Можно ли православной женщине носить брюки? Задайте этот вопрос православным, и вы получите быстрый и четкий ответ: не положено, традиция такая. Более искушенные в Писании могут добавить: апостол Павел сказал, что женщине нельзя ходить в мужской одежде. Но насколько обоснована эта традиция, и о чем на самом деле пишется в Библии?
Фарисейская приверженность к внешнему исполнению заповедей часто играет с людьми злую шутку
На самом деле запрет ношения одежды противоположного пола содержится в Ветхом Завете. «На женщине не должно быть мужской одежды, и мужчина не должен одеваться в женское платье, ибо мерзок пред Господом Богом твоим всякий делающий сие» (Втор. 22:5). А апостол Павел, если и имеет в виду нечто подобное, то говорит не об одежде, а о прическе и головном уборе (1Кор. 11:4-15).
Какой мужской одежды не должно быть на женщине? Поинтересовавшись, как выглядела мужская и женская одежда в те времена, мы будем удивлены. Речь не только не идет о брюках – их не было ни во времена Ветхого Завета, ни во времена Нового, ни даже в Средние века. Брюки как мужская одежда в христианской культуре появляются только в XIX веке. А в женской и мужской одежде древнего времени мы не увидим особой разницы: нижняя рубаха до колен и верхний плащ, такой была одежда и мужчин, и женщин. Об отличиях в Библейском словаре Брокгауза сказано: «Женская одежда была похожа на мужскую, но все же имела некоторые отличия, одеяния женщин были длиннее и шире мужских, и, вероятно, изготавливались из более тонких тканей...» Как видим, разница не принципиальная. Это заставляет думать, что речь идет не столько о внешнем, сколько о внутреннем отличии мужчин и женщин, о котором, по заповеди, не стоит забывать ни тем, ни другим.
Может быть, основание для неприятия брюк можно найти в канонах Православной церкви? В 62-м правиле Шестого Вселенского собора действительно сказано: «Определяем: никакому мужу не одеватися в женскую одежду, ни жене в одежду, мужу свойственную...», и тут же продолжение: «...ни носити личин комических... при давлении винограда в точилах не возглашати гнусного имени Диониса...» и т. д. и т. д. Оказывается, речь идет о так называемых ряженых, а не об обычных одеждах. Все это правило посвящено разным языческим обычаям, проникающим в христианскую среду. Есть еще одно каноническое правило, на этот раз ближе к нашей теме. 13-е правило Гангрского поместного собора гласит: «Аще некая жена, ради мнимого подвижничества, пременит одеяние, и вместо обыкновенныя женския одежды облечется в мужскую, да будет под клятвою». Это правило, как мы видим, обличает не одежду, а мнимое подвижничество, увлекаясь которым, женщина перестает быть такой, какой ее создал Бог.
Типичная фарисейская черта – буквальное понимание слов, сказанных в духовном смысле. Так, в свое время заповедь «Не вари козленка в молоке матери его» (Исх. 23:19) превратилась в гастрономическую заповедь о невкушении молока и мяса одновременно. Но даже если понять запрет на мужскую одежду для женщины буквально, при чем здесь женские брюки? Ведь они спроектированы, скроены и пошиты специально для женщин. Что это за мужская одежда, которую ни один мужчина под страхом пыток не наденет? Брюки появляются на женщинах уже с начала XX века, а в шестидесятых годах благодаря Иву Сен-Лорану окончательно становятся женской одеждой. Теперь к ним просто не подходит определение «мужская одежда».
#{religion}Таким образом, мы ясно видим, что о брюках как модели одежды ничего не сказано ни в Ветхом, ни в Новом Заветах. О брюках и вообще об одежде ничего не говорят канонические правила Православной церкви. Наконец, сам мир воспринимает женские брюки как женскую одежду. Более того, в Церкви были случаи, когда женщины надевали действительно мужскую одежду, самую настоящую. Например, св. блж. Ксения Петербуржская, или старец Досифей киевской Китаевской пустыни, оказавшийся, как говорят, переодетой женщиной, искавшей иноческого подвига и, таким образом, скрывшейся от родных. Осуждала ли их Церковь? Ведь в обоих случаях можно вспомнить правило Гангрского поместного собора, о котором мы упоминали. Но Церковь вместо осуждения, наоборот, признала их святыми, потому что никогда не принимала ни ветхозаветного, ни канонического правила об одежде во внешнем смысле как требование моды и стиля, но придавала ему духовный смысл.
В церковной традиции, как мы видим, оснований для запрета на женские брюки нет. Откуда же такой запрет взялся? Каковы причины его происхождения?
Первая причина имеет духовный характер. Фарисейская приверженность к внешнему исполнению заповедей часто играет с людьми злую шутку. Присмотритесь к женщинам, особенно ревностно соблюдающим запрет на брюки. Насколько они женственны? Внимательно выслеживая всякий факт ношения брюк в храме и обличая его, такая женщина, как правило, в духовном смысле давно натянула на себя штаны своего мужа, взяв бразды правления в семье в свои руки, не признавая ничьего мнения, кроме своего, даже в церкви. А ведь апостол Павел, кроме внешнего вида, говорит еще о кое-чем: «Жены ваши в церквах да молчат, ибо не позволено им говорить, а быть в подчинении, как и закон говорит. Если же они хотят чему научиться, пусть спрашивают дома у мужей своих; ибо неприлично жене говорить в церкви» (1Кор. 14:34-35). И еще: «...а учить жене не позволяю, ни властвовать над мужем...» (1Тим. 2:12).
«Брючное» искушение – хороший пример того, как внешнее смирение становится поводом для дерзости. Примеров на памяти, к сожалению, немало. Пришлось однажды видеть, как в фойе православного университета молодая смиренная студентка обмолвилась об относительности «юбочного» обычая (сама она была одета в юбку). Стоявшая рядом женщина неопределенного возраста буквально пришла в бешенство, выкрикивая проклятие брюкам, чем ввела в смущение не только бедную девушку, но и всех присутствующих, включая священников. Другой пример произошел в детском психоневрологическом санатории. На работу устроилась женщина, которую по виду можно было принять за мусульманку. Она всегда носила платок и длинную юбку, потому что была православной. Постепенно она стала требовать себе льгот, объясняя это тем, что вокруг больные дети, и они могут на нее напасть и, наконец, уволилась, не отказавшись от своих претензий. У кого повернется язык назвать безбожниками подвижников, с любовью работающих с болящими детьми, от которых часто брезгливо отворачиваются люди на улице, а иногда бросают даже собственные родители? И как назвать христианкой ту, которая, в юбке и платке, подала на них в суд?
Как тут не вспомнишь: «Фарисей слепой! очисти прежде внутренность чаши и блюда, чтобы чиста была и внешность их» (Мф. 23:26)
Вторая причина более обыденна. Связана она с неприятием пожилыми людьми, не имеющими должного такта и уважения к другому человеку, мирской моды, появившейся в 60–70-е годы. Реакция эта объясняется типичной советской серостью и задавленностью, не терпящей яркости и необычности ни в суждениях, ни в цветах и фасонах одежды. Исчерпывающее доказательство этому – тот факт, что «церковная традиция» неприятия женских брюк и обязательного ношения платочка существует только в церквях на территории бывшего Советского Союза. В православных церквах других стран о ней ничего не знают. Одна православная христианка переехала жить в Великобританию и при входе в православный храм, по своей традиции, надевала платочек. Очень быстро она заметила, что выглядит экстравагантно и невольно приковывает к себе внимание на службе. Чтобы не смущать верующих, она решила платочек больше не надевать.
Характерны слова одной современной «святой», имени которой не буду называть, чтобы не травмировать ее почитателей. «Со скорбью говорила матушка о женщинах и девушках, которые ходят в брюках: Нельзя женщинам надевать мужскую одежду, ... За это отвечать придется перед Господом... И знайте, женщины, носящие брюки, во время грядущей войны будут призваны в армию, и немногие живыми вернутся... И ты на огороде ходишь в штанах, не делай этого, особо ответишь!» Устами этой матушки говорит не святая, а запуганная советская старушка, даже не понимающая, как абсурдно звучат ее слова.
Конечно, дело не в брюках и платочках. Само желание выглядеть верующим, носить какую-то особенную форму, таит в себе большую опасность. Ведь верующим надо быть «... не пред людьми, но пред Отцом твоим, Который втайне» (Мф. 6:18). Иначе мы соберем сокровище от людей, как дальше говорится в этом евангельском отрывке, но пригодится ли оно нам? Недаром многие святые избегали благочестивого вида, стараясь выглядеть обычными, а то и совсем никчемными и даже безумными. Стремиться к тому, чтобы выглядеть верующим – это и есть фарисейство, от закваски которого предостерегает Христос (Мф. 16:6). И спор о брюках, платочках, помаде, прическах и других ничего не значащих вещах более всего может навредить человеку, который пришел в церковь, чтобы не выглядеть верующим, а быть им.
Источник: «Киевская Русь»