«Я очень жду, что мои партнёры – и Соединённые Штаты Америки, и другие партнёры из стран НАТО – самым внимательным образом изучат идею Российской Федерации», - сказал он.
«Если мы договоримся по ПРО, это просто будет прорыв в отношениях на будущее», - убежден президент.
«Ещё раз хотел бы сказать, что я на это очень рассчитываю», - добавил он.
«Я прямо сказал Президенту Обаме, что-то, что мы сейчас закладываем, это вопрос, который будет иметь значение не для меня и не для тебя как политика, а будет иметь значение для того, что будет через 10 лет, когда четырёхэтапная система противоракетной обороны к 20-му году будет окончательно развёрнута», - рассказал Медведев.
«Так вот, она будет или совместной инициативой России и НАТО, которая будет закрывать нас от каких-то потенциальных угроз, или же, если Россия не найдёт себе всё-таки соответствующего места в этой системе, к 2020-му году мы можем прийти к ситуации, когда соответствующий «зонтик» противоракетной обороны будет рассматриваться как фактор, дестабилизирующий ядерное равновесие, снижающий возможности России для того, чтобы ядерный паритет поддерживался до тех пор, пока есть ядерное оружие», - считает он.
«И вот это второе может послужить к 20-му году основанием для нового витка гонки вооружений», - отметил президент РФ. «Нам бы этого очень не хотелось», - заявил он.
«Именно поэтому я сформулировал соответствующую идею секторальной ответственности отдельных государств в рамках противоракетной обороны в Европе на саммите в Лиссабоне», - напомнил российский лидер.
Медведев считает, что состоявшая в Лиссабоне встреча «может быть исторической», «но может превратиться и во встречу не оправдавшихся надежд».
«Мы сумели «перезагрузить» (как принято выражаться, хоть этот термин уже немножко поднадоел) отношения между Россией и НАТО, предварительно мы то же самое сделали в отношениях с Америкой», - считает он.
«Но есть темы, которые нас способны ещё в большей степени объединить, и одна из них – это европейская противоракетная оборона», - добавил президент.
Медведев напомнил, что «нам было предложено подумать о месте Российской Федерации в системе европейской ПРО, которая создаётся на базе натовских возможностей и прежде всего, конечно, возможностей Соединённых Штатов Америки».
«Я сказал Президенту Обаме: «Ok, хорошо, мы готовы, но мы бы хотели, чтобы такого рода проект был равноправным, чтобы мы понимали, где место Российской Федерации, чтобы мы понимали, на какие угрозы мы отвечаем совместно, что это за угрозы, чтобы мы понимали свою долю ответственности», - рассказал он, передает ИТАР-ТАСС.