Посвященный светлой памяти Ким Чен Ира «Диктатор» стал третьей совместной работой режиссера Ларри Чарльза и комика Саши Барона Коэна. После «Бората» и «Бруно», разумеется.
От «Диктатора» в исполнении Саши Барона Коэна ожидалось меньше фекально-генитального юмора и больше смелых политических провокаций
Генерал (полный титул – президент-премьер-министр-генерал-адмирал, но можно и проще – Верховный Правитель) Аладин правит североафриканской страной Вадией. Своими импозантными роскошными нарядами отсылает к гардеробу покойного полковника Каддафи, а риторикой – «Наш обогащенный уран будет использоваться исключительно в мирных целях» – недвусмысленно намекает на иранскую ядерную программу, нарушить ход которой не могут даже самые жесткие санкции ООН.
Культ личности тирана, само собой, гипертрофирован: так, Аладин получает все золотые медали на организованной им же Олимпиаде, по ходу стреляя в соперников из других стран и судей; награждает сам себя всеми вадийскими «Золотыми глобусами» за участие в фильмах вроде «Аладин Джонс и Храм судьбы»; активно строит ядерную ракету «Бородатая смерть» с остроконечной верхушкой (вы же не хотите, чтобы ракета напоминала летящий член? Ха-ха три раза) и спит с селебритис вроде Меган Фокс и Кэти Перри (камео последней в фильме нет, но упомянута она, как водится, в самом непристойном контексте).
Впрочем, под угрозой нанесения ядерного удара по стране Аладин все-таки отправляется в Нью-Йорк на заседание Генеральной Ассамблеи ООН. Именно там – в стране Дьявола – он переживает удивительные приключения, бродит потерянным бездомным по улицам мегаполиса (фоном звучит «Everybody Hurts» R.E.M. на арабском) и влюбляется в Зои (Анна Фэрис), стриженную под мальчика, повернутую на здоровой еде феминистку и отчаянную правозащитницу с волосатыми подмышками.
#{image=628940}Тахир (Бен Кингсли), правая рука Аладина и по совместительству его же дядя, пытается свергнуть необразованного самодура и установить в стране настоящую демократию, для чего постоянно организовывает покушения на правителя Вадии. Интересно, что движет Тахиром не чувство мести и не политическая подкованность, а стремление разбогатеть. Ведь когда ненавистный Аладин умрет и в стране настанет демократия, вадийскую нефть можно будет распределить между BP, Exxon и неким предприятием с говорящим названием «Нефтьпром».
Но все не так просто: Аладин, конечно, тиран, рубящий головы направо и налево, сексуально озабоченный и необразованный самодур, подчиненные которого в знак приветствия должны целовать ему подмышки, но даже ему свойственны человеческие чувства. Он тоскует по простому человеческому сочувствию и «обнимашкам». Ради своей возлюбленной он готов подписать первую Конституцию своей страны (все мировые телеканалы подают это как «Брейкинг ньюс: рождение новой демократии!», «Пример остальным странам арабского мира!»), провести сравнительно честные – по меркам Аладина – выборы, в общем, установить окончательную и бесповоротную демократию. Несомненная удача фильма – трогательное признание тирана в любви в прямом эфире: «Ты, демократия с волосатыми подмышками...»
Однако в целом эта романтическая линия скорее вредит «Диктатору», нивелирует его злость, низводит сатиру на уровень обычных ромкомов – в последние годы поклонников даже этого безобидного жанра стало сложно удивить скабрезными шуточками на тему обилия паховых волос и секса с козочками.
От «Диктатора» в исполнении Саши Барона Коэна ожидалось меньше фекально-генитального юмора и больше смелых политических провокаций, вроде диалога на арабском в вертолете над Эмпайр Стейт Билдинг. Сам актер неоднократно подогревал подобные ожидания различными скандальными эскападами в рамках промокампании фильма. Самой популярной шуткой юмора Аладина стало его появление на церемонии вручения «Оскара», где он торжественно высыпал «прах» Ким Чен Ира прямо на красную дорожку. Аладин засветился на Saturday Night Live, дал провокационное интервью Ларри Кингу и распространил слухи о том, что ему запретили появляться на ток-шоу на BBC.
В отличие от блестящего и по-настоящему смешного промо сам «Диктатор» не дотягивает даже до уровня сатиры какого-нибудь «Голого пистолета», что уж тут говорить о совершенно бескомпромиссной планке цинизма, заданной «Бруно». Возможно, проблема тут заключается также в том, что режиссер Ларри Чарльз решил отойти от формы мокьюментари, которая придавала «Борату» и «Бруно» некую документальную достоверность, и предпочел «классический» вариант: традиционные ракурсы камеры, саундтрек и отрепетированные актерские реплики вместо импровизированных камео.
Некоторые критики считают, что «Диктатор» станет для Саши Барона Коэна тем же, что «Секс-гуру» стал для Майка Майерса – провалом по всем статьям, но мы надеемся, что все не так плачевно. В России, по крайней мере, фильм найдет своего благодарного зрителя: демократия по Аладину и «честные и справедливые выборы» в Вадии гарантируют некоторой части аудитории 146-процентное дежавю. В самом деле, зачем нужен Чуров, когда есть танки?