По словам ученого, российская помощь оказывается по просьбе японской стороны и будет выражаться в поставках некоторых видов оборудования, измерительных приборов и материалов. «В частности, речь идет о гибких шлангах высокого давления, чтобы перекачивать (радиоактивную) воду в океан, а также об определенных дозиметрах», - сказал Большов, передает ИТАР-ТАСС.
Оценивая перспективы ликвидации последствий аварии на японской АЭС, которая считается самой тяжелой после Чернобыльской катастрофы, ученый высказал мнение, что ситуация на «Фукусиме» может быть взята под контроль в течение трех-шести месяцев. За это время, отметил он, специалисты закроют защитным саркофагом поврежденные блоки.
Как заметил Большов, «Чернобыльский опыт, к сожалению, не оказался востребован». Схожесть двух аварий он видит в том, что «произошло существенное разрушение активной зоны и радиация вышла за пределы промышленной площадки». Отличие в том, что «не было взрыва», а также «ареал распространения радиации в Японии существенно меньше, вовремя была сделана эвакуация». Поэтому, считает российский ученый, уровень, который недавно японская сторона приписала этой аварии - седьмой (максимальный) - завышен.
«Во всем профессиональном сообществе это вызывает недоумение. Скорее всего, он связан с какими-то экономическими причинами», - полагает Большов. Отвечая на вопрос, почему в Чернобыле было задействовано гораздо больше ликвидаторов, он отметил, что в Чернобыле, во-первых уровень загрязнения был выше, а во-вторых, задача, поставленная перед специалистами 25 лет назад, состояла в том, чтобы «не только построить саркофаг, но и запустить три блока чернобыльской АЭС к 7 ноября (празднику революции)». «Если бы были поставлены другие задачи, то и количество ликвидаторов было бы меньше».
На сегодняшней конференции специалисты-медики, участвовавшие с первых часов Чернобыльской аварии в оказании помощи работникам станции и ликвидаторам, привели данные многолетних наблюдений. «В ликвидации катастрофы Чернобыльской АЭС принимали участие 780 тыс. человек из России Украины, Белоруссии, Эстонии и других республик. Из них жителей России - 190 человек, никто из них не заболел лучевой болезнью. Из 600 работников, находившихся в момент взрыва на станции, 134 заболели острой лучевой болезнью - в течение 3 месяцев умерли 28 человек, и в последующие 25 лет - еще 24 больных», - сообщила сотрудник Федерального медицинского физического центра имени Бурназяна профессор Ангелина Гуськова.
Она также добавила, что всего в России за 60 лет наблюдений зафиксировано 350 больных острой лучевой болезнью, из которых умерли 71 человек. Ангелина Гуськова с 1953 года занимается радиологией, диагностикой и лечением лучевой болезни. Она участвовала в оказании помощи облученным работников завода «Маяк» (1957, Челябинская область), моярков-подводников К-1 (авария в 1961 году) и пострадавшим в Чернобыле. Представление в общественном сознании о последствиях Чернобыльской катастрофы, по мнению ученого, отличается от реальной картины.
Затрагивая гуманитарную составляющей атомной отрасли, представитель Русской православной церкви призвал к открытому диалогу научного мира и остального общества. «Одна из серьезнейших проблем гуманитарного аспекта мира после Чернобыля и мира после Фукусимы - это как раз обратная связь между учеными и технологами с одной стороны и обществом с другой стороны», - сказал руководитель Отдела по взаимодействию Церкви и общества протоиерей Всеволод Чаплин.
«Если есть прямой диалог, если можно представителям разных общественных сил иметь полноту информации, знать об угрозах и способах их преодоления, это в значительной степени повысит доверие в обществе, связанное с атомной энергетикой, и поможет избежать того отрицательного эффекта, который имеет сенсационная журналистика или политизация дискуссии», - считает Всеволод Чаплин.
«Не количество произведенной электроэнергии должно быть единственным и главным критерием, не прибыль, не снижение затрат (все это безусловно важно - экономическая целесообразность в значительной степени движет миром), но, обеспечение безопасности, жизни и здоровья людей, их психологическая безопасность», - отметил он.