Поездка президента России Путина в Иран должна состояться в августе. С дипломатической точки зрения это то, что называется «знаковым событием». Во-первых, для вступающего 3 августа в должность президента Ирана Рохани приезд одного из мировых лидеров означает прямое предложение отложить прежние разногласия и перезапустить отношения, подпорченные во время предыдущего президента Медведева.
Основной мотив поездки Путина – поставки систем ПВО и увязанный с этим вопросом отказ от иска Ирана к России за срыв контракта по поставкам С-300
Да и Ахмадинежад с его пацанской лексикой в общем-то тоже был совсем не айс.
Сложностей на самом деле достаточно. Неурегулированные проблемы Каспия, ядерная программа, поставки систем ПВО. Каждая из проблем непростая, и Россия и Иран имеют по ним заметно отличающиеся точки зрения.
Но за последние годы произошли события, которые вынуждают размораживать отношения. «Арабская весна» – главное из них. Интересы Ирана и России совпадают в Сирии. Опять не полностью и, опять же, отличаясь в деталях, но крах режима Асада в наши планы не входит точно. Пока сколько-нибудь скоординированной политики на этом направлении не было, каждая из стран, включая и Китай, действует в Сирии и вокруг Сирии по большей мере сепаратно, но похоже, что пришло время более четкого взаимодействия. Кроме того, Россию не могут не настораживать танцевальные па Америки вокруг Ирана. Потепление отношений между Штатами и Ираном вряд ли возможно, однако заключение каких-то полуджентльменских соглашений – вполне.
Иран обладает определенным влиянием в Ираке, поддерживая шиитский режим в Багдаде. У России были и есть свои интересы в этой стране, поэтому налаживание отношений с Ираном может поспособствовать и здесь.
Скорее всего, эти вопросы будут лишь упомянуты, основной мотив поездки Путина – поставки систем ПВО и увязанный с этим вопросом отказ от иска Ирана к России за срыв контракта по поставкам С-300. Россия предложила взамен комплексы «Антей-2500», но Иран пока не дал ответа.
Ядерная программа – скорее всего, главное в этой встрече. Сложная и непростая проблема. Иран еще устами Ахмадинежада вполне уверенно сообщил, что следующий этап строительства Бушера – вопрос решенный, хотя Россия пока без особого восторга относится к этой идее. Нам запуск Бушера оказался в убыток, есть сомнения в финансовых возможностях Ирана, неясен вопрос с топливом и утилизацией отработанного топлива.
Кроме того, ядерная программа Ирана – красная тряпка для Запада и Израиля, и махать ею перед ними России особого резона нет. Разве что за какие-то политические уступки со стороны Ирана. Или не уступки, но договоренности.
Ирану важен Бушер. Очень важен с промышленной точки зрения – дефицит электроэнергии никуда не делся: собственно, из-за него он и впрягся в эту непростую, тяжелую и затяжную борьбу с Западом.
Ирану важен Бушер и с политической точки зрения. Россия – один из участников «шестерки» на переговорах по ядерной проблеме. Привязать Россию контрактами и обеспечить более заинтересованное ее участие для Ирана очень важно. Пока для России действует «доктрина Лаврова» – тактика мелких взаимных уступок, которую наш министр иностранных дел предложил в качестве реального выхода из противоречий по ядерной программе. Иран, в принципе, не возражает против такого подхода, но ему кажется, что от него требуют весьма немелких шагов навстречу, предлагая взамен по большей части полновесный пшик. Отсюда и периодический ступор на переговорах.
В общем, Путину и Рохани есть о чем поговорить сразу после поздравлений и приветствий. Говорить долго и непросто. Но, так или иначе, приезд российского президента выглядит действительно знаковым. Впервые российский руководитель приезжает в Иран с визитом, нацеленным только на российско-иранские взаимоотношения. До этого в Тегеран приезжал только Сталин в 1943 году и тот же Путин в 2007-м на Каспийский саммит. Пришло время повышать уровень отношений.