Глава комитета Госдумы по труду, социальной политике и делам ветеранов Ярослав Нилов предложил ограничить сферу применения режима для самозанятых исключительно услугами, оказываемыми только физическим лицам (услуги нянь, репетиторов, помощников по хозяйству и т.д., а также аренда недвижимости) к 2029 году. По его словам, у самозанятых недостаточная социальная защищенность, большинство пользователей режима фактически не формируют пенсионные права, а также под самозанятыми маскируют и трудовые контракты.
«Эксперимент по специальному налоговому режиму для самозанятых завершится в 2028 году. И одно ясно точно: до окончания эксперимента менять условия недопустимо. Государство пообещало самозанятым установить на десять лет неизменные правила и обязано выполнить это обещание», – говорит член комитета Госдумы по труду, социальной политике и делам ветеранов Светлана Бессараб.
Она полагает, что после 2028 года депутатам думских комитетов предстоит большое общественное обсуждение по результатам анализа проведенного эксперимента. Однако уже сегодня понятно, что необходимы новые формы работы самозанятых с внебюджетными фондами, расширение возможностей социального страхования, чтобы работающие на себя могли сформировать «подушку безопасности» на случай временной нетрудоспособности, обеспечить доход на пенсии.
«Допускаю, что определенные ограничения на оказание услуг юридическим лицам могут потребоваться. Например, в тех ситуациях, когда явно или неявно можно определить признаки наличия трудовых отношений: взаимодействие с самозанятым на постоянной основе по одним и тем же выполняемым ими функциям, требования к графику работы, управление, другие признаки трудовых отношений», – рассуждает собеседница.
Вместе с тем, продолжает она, уже сегодня можно сделать вывод, что ряд несистематических или одноразовых услуг или работ было бы неправильно запрещать, ведь это ограничит доходы самозанятых. Сегодня самозанятые предоставляют услуги в IT- сфере, дизайне, доставке, маркетинге, юридическом обслуживании, многих других сферах. «И если людям это удобно, зачем отнимать у них заработок?» – зажается вопросом Бессараб.
Заместитель председателя комиссии по экономике и трудовым отношениям Общественной палаты РФ, председатель координационного совета при ОП по сетевым сообществам, президент Ассоциации МАКО Ольга Голышенкова считает, что данная инициатива привлекла внимание к действительно болезненным и назревшим проблемам, которые нельзя игнорировать. Однако жесткое ограничение, означающее свертывание режима для миллионов граждан, породит куда более серьезные проблемы.
«Во-первых, это массовая делегитимизация и уход в тень. На сегодняшний день почти половина самозанятых работает в сфере B2B (услуги для бизнеса): IT-специалисты, дизайнеры, копирайтеры, консультанты, маркетологи, бухгалтеры на аутсорсе. Это ядро современной цифровой и креативной экономики. Объявить их деятельность «нелегитимной» для данного режима – значит, вытолкнуть сотни тысяч законопослушных граждан и малых предпринимателей обратно в серую зону, в наличные расчеты или в искусственные схемы», – делится член ОП.
Во-вторых, продолжает она, это очевидный удар по гиг-экономике (экономика, в основе которой лежит труд внештатных работников) и малому инновационному бизнесу. Сегодня гибкие формы занятости – мировой тренд. Стартапы, небольшие агентства, проектные команды часто привлекают специалистов именно на принципах самозанятости. Это позволяет им гибко масштабироваться, снижать административную нагрузку и конкурировать.
Еще одним важным минусом инициативы, по мнению эксперта, является тот факт, что изначальная философия режима НПД заключалась в создании комфортного, цифрового и простого «социального лифта» из теневой занятости в легальную экономику. Данное предложение меняет вектор с «как улучшить и адаптировать режим» на «кого из него исключить», а это регрессивный подход.
«Как представляется, внедрение инициативы может также вызвать административный хаос и создать правовую неопределенность. Резкое, растянутое на годы изменение правил игры создаст невыносимые условия, ведь непонятно, как бизнесу планировать долгосрочные контракты и как самозанятому строить карьеру. Это вызовет волну судебных споров о правомерности применения режима в прошлом и паралич в будущем», – рассуждает Голышенкова.
На ее взгляд, необходим пакет мер, который должен включать в себя интеграцию в социальную систему. Нужно создать простые и привлекательные механизмы добровольных пенсионных и социальных отчислений для самозанятых. Например, дать возможность через тот же личный кабинет в «Моем налоге» направлять часть дохода на формирование будущей пенсии с учетом этих взносов или покупать полис социального страхования. Государство могло бы добавить стимулы в виде софинансирования или налоговых вычетов.
Также, считает собеседница, необходимо ввести четкие легальные критерии отличия самозанятости от трудовых отношений. Следует законодательно прописать «красные флаги»: постоянный график, подчиненность внутренним правилам, отсутствие других клиентов, предоставление оборудования работодателем. Если эти признаки есть – это трудовые отношения, и ФНС совместно с Минтрудом России должны пресекать такие схемы.
«Для тех, кто хочет легализоваться полностью, можно предусмотреть упрощенный переход на другие режимы (например, УСН) без потери истории и репутации. Режим НПД должен быть первой, а не единственной ступенью. Возможно, для сфер с высокими рисками социального демпинга (например, курьерские услуги, где чаще всего маскируют трудовые отношения) стоит ввести чуть повышенную ставку НПД, часть которой аккумулировалась бы в социальный фонд для участников режима», – заключила Голышенкова.
Ранее в Минздраве России предложили самозанятым россиянам разрешить получать листки нетрудоспособности.