На площадке строящейся в Турции АЭС «Аккую» состоялась торжественная церемония процедуры завоза ядерного топлива для реактора первого энергоблока. В этой церемонии приняли онлайн-участие главы России и Турции Владимир Путин и Реджеп Эрдоган. В церемонии также участвовали генеральный директор Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ) Рафаэль Гросси, генеральный директор российской государственной корпорации по атомной энергии «Росатом» Алексей Лихачев и министр энергетики и природных ресурсов Турции Фатих Донмез. Столь высокий статус был придан этому событию неслучайно, хотя это пока и не начало работы АЭС.
Процедура загрузки предусматривает многочисленные тесты и измерения, и от нее до запуска реактора должно пройти несколько месяцев. Еще какое-то время должно пройти от запуска реакции в активной зоне до начала выработки электроэнергии в рабочем режиме.
«Мы планируем в будущем году совершить физпуск, вывести реактор на минимально контролируемый уровень мощности и начать поэтапный набор мощности реактора, «толкнуть» турбину для того, чтобы в 2025 году устойчиво выдавать электроэнергию – так, как мы это утвердили в нашем межправительственном соглашении с Турецкой Республикой», – заявил Лихачев.
Важность «Аккую» для Эрдогана
Накануне президентских выборов, назначенных на 14 мая, для Эрдогана пуск «Аккую» – это повод продемонстрировать успех как своей промышленной политики, так и политики внешней. Поддерживающие Эрдогана избиратели преимущественно связаны с сельским хозяйством, с промышленным сектором и туристической отраслью. Для аграриев и отельеров сохранение хороших отношений с Россией – гарантия стабильности их доходов. Для промышленников важен доступ к электроэнергии по стабильным (и желательно невысоким) ценам.
АЭС «Аккую», которая строится и будет эксплуатироваться Росатомом, для аудитории Эрдогана пример и успешности, и рачительности. Пуск АЭС будет означать появление в энергобалансе Турции стабильного источника электроэнергии, независящего ни от сезонных факторов, ни от изменчивых погодных условий, ни (в значительной мере) от колебаний конъюнктуры цен на углеводороды.
Путин, выступая на церемонии, заверил, что в ходе последнего разговора с Эрдоганом они договорились «и далее углублять взаимодействие в экономике и торговле, стимулировать поступательный рост двустороннего товарооборота, который по итогам 2022 года превысил 62 млрд долларов, а также поощрять приток встречных инвестиций, помогать бизнес-структурам двух государств выходить на рынки друг друга. Договорились с президентом Турции о расширении взаимодействия в сельском хозяйстве, налаживании встречных поставок агропромышленной продукции, о координации по тематике международной продовольственной безопасности».
Российский лидер пошутил, что «после того, как «Аккую» заработает на полную мощность, мы, конечно, меньше будем, наверное, поставлять природного газа в Турцию. Это дорогой продукт сегодня и будет только дорожать…». Но тут же уточнил, что «мы настроены на активизацию сотрудничества по поставкам данного вида топлива – в данном случае возвращаюсь к газу – в третьи страны. На это нацелено и предложение о создании в Турции регионального газового хаба для снабжения природным газом заинтересованных зарубежных покупателей по рыночным ценам».
Передел ядерного рынка
Для России и Росатома продолжение успешного строительства АЭС «Аккую» приобрело особую важность. Коллективный Запад все больше ужесточает свой курс на передел рынка атомной энергетики и вытеснение с него Росатома.
На фоне введения антироссийских санкций в декабре 2022 года Финляндия расторгла контракт с Росатомом на строительство АЭС «Ханхикиви-1». В 2021 году, еще до кризиса на Украине, Чехия исключила из числа участников тендера на строительство пятого энергоблока АЭС «Дукованы» китайскую корпорацию CGN и Росатом. А в марте 2022 года Чехия заявила о намерении отказаться от ядерного топлива из России для своих АЭС «Темелин» и «Дукованы» (построенных по советским проектам), перейдя на топливо «американской» Westinghouse или французской Framatom. Но это заявление носило характер политической декларации, поскольку нынешних запасов топлива хватит для работы АЭС «Темелин» на два года вперед, а АЭС «Дукованы» – на три года.
В июле 2022 года о намерении «избавиться от зависимости в поставках топлива для своих АЭС из России» заявила Словакия. В стране есть две АЭС советской постройки («Богунице» и «Моховце»). В ноябре 2022 года Финляндия отказалась от услуг Росатома по поставке ТВЭЛ для советских реакторов ВВЭР-440 на АЭС «Ловииса» и заключила контракт с Westinghouse.
В июне 2022 года G7 приняла коммюнике, в котором «выражено коллективное намерение снизить зависимость от гражданских ядерных и сопутствующих товаров из России, включая работу по оказанию помощи странам, стремящимся диверсифицировать свои цепочки поставок ядерного топлива».
«Нейтроны демократии»
На недавнем форуме по ядерной энергии в японском Саппоро было подписано соглашение Канады, Франции, Японии, Великобритании и США об использовании своих секторов гражданской ядерной энергетики для обеспечения поставок ядерного топлива для существующих и новых реакторов. Фактически теперь коллективный Запад будет не только продвигать сжиженный газ «с молекулами свободы», но и тепловыделяющие сборки «с нейтронами демократии».
В качестве модели может служить решение Болгарии отказаться от российских тепловыделяющих сборок для АЭС «Козлодуй» советской постройки. Ранее по условиям вступления в Евросоюз Болгарии пришлось закрыть четыре из шести блоков этой АЭС (в 2002 и 2006 годах).
Теперь по новому соглашению до 2033 года канадская компания Cameco будет поставлять природный уран на предприятия европейского концерна URENCO, где он будет обогащаться до реакторного уровня. Затем обогащенный уран будет поступать компании Westinghouse, которая будет изготавливать ТВЭЛы для блоков АЭС «Козлодуй».
Сегодня мировой рынок тепловыделяющих сборок для АЭС поделен в основном между Росатомом, французской компанией Framatome (одно время носившей название Areva) и компанией Westinghouse.
Компания Westinghouse была когда-то лидером американской ядерной отрасли, но в 1996 году была продана британской BNFL, перепродана в 2006 году японскому концерну Toshiba и сегодня находится в процессе перепродажи канадскому консорциуму компаний Cameco Corporation и Brookfield Business Partners. Но независимо от собственников в США рассматривают эту компанию как американскую и поручают ей выполнение деликатных миссий в интересах США. Например, 17 марта 2023 года (по информации американского телеканала CNN) глава управления политики нераспространения министерства энергетики США Андреа Феркиле направил письмо руководству Росатома, в котором заявил, что Запорожская атомная электростанция в Энергодаре «содержит ядерные технические данные американского происхождения, экспорт которых контролируется правительством Соединенных Штатов», и потребовал «не трогать эти ядерные технологии».
Что касается конкуренции в строительстве новых АЭС, то здесь из стран «Семерки» никто не может похвастаться реальными успехами. Пока строительство новых АЭС успешно ведут российский Росатом, китайские CNNC, CGN и SPIC и южнокорейская KOPEC (The Korea Power Engineering Company, Inc).
Канадская компания Candu Energy, французская Framatome и собственно Westinghouse сегодня большими успехами похвастаться не могут.
Возможно поэтому на встрече в Саппоро обсуждались не столько вопросы строительства новых АЭС, сколько «отказ от ископаемого топлива в пользу ВИЭ» (а что, урановая руда – это ведь ископаемое топливо!).
Так, министр энергетической безопасности Великобритании Грант Шаппс заявил: «Обеспечение глобальной энергетической безопасности путем использования надежных международных поставок ядерного топлива из безопасных, надежных источников – это одна сторона уравнения, другая заключается в необходимости инвестировать в чистые, дешевые и надежные источники энергии, и наш план Powering Up Britain как раз это и сделает. Мы должны перестать зависеть от дорогого и импортного ископаемого топлива и сосредоточиться на более разумных энергетических решениях».
Ответ России
В этих условиях России важно продемонстрировать, что «вытеснение Росатома» – это только западная пропаганда. Продолжение строительства АЭС в Турции – важный знак и для остальных клиентов Росатома. А их у него немало.
Портфель зарубежных проектов строительства АЭС у Росатома (с учетом отказа финской компании Fennovoima от строительства АЭС «Ханхикиви-1») на весну 2023 года составляет 34 энергоблока. Как говорил в феврале 2023 года глава Росатома Лихачев, «до десяти стран находятся в переговорах с нами о начале совместной деятельности в части строительства атомных станций. И мы близки где-то в трех-четырех случаях уже к заключению межправительственных соглашений».
В числе стран, с которыми планируется начать/расширить сотрудничество в атомной энергетике – Бангладеш, Индия, Египет, Китай, Турция. В конце 2022 года Росатом подал документы на участие в конкурсе по выбору подрядчика строительства АЭС в Саудовской Аравии.
В начале 2023 года Россия и Мьянма подписали межправительственное соглашение о сотрудничестве по мирному атому. Оно в первую очередь нацелено на постройку АЭС малой мощности. Но Москва не снимает с повестки дня и переговоры о строительстве в будущем в Мьянме АЭС с реакторами ВВЭР-1000 или ВВЭР-1200.
А АЭС «Аккую» – это еще один экономический якорь, если не привязывающий Турцию к России, то заставляющий Стамбул не присоединяться к антироссийским санкциям и даже помогать их обходить (находя в этом свою выгоду).