Морикова сказала, что их старший сын успел уехать в Бердянск, а младший подорвался на укропском «лепестке», ему оторвало стопу. По ее словам, его оперировали в Луганске, а потом отвезли в Алчевск – в мужской монастырь. «Последние новости, которые мы о нем знаем, что сына эвакуировали в Россию, в Ростовскую область. А куда конкретно – неизвестно. Его зовут Мориков Дмитрий Сергеевич, 1987 года рождения. Хотим передать ему хотя бы, что мы живы!» – отметила она, передает ДАН.
Женщина утверждает, что украинские солдаты относились к местному населению, как настоящие оккупанты. «Они сами меж собой говорили по-украински: есть «люды», а есть «людыськи» – то есть «людишки». Это они нас так называли… Вроде мы – «второй сорт»…» – утверждает она.
Женщина неловко держит на перевязи перебинтованную левую руку.
Морикова также рассказала, что она получила осколочную травму левого предплечья с переломом. «Это когда на нашу улицу 8 марта кассета прилетела… Я тогда не успела войти во двор, присела и прикрыла голову рукой – в нее и попало. Еще в ногу, но там несильно, – вспоминает она. – У нас там вся земля тогда в этих кассетах была, мы их почему-то «табуретками» называли. Они такие круглые, из алюминия».
Женщина добавила, что сейчас уже все нормально, рука понемногу восстанавливается, травматолог сказал, что гипсовый лангет уже можно снять.
«Первый раз я непосредственно столкнулась с украинскими «защитниками» в доме родителей. Нам соседи сказали, что рядом с ним стоит «бандерамобиль» – мы так называли пятнистые военные машины украинской армии. Солдаты сломали замки и в гараже, и в доме, выломали входные двери. Я их спрашиваю: «Что вам здесь надо?» Они отвечают: «Мы пришли вас защищать – нам нужно в подвал». «А вы чего, в подвале нас защищать будете?!» – возмущенно пересказывает события женщина.
Она добавила, что украинские военные поставили во дворе дома миномет, а в подвале они прятались во время стрельбы. И все это происходило в одноэтажной застройке – среди таких же домов, где на тот момент оставались мирные жители Соледара.
«Тогда я, что называется, выступила: «Знаете что, ведь это не я ломаю замки у вас там, в Тернополе или во Львове! Это вы здесь у меня все разломали!» Правда, украинские солдаты потом ушли… Но трясло меня конкретно – и от страха, и от злости. Потому что они запросто могли меня пристрелить, такие случаи бывали, люди рассказывали», – говорит Морикова.
Другой похожий эпизод случился на Рождество, 7 января. Тогда уже шли интенсивные ближние бои в жилой застройке. Линия фронта подошла к дому Мориковых.
«Украинские «захысныки» прятались среди нас, среди мирного населения. Я как-то выглядываю из подвала, а он из-за гаража, из-за бетонного забора стреляет с плеча… не знаю, как это оружие называется, – в сторону «вагнеровцев». Я ему говорю: «Что ты делаешь?! Сейчас же по нам прилетит «ответка»!.. А он улыбается», – вновь вспоминает она.
Но все же вскоре украинские солдаты побежали со своих позиций. Россияне методично и упорно продвигались по городу. «Украинские солдаты, когда убегали, побросали рюкзаки, спальники, другие вещи. Оставили пулемет и патроны. Еще какие-то боеприпасы, к артиллерии – я в них не разбираюсь», – сказала Морикова.
По ее словам, мирные жители сразу же, как украинские войска побежали, вывесили белые полотенца, простыни… Чтобы показать, что тут живут люди.
«Сначала «вагнеровцы» эвакуировали из-под обстрела своих раненых, а потом уже стали выводить и мирное население из зоны боев. Они постучали к нам, вежливые, разговаривали негромко, успокаивали, – вспоминает она. – Я сначала ни в какую уезжать не хотела, но они так же сдержанно, но настойчиво объяснили, что тут становится еще опаснее, и они обязаны защитить мирное население».
Четыре километра бойцы выводили мирных людей пешим порядком и малыми группами, чтобы труднее было засечь с квадрокоптера. Российская армия, по словам Натальи, тащила сумки семьи с вещами. «Обстрел тогда уже был не такой сильный. «Вагнеровцы» вывели нас в район комбикормового завода, и там посадили в УАЗик. На нем мы добрались в Первомайск. Сразу спросили, кому нужна медицинская помощь. Меня именно поэтому, из-за ранения руки, направили сначала в Стаханов, а потом уже сюда», – рассказала Морикова.
«Здесь, действительно, все такое родное! Отношение людей – радушное. Понимаете, украинская пропаганда – она злая, с матерными выражениями, какая-то действительно нелюдская. А здесь понимаешь, что принадлежишь к большой стране, и относятся к тебе здесь по-человечески», – добавила она.
Ранее руководитель группы «Вагнер» Евгений Пригожин рассказал о тактике взятия Соледара и показал руководившего штурмом кварталов. Он также пообещал вернуть на родину погибших украинских военных.
Накануне жительница Соледара ДНР рассказала, что среди военнослужащих украинских войск были иностранцы из Польши и Британии.