Первый и последний президент СССР Михаил Горбачев празднует 85-летие. Эпоху его правления нельзя назвать однозначной: одни ругают Горбачева за развал страны, другие благодарят за реформы. Истина, как всегда, посередине.
Если бы Горбачев не рискнул, Советский Союз могла ожидать гораздо более печальная судьба Югославии
Владимир СОЛОВЬЕВ, журналист, телеведущий: Сегодня 85 лет Михаилу Горбачеву. Надежды. Перестройка. Демократизация. Гласность. Конец холодной войны...а закончилось все развалом страны. Источник
Михаил БУДАРАГИН, публицист: Ни малейшего сомнения в реальности черта у Горбачева, его сторонников и его хулителей не было: Россия до сих пор теократия, где реальность формируется на основании веры. А уж вера ли это в рынок, Запад, Сталина или хруст французской булки образца 1911 года – дело десятое.
Горбачев похоронил Советский Союз, но не смог изменить главного: глубокой веры как принципа взгляда на мир. Сам он тоже стал предметом веры, воплотив в себе черты падшего советского ангела, низвергнутого в ад рекламы пиццы. Источник
Игорь КОРОТЧЕНКО, военный эксперт: Сколько бы ни полировали сегодня горбачевские сапоги своими языками наши либеральные СМИ, для народа Горбачев был и остается предателем. Источник
Георгий БОВТ, журналист, политолог: Что касается его главных, как верит Горбачев и сегодня, достижений – свободы и гласности, то он, конечно, будучи последним романтиком социализма, просто забыл, что свободу нельзя даровать сверху. Тогда ее ценность в глазах одаренных, толком не боровшихся за нее будет стремиться к нулю, особенно если дилетантские действия в экономике – а иным и взяться было неоткуда в стране, насквозь пронизанной марксизмом-догматизмом – ведут к падению уровня жизни людей. Журавля в небе не поймали, а синица в руках загнулась от недокорма.
#{smallinfographicright=752096}Однако если бы Горбачев тогда не попробовал, не рискнул – наощупь, без плана, сам путаясь в легендах и мифах о «ленинских нормах социализма», то, подозреваю, Советский Союз могла ожидать гораздо более печальная судьба Югославии. Надо бы сказать огромное спасибо Михаилу Сергеевичу за то, что этот «больной» относительно недолго мучился. А умер так и вообще в грезах о быстром и легко достигаемом процветании. Источник
Дмитрий ОЛЬШАНСКИЙ, публицист: Горбачев, совершенно как Керенский в 1917-м, пытался опереться на хаос и революцию, чтобы укрепить свою власть в обход старого режима, но, как и в 1917-м, быстро выяснилось, что опереться не получится, а получится только провалиться, что он трусоват, слаб, болтлив, что над ним смеется и его презирает весь наш народ, а новый режим будут строить совсем другие люди, способные, в отличие от него, пойти до конца.
Не нужно воевать со стариками и судить стариков. Слишком поздно. Ту страну и тех людей все равно уже не вернуть. Источник
Никита ГОЛОБОКОВ, журналист: Говорят, что под конец жизни Керенский очень радовался тому, что всех пережил. Был такой старый уже, но так самодовольно втирал: «Они меня все ни за что считали, презирали всячески, и Ленин, и Троцкий, и Краснов, и Савинков, а вот где они все, где теперь. А дядя Саша тут, живой». Это к 85-летию сами знаете кого. Источник
Василий ГАТОВ, медиааналитик: Однажды, много-много лет назад, 2 марта 1990 года, я пришел на работу в здание Верховного Совета СССР в Кремле. Вообще не помню, зачем, что обсуждалось и почему.
Помню только то, что без всяких особых процедур безопасности был пропущен с известинским удостоверением к лифтам, которые отвозили в зал заседаний. Я, вообще говоря, опаздывал. Минут на 15. Лифт кто-то держал на 4-м этаже, наконец он пришел, и я – не оглядываясь – вошел в него.
Обернувшись, я увидел, что вместе со мной в лифт вошел Михаил Сергеевич Горбачев с единственным охранником. У нас было секунд 30 практически наедине.
Все, что я смог из себя выдавить: «Спасибо вам, Михаил Сергеевич».
Он посмотрел на меня с удивлением. «Что?» – дальше было несколько предложений почти в шутку, о моей молодости и фиолетовой обложке блокнота (какие айпады в то время).
Я не нашелся и не смог ничего ответить. Он протянул мне руку, я ее пожал – прохладную, но мягкую. Лифт остановился.
«До встречи», – сказал генеральный секретарь, председатель президиума Верховного Совета, почти президент СССР.
«Спасибо, Михаил Сергеевич», – выдавил из себя я и пошел по своим делам, думая, что выглядел и вел себя как идиот. Это был его день рождения, он приехал на работу и нашел 10 или 12 слов для случайного журналиста в лифте.
С днем рождения, Михаил Сергеевич. Вы единственный и неповторимый. Никто и никогда не сделает того, что смогли сделать вы. Источник
Василий ЖАРКОВ, политолог: Сколько людей смогли вырваться из нищеты и заскорузлости советского быта, разбогатеть просто потому, что стало можно заниматься бизнесом и зарабатывать. Спасибо законам о кооперации и индивидуальном предпринимательстве.
Еще одна дорогая для меня потеря времен перестройки – с ослаблением, а потом и ликвидацией советской цензуры, с отказом от лжи коммунистической пропаганды исчезла обязательная для каждого советского человека необходимость врать и притворяться. Источник