Родственники Прибке потребовали от итальянских властей вернуть им тело покойного. Но в ответ им было сказано, что власти не знают, где оно сейчас находится, пишет Le Monde.
#{bigimage=752380}Напомним, похороны бывшего эсэсовца Эриха Прибке, который скончался неделю назад в Риме в возрасте 100 лет, привели к беспорядкам в пригороде итальянской столицы. На улицах Рима столкнулись неонацисты и протестующие против похорон Прибке.
Заупокойная месса по бывшему офицеру СС должна была пройти в Альбано в Институте папы Пия X, принадлежащем Священническому братству.
Тут также стоит отметить, что основатель братства епископ Лефевр в 1988 году вступил в открытый конфликт с Ватиканом и был отлучен от Римско-католической церкви. А один из видных деятелей лефеврианцев, епископ Уильямсон публично отрицал существование газовых камер и холокоста.
На среду на одном из римских кладбищ была назначена кремация. Но во вторник вечером у ворот института, куда под охраной полиции был доставлен гроб, собрались около 200 протестующих.
Протестующие пели песню итальянского сопротивления Bella Ciao и с криками «палач», «убийца» пинали катафалк, предлагая выбросить тело Прибке «на ближайшую помойку».
Проститься с бывшим эсэсовцем приехала и группа неонацистов, попытавшихся прорваться в Институт Пия Х, что привело к столкновениям.
Протестующие начали бросать бутылки с зажигательной смесью, и полиция была вынуждена применить слезоточивый газ. Двух активистов арестовали. Приостановив церемонию, власти решили пока перевезти гроб на военный аэродром Pratica di Mare. В настоящий момент решается вопрос о новом месте похорон Прибке.
Эрих Прибке был обвинен за участие в убийстве войсками СС 335 гражданских итальянцев в Ардеатинских пещерах 24 марта 1944 года в Риме. Прибке был одним из организаторов массовой казни.
После войны он бежал в Аргентину, через 50 лет был экстрадирован в Италию, где его приговорили к пожизненному заключению. Когда Прибке умер, власти Аргентины, Рима и его родного немецкого Хеннигсдорфа не захотели хоронить военного преступника из опасения, что его могила превратится в место паломничества нацистов.