Фантаст Сергей Волков представляет первую книгу серии «Чингисхан» – «Повелитель страха», изданную в рамках проекта «Этногенез»
Работа над «Повелителем страха» далась Сергею Волкову нелегко. По его словам, ему с трудом удавалось выйти из образа. Полному погружению в историю способствовал стиль изложения – только от первого лица и в настоящем времени. «Я иду», «я вижу», «я знаю». Так писал модный в 70–80-е годы, о которых, в частности, идет речь в книге, Джером Сэлинджер. Об идеях, которые Сергей вложил в свой роман, он рассказал газете ВЗГЛЯД. От первого лица.
Чингисхан – уникальная личность в истории цивилизации. Согласно опросу, который проводили во многих странах мира, он признан человеком тысячелетия. Причем даже на тех материках, где он не оставил никакого следа: Америка, Австралия. Такая неоднозначная и ярчайшая фигура, конечно, всегда привлекает внимание писателей. Нам хочется писать о людях неординарных.
«Как в Средние века рассказывали о далеких странах, где живут люди, у которых одна нога, нет головы, так сейчас пишут о Советском Союзе»
Первой серьезной книгой, которую я прочитал в своей жизни, было произведение Василия Яна «Чингисхан». Так что история его знакома мне с раннего детства.
Так бывает – все совпало: и мой личный интерес к этой загадочной фигуре, и проект «Этногенез». А ведь что такое «этногенез»? Этнос – народ, генезис – развитие. «Этногенез» – теория Льва Николаевича Гумилева о развитии народов, основной ее элемент – пассионарность и пассионарные личности. Те, что становились факелами эпохи, на которых ориентировалась «люди их языка». И Чингисхан – ярчайший пример пассионарности.
Когда я написал книгу «Маруся-2», мы с автором идеи проекта Константином Рыковым обсуждали дальнейшие планы. И как-то совершенно спонтанно всплыла тема Чингисхана. Дело в том, что в «Марусе» есть эпизод: персонаж Арк показывает девочке историю Земли. В том числе и то, как складывалась судьба Чингисхана. И этот эпизод вызвал огромный интерес в сообществе «Этногенез» на сайте «В Контакте». Люди задавали вопросы, спорили… Так и родилась идея сделать серию книг о Чингисхане. А поскольку жанр исторического романа читатель сейчас не слишком жалует, решено было сделать две временные плоскости: эпоху Чингисхана и Советский Союз Брежнева.
 «Повелитель страха» – первая книга новой серии проекта «Этногенез» |
Почему я поселил моего героя Артема Новикова не в XXI век, а именно в СССР, на рубеж 70–80-х? Эта эпоха не менее уникальна, чем личность великого завоевателя. Смелая попытка создать государство на основе идей, которые в течение многих веков считались во всем мире утопическими… И именно к 70-м годам Советский Союз вошел в зенит своего могущества. Люди стали жить так хорошо, как не жили, наверное, никогда в истории нашей страны. Был очень высокий уровень социальной защищенности, бесплатная медицина, пенсии. Но, как выяснилось, то время большинство сейчас воспринимает искаженно. Людская память имеет очень короткий век. Это как в Средние века рассказывали о далеких странах, где живут люди, у которых одна нога, нет головы, что еду они кладут в рот, который у них расположен на животе. Примерно такую же небывальщину пишут сейчас о Союзе. И мне хотелось написать правду, без прикрас, без закорючек и завитушек. И познакомить с тем временем читателя.
Артем Новиков – простой советский парень 19 лет. Он живет не в Москве, что важно. Потому что книг о столичных жителях полно, а о провинциалах не так много. У нас было много вариантов, куда бы его поселить: Новосибирск, Нижний Новгород, Куйбышев, – но остановились на Казани. Это город с богатой историей, в котором я и сам жил, учился в университете. Сейчас там живут мои родители.
Сверхзадача книги – показать, как предмет, а если более глобально брать, дар пассионарности, меняет судьбу человека. Артем получает от своего дяди шкатулку и находит в ней серебряного Коня (серебряный он из-за цвета, а на самом деле сделан из того же неизвестного металла, что и все артефакты в книгах
«Этногенеза»). С того самого момента личность моего героя меняется. До этого он был рядовым парнем – скромный, мастер спорта по стрельбе, учится на отделении журналистики в казанском институте и работает в газете «Вечерняя Казань» (она как раз была создана в 1979 году). Но благодаря Коню его жизнь пускается, как говорится, в галоп. Он начинает совершать нехарактерные для себя поступки. Не идет на компромиссы, обрывает романтическую связь с девушкой Надей, которая его тяготила, но особого неудобства не доставляла. Из пассивного члена общества он становится человеком «длинной воли», как говорили в Монголии в Средние века. В итоге Артема изгоняют из комсомола, университета, увольняют с работы, и он идет в армию. Ему нравится его новая жизнь, он даже говорит, что она похожа на ревущий горный поток (а раньше была река Волга), хотя чувствует, что это не его добрая воля, он не хозяин своей судьбы.
В армии Артем тоже не может играть по правилам – поднимает руку на негодяя офицера и в итоге попадает на войну – в Афганистан. В конце концов он понимает, что это Конь привел его сюда, что у него миссия – разгадать тайну Чингисхана, оживить его.
В книге есть еще один важный герой – молодой ученый Нефедов, ученик Льва Гумилева. Это собирательный образ той плеяды ученых, которая появилась в 70-е годы XX века. Вопреки идеологии они пытались посмотреть на историю под другим углом. Во многом они основывались как раз на теории пассионарности Гумилева.
В судьбе Чингисхана много загадок, но есть одна самая интригующая: никто не знает, где находится его могила. Хотя есть даже описания его похорон. Я предложил свою версию: у Чингисхана было две могилы – истинная и ложная.
Над романом, признаюсь, работать было очень интересно. Когда ты пишешь от первого лица, да еще и в настоящем времени – «я вижу», «я беру», «я иду» – ты, как актер на съемочной площадке, вживаешься в героя. Кстати, этот писательский ход был очень моден в те самые 70–80-е годы. Популярная в то время повесть «Над пропастью во ржи» Сэлинджера написана именно таким способом. Помню, в журнале «Юность», который мы выписывали, – плацдарме для молодых писателей – печаталась масса рассказов, выполненных в такой стилистике.
Мне приходилось делать над собой усилие, чтобы вытащить себя из образа, вернуться из тех времен. Ведь вспоминать приходилось многое, вплоть до цен в ресторанах. К сожалению, многие подробности, «маркеры времени», такие как прическа короткий сессон у Нади или кримпленовые платья, при редактуре ушли. С другой стороны, может, и правильно – не стоит утяжелять текст такими подробностями.
Вообще, мое увлечение темой привело к тому, что я написал аж 11 авторских листов. А в книгу вошло всего девять – требование формата. Думаю, однако, что неиспользованные куски пригодятся мне при работе над второй книгой, сюжет которой я придумал, пока писал первую. Одно вытекает из другого. Это же, по сути, одна книга, которую я разбиваю на три части. Потому что такой «кирпич» и написать будет трудно, и читать невозможно. Сейчас мы обсуждаем с руководством «Этногенеза» детали нового романа. Как придем к единому мнению, так приступлю к работе над следующей частью серии об Артеме Новикове и Чингисхане.
- ВИДЕО
