Секрет успеха Дины Рубиной

Рубина живет на две страны. Даже на три, если быть точным. Ее писательский дебют состоялся в «Юности» в начале 70-х, там же печатались ее юмористические рассказы (если помните, в журнале была такая рубрика «Зеленый портфель», в самом конце номера), а затем и «серьезные» произведения.

Как увлечь читателя

Покупателя можно заставить купить товар, но если он не пришелся ему по вкусу, то вторая покупка просто не состоится

Жила она в Ташкенте, где родилась в 1938 году, закончила консерваторию и преподавала музыку. Братские республики традиционно имели свои печатные органы, в Узбекистане это был журнал «Звезда Востока».

После того как эндемичного автора признали в столице, ему, разумеется, были открыты двери и местного журнала. В «Звезде Востока» появляется такая знаковая для Рубиной книга, как повесть «Двойная фамилия», в Ташкенте же выходят и ее первые книги рассказов.

Переезд в Москву и последующая эмиграция в Израиль открывают новую страницу в биографии Рубиной, в ее творчестве и полиграфическом его воплощении.

Она не попала в волну безоглядного интереса к эмигрантской литературе конца 80-х, когда печатали и читали всё подряд, и сам факт отъезда писателя из СССР был уже достаточным для того, чтобы к твоим произведениям проявили интерес.

О Рубиной начинают говорить в середине 90-х как об удивительной писательнице, которая живет на Земле обетованной и удачно совмещает визуальный и предметный ряд своей новой родины и абсолютно российскую ноту. Русское и еврейское переплетались в ее прозе, как нитки в клубке. А клубок – в руках читательниц, добрая половина из которых – домохозяйки.

Как ни крути, писатель может состояться только после признания его читателем. Апелляции к пиару – мол, пипл схавает то, что ему разрекламируют, – на самом деле не очень состоятельны.

Открою секрет: это правило работает, но только один раз. Покупателя можно заставить купить товар, но если он не пришелся ему по вкусу, то вторая покупка просто не состоится.

Ни статьи критиков, ни – любая! – реклама не обеспечат читательское внимание. Битлы об этом пели: «Любовь нельзя купить!» А народ Дину Рубину любит – смотри рейтинги продаж и тиражи.

Секрет мастерства

На эту тему
• А был ли мальчик?
• В горах его сердце
• Полёты наяву
• Двадцать лет спустя
• Снайпер с Обводного канала

Вслед за привычными читателям рассказами Дина Рудина начинает работать с крупной формой – повестями и романами («Вот идет Мессия», удостоенный премии Союза писателей Израиля, да-да, есть и такой!).

Но какой бы жанр она ни использовала, некоторые ключевые моменты регулярно воспроизводятся независимо от формата.

Итак, чем берет читателя Дина Рубина? Это сплав нескольких стилистик, удачным образом соединенных в один неповторимый стиль. Можно начать с сугубо разговорной лексики – простой рассказ располагает к себе читателя, захватывая его внимание, а это уже полдела.

Каждый из значимых персонажей наделен своей историей, которую он рассказывает на своем неповторимом языке. Быть слушателем – благодарное занятие, и читатель это ценит.

Рассказ персонажей исподволь перетекает в нечто узнаваемое на глубинном уровне. Вы уже незаметно для себя посвящены в тайны души человека, а значит, неизбежно найдете там что-то близкое себе.

Это уже прием мифологизации, обычная история становится притчей, и вы обнаруживаете, что бытовая коллизия имеет отношение к чему-то общечеловеческому и – глубже – к чему-то надреальному.

Неявный, но действенный прием. Еще несколько строк назад вы были погружены в перипетии непростой жизни дяди Вани или тети Моти, и вот вы уже парите над миром, видя человеческую жизнь как главу из книги Куна «Легенды и мифы Древней Греции» в школьном изложении.

Это умел Довлатов, этим искусством вполне владеет и Дина Рубина. Вроде бы ничего особенного, но вы прикасаетесь через банальный быт, через извивы биографии к самим основам человеческого бытия как вида, подкожно ощущая знакомый и опасный трепет узнавания…

В спектре так называемой женской прозы, главными представителями которой у нас являются Петрушевская, Толстая, Улицкая и Рубина, наш автор – крайняя точка замаха этого маятника, она самая демократичная из перечисленных писателей. Уметь быть открытой читателю и сохранять при этом верность подлинной литературе – искусство, которым владеют немногие авторы.

Писательский вектор Дины Рубиной вполне и по-хорошему экстенсивен. Это однажды удачно найденная верная интонация, которая позволяет бесконечно разматывать нить повествования, заплетая им наше внимание. Ее мир бесконечен и необъятен, как и реальный.

И человек читающий устроен так, что ему очень редко нужны прорывы за привычную ткань письма. Достаточен, а подчас и необходим как вода простой рассказ интересных историй – нам и о нас.