«Разница в возрасте не клеймо или привилегия, а одна из многих переменных в сложной системе отношений. Разница в 10 лет и чуть более – это не патология и не залог счастья, а особый ландшафт, по которому пара проходит свой путь. Еще несколько десятилетий назад брак воспринимался прежде всего как экономический и репродуктивный институт. Разница в возрасте, где мужчина значительно старше, была традиционной и редко осуждалась, потому что отражала ресурсную модель: зрелый мужчина – опора, молодая женщина – здоровое потомство. Сегодня же сдвиг колоссальный», – говорит Кульгавчук.
Согласно опросам Pew Research Center от 2019 года, которые он приводит в пример, около 39% взрослых в США считают разницу в 10+ лет социально приемлемой, а в крупных европейских городах эта цифра приближается к 45–50%. В России, по выборочным данным ВЦИОМ и демографических исследований, доля браков с разницей более 10 лет стабильно составляет 10–13% от всех зарегистрированных союзов, и она не снижается, несмотря на общие тенденции к выравниванию возраста партнеров.
Общество стало считать это нормой сразу по ряду причин, продолжает психотерапевт. Во-первых, изменилась сама функция брака. Произошел переход от «институционального» союза к «партнерскому», где на первый план выходят эмоциональная близость, общие ценности и личностная зрелость. Зрелость же не всегда коррелирует с паспортным возрастом, но часто приходит с опытом – отсюда готовность вступать в союз с человеком другого поколения.
Во-вторых, продолжает эксперт, увеличилась продолжительность активной жизни: 50 лет сегодня и 50 лет в 1970-х – это два совершенно разных биологических и социальных возраста. Он объясняет, что когда человек в 55 здоров, энергичен и строит карьеру, разница в 10–12 лет с партнером перестает ощущаться как пропасть. В-третьих, рост числа повторных браков внес свой вклад: люди, уже имеющие детей и состоявшиеся профессионально, менее ограничены «биологическими часами» и чаще выбирают партнера, исходя из психологической совместимости, а не возраста.
«Я всегда мягко, но прямо обсуждаю с такими парами зоны риска. Они не фатальны, но их осознание предотвращает кризисы. Исследование Университета Эмори от 2014 года, проанализировавшее три тысячи пар, показало, что разница в пять лет коррелирует с повышением вероятности развода на 18% по сравнению с одновозрастными парами, в 10 лет – уже на целых 39%. Разница же в 20 лет – это 95% вероятности развода», – делится Кульгавчук.
Он рассказывает, что авторы исследования полагали, что дело может быть не столько в самом возрасте, сколько в том, что партнеры с большим разрывом могут иметь разные жизненные этапы, цели, культурные ориентиры и финансовые взгляды, что при отсутствии психологической гибкости повышает конфликтность. Однако за этими цифрами стоят не «проклятие разницы», а конкретные стрессоры, с которыми можно работать.
Первая трудность, делится врач, расхождение жизненных циклов. Когда одному партнеру 45, а другому 57, разговор о выходе на пенсию, темпе карьерной активности и досуге становится острее. Один еще готов бежать марафоны и открывать бизнес, второй начинает задумываться о замедлении. Без договоренностей это способно породить обиду: «Ты меня не догоняешь» или «Ты меня тащишь, когда я хочу покоя».
«Вторая зона – сексуальная динамика. С точки зрения сексологии пик сексуального желания у мужчин часто приходится на 20–30 лет, а у женщин – на 30–45. Когда мужчина старше более чем на 10 лет, он может столкнуться с возрастным снижением тестостерона, эректильной неуверенностью как раз в тот период, когда партнерша входит в период максимальной сексуальной осознанности и желания. Это требует особенно бережного, нетабуированного диалога и гибкости в интимной сфере. В обратном случае, если женщина старше на 10+ лет, пара может встретиться с менопаузальными изменениями и их влиянием на либидо, что тоже решаемо, но нуждается в совместном внимании, а не замалчивании», – отмечает сексолог. Он обращает внимание на то, что своевременное наблюдение у врача-сексолога позволяет мужчинам держать свою сексуальную форму.
Третий вызов, продолжает собеседник, перспектива «сиделки». Исследования геронтологов (например, данные National Health and Aging Trends Study от 2018 года) показывают, что при значительной разнице в возрасте более молодой партнер статистически чаще принимает на себя роль ухаживающего в старости. Более молодые супруги-ухаживатели чаще сталкиваются с эмоциональным выгоранием и социальной изоляцией из-за длительного периода ухода.
А длительное отсутствие на рынке труда для обеспечения ухода, продолжает специалист, приводит к существенному снижению общего благосостояния семьи. «Это не приговор, а реалистичный сценарий, который стоит обсуждать еще в пору полного здоровья и сил: как мы будем обходиться с ресурсами, помощью со стороны, разделением заботы. Нормализация таких браков иногда приводит к тому, что пары не рефлексируют эти долгосрочные сценарии, считая, что «любовь все победит». Любовь побеждает, но лучше, когда у нее есть карта местности», – считает Кульгавчук.
Интересно, что в зеркальной реальности, когда женщина старше своего возлюбленного на десять и более лет, общественное мнение по-прежнему контрастнее, замечает врач. По данным Pew Research 2017 года, только около 5% браков в западных странах имеют разницу в 10+ лет в пользу женщины, и они до сих пор сильнее стигматизируются. Эволюционная психология объясняет это глубинной установкой на фертильность: якобы мужчина бессознательно ищет «более молодую» как гарант репродуктивного успеха. Однако есть пары, где женщина была значительно старше, и они показывали более высокий уровень счастья и стабильности, чем среднестатистические пары.
«Причина таких результатов проста, она заключается в осознанном выборе. Такие союзы реже заключаются под давлением «часиков» или социальных шаблонов, и оба партнера, преодолев предрассудки, часто вступают в них с исключительной мотивацией быть вместе. Мужчина в такой паре обычно эмоционально зрел и не ищет иерархии, а женщина более уверена в своих желаниях и границах, что создает фундамент глубокого партнерства», – объясняет психотерапевт.
Тем не менее в своей практике от пациентов он все еще достаточно часто слышит эхо двойных стандартов: от страха женщины «постареть» и быть оставленной до скрытой или открытой насмешки над мужчиной «подкаблучником». Общество меняется медленно, но направление задано. Крупные города и медиа уже снимают табу: количество таких пар в публичном поле растет, и это новая норма, которая строится не на биологии, а на психологической совместимости, считает он.
«Любой брак – это диалог различий. Разница в возрасте – лишь одно из них, стоящее в ряду различий в темпераменте, образовании, достатке. Я не вижу в союзе с разницей в более 10 лет ни повода для паники, ни повода для безоглядной романтизации. Я вижу повод для честности: обсуждайте, как вы будете проходить возрастные переходы, открыто говорите о сексуальных ожиданиях сейчас и в перспективе, договаривайтесь о финансах и заботе друг о друге вдолгую. Пары, которые делают это, независимо от цифры в паспорте, и есть настоящая «норма» – норма осознанной любви, которую статистика просто не всегда успевает зафиксировать», – заключил Кульгавчук.
Ранее газета ВЗГЛЯД сообщала, что в Москве на III Всероссийском свадебном фестивале в День семьи, любви и верности официально оформили отношения 150 пар со всей страны. Церемония прошла в Национальном центре «Россия», молодожены обменялись кольцами и получили памятные подарки. По данным управления ЗАГС Москвы, в этот день в столице поженились более тысячи пар, а кульминацией праздника стали выступления известных артистов. К фестивалю присоединились филиалы центра во Владивостоке, Красноярске и Ханты-Мансийске, где поженились еще 36 пар.