечно, произойдет не за одну ночь. Однако я говорю вам, что уже присутствует огромная антипатия к нам (далее Керри говорит про сближение России и Китая – прим. ВЗГЛЯД)... Существует большой блок игроков, которые не сидят и не ждут, пока США скажут им, что делать. Они могут прийти к идее создания другой резервной валюты из-за недальновидной политики Соединенных Штатов, которые ведут себя неправильно, фактически отказываясь от соглашений, которых сами добивались... В условиях сегодняшнего глобального рынка конкуренция практически ненасытна, и многим людям не по душе нынешняя структура, установленная после Второй мировой войны. Они считают, что она не учитывает их интересов, что она является нечестной».#{smallinfographicleft=749735}
Таким образом, Керри называет ценой провала иранской сделки потерю Америкой одной из главных опор ее «глобального лидерства» – положения доллара как основной резервной валюты. Останутся только армия со спецслужбами и политико-идеологическое влияние (частью которого выступают как Голливуд, так и инструменты «мягкой силы» наподобие НКО). Доллар в опасности, а значит, под угрозой и сам «мир по-американски» – это то, что должно напугать конгрессменов и заставить их поддержать соглашение с Ираном. Но что же произошло в Вашингтоне, что там стали признавать вещи, о которых в последние годы говорят многие в России – то, что доллар будет вытеснен с позиции основной резервной валюты, что в Европе растет недовольство давлением США, что американский глобальный проект не состоялся?
Понятно, что риск провала иранской сделки в контролируемом республиканцами Конгрессе очень велик, и демократическая администрация предпринимает все усилия, чтобы переломить ситуацию. Запугивание – один из любимых американских приемов, в том числе и во внутренней политике. Но Керри мог бы запугивать конгрессменов чем-нибудь менее радикальным – а он вроде бы ни с того ни с сего привязывает две важнейших глобальных проблемы к иранской тематике. Очень похоже, что дело здесь не просто в желании получше напугать республиканцев – а в признании очевидного.
Масштаб проблем, с которыми столкнулись США в последние годы, все сложнее не признавать публично. Керри говорит то, что есть в реальности – но с единственной поправкой. Он совершенно напрасно (хотя и понятно почему) привязывает осуществление нежелательного для США сценария к отклонению иранской сделки. Отказ от доллара, разлад с Европой, как и формальный закат «однополярного мира» (и так уже несуществующего), произойдет независимо от того, одобрит Конгресс иранскую сделку или нет.
Процесс вытеснения США с вершины горы шел независимо от «иранской проблемы» – раздувание которой само по себе было одним из самых ярких проявлений американского гегемонизма – и будет продолжен вне зависимости от положения дел на иранском фронте. Помимо объективных причин, благодаря которым процесс консолидации недовольных американским диктатом набирал обороты (а это не только сам ход глобализации по-американски, но и война в Ираке, и кризис 2008 года, и «арабская весна»), в последние годы добавились и субъективные: в первую очередь, конечно, попытка блокады России после Крыма.
Уже в марте 2014 года было ясно, что сама идея собрать против России широкую международную коалицию приведет лишь к ускорению антиамериканских процессов в мире. Да, Штаты смогут собрать союзников против России – но, во-первых, это будет сделано в последний раз, а во-вторых – само по себе лишь стимулирует Москву, Пекин и прочие центры силы на работы по строительству новой геополитической архитектуры. Важнейшая часть нового мирового порядка – глобальная финансовая система, и подготовка к вытеснению доллара велась и до Крыма. Причем она и так набирала обороты – в первую очередь потому, что Штаты упорно блокировали реформу МВФ, которая позволила бы сделать вытеснение доллара хотя и неизбежным, но постепенным – и лишь ускорилась после начала новой холодной войны Запада и России.
Стратегическое сближение Москвы и Пекина началось до Крыма – и вне зависимости от того, сорвется иранская сделка или нет, будет продолжено. Так же как и выстраивание ими глобальных структур ШОС и БРИКС – в любом случае выступающих оппонентами атлантическому блоку и США.
Давление на европейских союзников и сама попытка отрыва Украины от России, в ходе которой Европу поставили перед невозможным для нее выбором между атлантической солидарностью и отношениями с Москвой, а заодно и пытаются навязать ошейник трансатлантического торгово-экономического партнерства, в итоге рано или поздно выйдет Вашингтону боком – отдача будет соразмерна тому унижению, которое сейчас испытывают европейцы.
Понятно, что одобрение иранской сделки Конгрессом позволит Вашингтону смягчить часть набирающих силу противоречий с некоторыми глобальными игроками – но не более того. США не собираются отказываться от своих претензий на глобальное господство, на статус мирового гегемона, они лишь хотят сместить некоторые акценты и попробовать другие, менее вызывающие приемы на пути все к той же цели – а значит, суть противоречий между ними и остальным миром остается неизменной. «Иранская сделка» не может изменить ход истории – но хорошо, что благодаря ее обсуждению Штаты начинают признавать очевидное.