Купите вы его или нет – вопрос другой, но даже беглый взгляд выловит на полке знакомую упаковку каких-нибудь чипсов. При этом вас охватывают противоречивые чувства.
С одной стороны, возникает ощущение стабильности и, как ни странно, уюта, потому что глаз ловит привычную картину. С другой – чувствуешь раздражение: эти образы и формы будут сопровождать нас всю жизнь?
Тот не ведал наслажденья, кто картошки не едал
Человек всё-таки немножко «грызун», и у него время от времени возникает желание «сточить» что-нибудь хрустящее
В связи с этим возникает вопрос. Глобализация – это что, картошка на каждом углу?
Есть, конечно, и более существенные аспекты этого процесса, но у нас ежедневно маячат перед глазами чипсы и кока-кола. И, что самое удивительное, продукты это вполне маргинальные, без которых очень легко обойтись, в отличие, например, от коньяка.
А ведь нас не смущает, что хороший коньяк известных марок тоже можно запросто купить в любой точке земного шара.
Потрясает серьезность, с которой продвигается этот второстепенный продукт, поражают огромные затраты на рекламу. Смотрим, например, фильм Лассе Хальстрема «Что гложет Гилберта Гейла?».
Напряженная сцена, муж-рогоносец настаивает на немедленном разговоре с любовником своей жены; парня играет молодой Джонни Депп.
Действие происходит в продуктовом магазине, и в самый ответственный момент юноша прячется за стендом, сплошь уставленным чипсами «Принглз», которые показываются крупным планом.
Понятно, что если товар покупают, то надо сделать так, чтобы его покупали еще больше. И еще больше. Чем больше рекламируют, тем больше покупают и тем больше рекламируют. Можно называть это порочным кругом или обратной связью, кому как нравится.
Со временем какая-нибудь фигня вроде чипсов, газировки или жевательной резинки становится узнаваемым и уважаемым брендом, а то и национальным символом, если крупно повезет, то и знаковым объектом авангардного искусства, как томатный суп у Энди Уорхола.
И вместо смиренного существования в ранге необязательной легкой закуски мелко нашинкованная картошка заполняет собой визуальный ряд среднего горожанина, а ее именование прочно оседает в оперативной и долговременной памяти наших телесных биокомпьютеров.
Происхождение чипсов легендарно. Курортный повар, раздосадованный капризами богатого посетителя (им был «железнодорожный король» миллионер Корнелиус Вандербильдт), который требовал всё более тонкой нарезки картофеля, нашинковал его до предельной бесплотности и хорошенько прожарил уже прозрачные на просвет ломтики в масле.
Блюдо, созданное скорее от отчаяния, нежели благодаря тонкому кулинарному расчету, понравилось клиентам и стало фирменным знаком ресторана. Произошло это знаменательное событие в 1853 году.
Хрустящий мир
Прошло почти сорок лет, прежде чем чипсы «шагнули» из ресторанных кабинетов к простому люду, следуя общей тенденции демократизации. Процесс исхода чипсов в народ происходил опосредованно – сначала владелец одной закусочной, где подавались чипсы, стал продавать их из уличного фургончика, и только потом стало возможным покупать их на лотках.
Дело оставалось за малым. В 1926 году была придумана специальная упаковка, позволяющая дольше хранить продукт, что имело важное значение для его транспортировки.
И, наконец, в 1929 году была изобретена машина для производства чипсов; теперь их можно было готовить в промышленных масштабах.
И масштабы эти поражают воображение. Еще в 1970-е годы хрустящих картофельных пластинок во всем мире было продано на сумму более чем миллиард долларов.
Сегодня эта цифра перевалила за шесть миллиардов, и наверняка не без участия российских покупателей, которые в советские времена этих самых чипсов не видели.
Хотя, надо признать, были попытки внедрить отечественные аналоги, но массового распространения эта продукция не получила, что весьма странно, ведь картофель – самая доступная и традиционная еда в наших широтах.
А вот в Америке производство чипсов поставлено на такую широкую ногу, что на него требуется 11% всех картофельных запасов страны. И, разумеется, такой стратегически важный продукт, как чипсы, требует научного подхода – в Штатах уже несколько десятилетий работают исследовательские учреждения, которые знают всё о производстве и потреблении чипсов.
Народ платил свои миллиарды и спокойно питался любимыми чипсами, пока в 1980-е годы не появились исследования о возможной канцерогенности этого замечательного продукта. Плюс – зашкаливающая калорийность чипсов, способная за непродолжительное время неумеренного употребления превратить стройную фигуру в нечто расплывчатое.
Народ призадумался, но отказываться от чипсов не стал, тем более что начали появляться облегченные варианты – разного рода обезжиренные чипсы, даром, что ли, институты работают.
Чипсы явно не скоро сдадут свои позиции, если это вообще когда-нибудь произойдет. Человек всё-таки немножко «грызун», и когда у него время от времени возникает желание «сточить» что-нибудь хрустящее, под рукой почему-то сам собой оказывается пакетик чипсов.