Около трети объема официально производимого молока в России являются «бумажными» надоями, заявил председатель правления Национального союза производителей молока (Союзмолоко) Андрей Даниленко на пресс-конференции в Уфе в пятницу.
Уже нет тех деревень, людей и коров, но в отчетности они все еще существуют
«Сейчас, по официальной статистике, мы производим примерно 30 млн тонн молока (в год) в стране, из них практически половина декларируется как в частном секторе и, соответственно, в крестьянско-фермерских хозяйствах. Но мы делали в свое время наш собственный расчет. По нашему мнению, объем производства молока в России – примерно около 20 млн тонн, то есть мы считаем, что где-то 10 млн тонн – это виртуальные», – сказал Даниленко, передает «Интерфакс».
По его словам, наибольшие сомнения вызывают данные регионов, декларирующих «и по 70% производства в частном секторе». По оценке Союзмолока, по частному сектору объемы производства молока завышаются на 30%.
Так, существование так называемых бумажных надоев подтверждает опыт Башкирии, где в результате пересчета показатели снизились примерно на 30%, утверждает Даниленко. По данным Союзмолока, из 30 млн тонн официально производимого в России молока на перерабатывающие предприятия поступают лишь 12 млн тонн.
Подвергла сомнению статистические данные отрасли также исполнительный директор Молочного союза России Людмила Маницкая, которая выступила в другом городе – на научно-практической конференции в Барнауле. Согласно статистике, в 2015 году было произведено 30,8 млн тонн молока и по итогам 2016 года ожидается такой же уровень. Маницкая также считает, что имеют место быть виртуальные объемы производства молока-сырья. «Мы стали по-тихому прибавлять надои в регионах, по которым мы просто не можем столько прибавлять. Орловская область – рост на 7%, реализация – на 5%, Карачаево-Черкесия – 6%, а реализация аж 34%. И лидером всего этого инвестиционного бума стала Республика Крым – там мы прибавляем 104% (надоев). Прибавляют и умножают «бумажные» надои, в то время как традиционные регионы топчутся на месте или идут в минус», – заявляла Маницкая.
При этом Маницкая связывает такой «бумажный» бум с тем, что государство выдает субсидии на 1 кг товарного молока. По ее мнению, эта поддержка молочной отрасли является неэффективной, потому что основывается только на объемах производства продукции и не учитывает ее качественные параметры – показатели по жиру и белку. В итоге государство тратит лишние деньги на якобы поддержку отрасли.
Так, по ее данным, на субсидирование производства молока в первом полугодии 2016 года федеральный центр потратил 2 млрд рублей, регионы – еще 4,9 млрд рублей. Из 83 регионов (без Севастополя и Москвы, где производство не субсидируется) 61 регион заплатил менее 1 рубля за 1 кг товарного молока, 21 регион – менее 75 копеек. Вместе с поддержкой молочного скотоводства производители в январе – июне, по информации Маницкой, получили 17 млрд рублей поддержки. «Общая сумма – огромная, а выхлопа – никакого. А те 17 млрд рублей – это почти четверть возможных инвестиций в потерянный 1 млн тонн молока», – заявила она.
Любопытно, что систему господдержки молочного животноводства дискредитируют защитники производителей молока. Тогда как особой поддержки молочная отрасль добивалась очень давно.
При этом другие эксперты считают проблему бумажных надоев преувеличенной. Лазейки для получения от государства лишних денег есть всегда, но это не значит, что надо отменять или менять программу. Это лишь означает, что надо лучше контролировать расходование бюджетных средств и активней проверять получателей субсидий.
Есть три категории производителей молока – сельскохозяйственные организации, фермерские компании и личные подсобные хозяйства. По данным Союзмолока за 2014 год, доля товарного молока у сельхозкомпаний в общем объеме производства составляла 94%, у фермеров и ИП – 69%, у хозяйств населения – 34%. Товарное молоко – это то, которое было продано.
В целом производство молока за последние три года остается в России почти на одном и том же уровне: в 2013-м – 30,5 млн тонн, в 2014 и 2015 годах – по 30,8 млн тонн. При этом объемы товарного молока в этом общем объеме показывают рост: если в 2013 году товарного молока было выпущено 18,9 млн тонн, то в 2014-м – уже 19,7 млн тонн, а в прошлом году и вовсе 20,1 млн тонн (на 1,9% больше).
По данным Росстата, в 2015 году на долю сельхозпредприятий пришлось 47,8% надоев молока (14,7 млн тонн), на долю фермеров – 6,6% (2 млн тонн) и ЛПХ – 45,6% или 14 млн тонн. Итого 30,8 млн тонн.
«Наиболее корректными являются данные по производству молока в сельхозпредприятиях, их легко проверить, сопоставив с объемами молока, отгружаемыми на переработку. Данные по фермерским хозяйствам труднее контролировать, Росстат показывает ежегодный прирост надоев в среднем на 5–6%, что уже вызывает сомнение. Рост надоев в этой категории есть, но, возможно, он меньше», – говорит независимый эксперт молочного рынка Татьяна Рыбалова.
«Однако больше всего нареканий со стороны экспертного сообщества в отношении статистики производства в личных хозяйствах населения. Здесь вообще чудо чудное. С 90-х годов Минсельхоз корректирует объемы валовых надоев в сторону их увеличения за счет хозяйств населения. И показатели эти год от года росли. Уже нет тех деревень, людей и коров, но в отчетности они все еще существуют. Однако как можно получить субсидии за счет этих виртуальных коров, непонятно, так как субсидии получают сельхозпредприятия и отдельные фермерские хозяйства в расчете на 1 кг товарного молока, поступившего на переработку», – отмечает Рыбалова.
В целом статистика по объемам производства молока давно не соответствует действительности. «Я подозреваю, что валовые надои вполне могут быть на уровне 20 млн тонн молока. Более точных сведений нет», – говорит Рыбалова. Однако приписки могут идти на всех этапах сбора статистики, поэтому нельзя однозначно утверждать, что «бумажные» 10 млн тонн – это дело лишь одних нерадивых получателей субсидий. Это подтверждает хотя бы тот факт, что уже три года общие объемы производства молока сохраняются почти на одном уровне, нет резких скачков в целом.
Возможно, что часть виртуального молока – это ошибки статистики из-за наличия несуществующих деревень. Хотя до конца исключить наличие «бумажных» надоев от нерадивых сельхозкомпаний ради получения субсидий тоже нельзя. Тем более что ранее производители молока уже пытались надуть государство. Напомним, ранее действовала иная программа поддержки молочников: государство платило субсидии в зависимости от качества молока – высший, первый или второй сорт. В итоге статистика сразу показала небывалый рост объемов производства именно высшего сорта, и эту форму поддержки отменили.
«В регионах рынок молока во многом серый, поскольку значительная доля производится и потребляется в частном секторе. Однако проблема получения субсидий «бумажными» производителями, на мой взгляд, преувеличена», – согласен также Георгий Ващенко из ИК «Фридом Финанс». «Субсидии носят адресный характер, а их объем, как правило, не превышает двух рублей на литр. Даже в случае, если бы плановые объемы вдвое превышали реальные, это не покрывало бы и 10% затрат производителя», – поясняет он. Иными словами, субсидии для молочников в силу высоких расходов не настолько большие.
«Молочное животноводство всегда было проблемной отраслью из-за высокой себестоимости производства и долгих инвестиций. Что касается приписок, то у нас достаточно контролирующих органов, которые могут навести в этом вопросе порядок. Это не повод лишать субсидий тех, кто трудится честно и рассчитывает на помощь государства», – резюмирует Татьяна Рыбалова.
Этим летом проходит первая за 10 лет сельскохозяйственная перепись, которая, в частности, как раз и должна помочь разобраться с тем, насколько статистические данные по выпуску молока отражают действительность.