Дело Брейвика наглядно демонстрирует абсурдность системы правосудия в демократических государствах. В России, при некоторой собственной специфике, в принципе то же самое: 9 апреля Мавроди, по закону, задержать еще могли, а 10-го – уже нет, так как, оказывается, «истек срок давности». Нормальное государство не могло бы себе позволить такого наглого издевательства над самим духом справедливого возмездия. 10-го, 11-го, 12-го, 28-го, без разницы, преступник, в конце концов, должен быть найден и доставлен по назначению.

Российские интеллектуалы, томящиеся в КПЗ, могли бы сходу перенять этот опыт

Брейвик пользуется слабостями либерализма по полной программе. Особого интереса заслуживает филологический анализ обвинительного заключения, проведенный «писателем», как он себя называет, – с возвратом палачам безграмотного в смысле правописания текста. Российские интеллектуалы, томящиеся в КПЗ, могли бы сходу перенять этот опыт: вне всяких сомнений, в их делах то же самое, если не хуже – масса орфографических и стилистических ошибок, ведь сегодня практически никто не знает русского письменного как надо, независимо от статуса и занимаемой должности. Практически у каждого судьи и прокурора – сплошь кондовые тексты за их подписью: ни точного синтаксиса, ни пунктуации. А ведь даже одна запятая, как нам известно из классики («Казнить нельзя помиловать»), порой может решить исход дела. И это уже достаточное основание для недоверия не только к документам дела (протоколам и т. п.), но также к показаниям свидетелей и всему остальному «делу».

Отдельный и главный вопрос – степень вменяемости убийцы. По логике вещей, по-настоящему больной человек, совершивший тяжкое преступление, представляет собой гораздо большую опасность, чем здоровый, так как не отдает себе отчета в происходящем. Уже только на этом основании он должен быть надолго, если не навсегда, изолирован от окружающих. В заключении он, само собой, может проходить курс лечения: одно другому не мешает.

#{image=620285}В случае с Брейвиком ситуация еще более дикая: субъект абсолютно вменяем, но обвинению это никак не удается доказать. Можно было бы заниматься этим юридическим идиотизмом, если бы существовали сомнения в том, что десятки людей убил именно Брейвик, во всех остальных случаях это аномально. Норвежский суд может встать в тупик буквально по каждому поводу – ведь если, например, Брейвик не признает пользу от мультикультурализма, то уже одно только это свидетельствует о его полной невменяемости.

В любом городе любой страны в высотных домах проживает достаточное количество сумасшедших (зачастую отпущенных из психиатрических больниц домой), которые ежедневно изводят своих соседей, держа их в постоянном напряжении – то не закроют воду и топят все этажи, то беспричинно открывают газ, то забивают канализацию. Но соседи вынуждены все это терпеть, так как необходимо проявлять заботу о больных, которые не нужны ни больнице, ни полиции.

Брейвик нашел (возможно, с помощью креативных психологов-адвокатов) оптимальные способы издевательства над норвежским судом по многим параметрам. Все думали, что самое интересное в жизни террориста уже позади, однако, судя по всему, аудиторию ждет еще более сильное, на этот раз интеллектуальное, шоу.

Источник: ИА REX