Крайне важный для судьбы республик Донбасса и отношений с Россией закон принят на Украине. Закон о «реинтеграции Донбасса» не только существенно усиливает власть Порошенко, но и меняет саму схему возможного политического урегулирования конфликта на востоке страны. Цена вопроса оказалась столь высока, что ради принятия закона Киев даже пошел на конфликт с Западом.

В четверг парламент Украины принял во втором чтении законопроект о «реинтеграции Донбасса». Россия названа «агрессором», а неподконтрольные Киеву территории Донецкой и Луганской народных республик признаются «оккупированными». Закон дает Петру Порошенко право использовать вооруженные силы в регионе в мирное время. Судя по утечкам в прессе, против принятия закона были западные дипломаты, но Киев на этот раз пошел вопреки воле Запада.

Поправки в закон, которые пытались внести парламентские радикалы, не прошли. Так, была отклонена поправка о разрыве дипломатических отношений Украины и России. «Завернули» предложения официально признать ДНР и ЛНР террористическими организациями (таким образом, принятое в сводках киевских силовиков именование ополченцев Донбасса «террористами» так и осталось риторической фигурой). Также была отвергнута попытка денонсировать российско-украинский договор о дружбе и сотрудничестве, подписанный в 1997 году Борисом Ельциным и Леонидом Кучмой.

Порошенко остался доволен результатом. Он заявил, что закон является сигналом в том числе и для Крыма, и заверил, что Киев будет «продолжать прокладывать путь для реинтеграции оккупированных украинских земель политико-дипломатическим путем». При этом из документа было исключено упоминание Минских соглашений. И, как было сказано выше, Порошенко получает право на бесконтрольное использование армии.

Закон покритиковали даже в блоке Порошенко

Видный деятель Майдана 2014 года, а ныне депутат от Блока Петра Порошенко Мустафа Найем написал в Facebook, что его тревожит то, что у Рады отбирают контроль за действиями президента в «зоне АТО».

Кроме того, Найем недоволен беспрецедентными и неявно прописанными полномочиями «для всех лиц, которые привлечены к осуществлению мер по обеспечению национальной безопасности и обороны». По его словам, «они получают право применять оружие и специальные средства, задерживать и заниматься доставкой задержанных в органы нацполиции, проверять документы у граждан и должностных лиц, а в случае отсутствия документов – задерживать их для установления личности; осуществлять личный досмотр...».

В чем выгода закона для Украины

Но, как бы ни критиковали закон и справа, и слева, с точки зрения украинских властей и ВСУ (армия к настоящему времени взяла под контроль то, что раньше называлось «антитеррористической операцией»), закон о «реинтеграции» выгоден, так как снимает множество существовавших ранее препон.

Президент Порошенко «усилил свои полномочия. Он формально завершил АТО и получил право единолично использовать вооруженные силы Украины с целью обеспечения национальной обороны и сдерживания «вооруженной агрессии» России», оценил новшества закона директор Украинского института анализа и менеджмента политики Руслан Бортник. Он пояснил, что украинские войска там и так находятся. Просто раньше это был специальный центр, которым номинально руководила СБУ, согласование номинально находилось под контролем и функцией парламента. Бортник подчеркнул: «Сегодня это будет единолично реализовываться через ВСУ.

Президент полностью сконцентрировал управление конфликтом в Донбассе».

Новый закон направлен на внутреннее и внешнее потребление, заметил в комментарии газете ВЗГЛЯД первый зампред комитета Госдумы по делам СНГ Константин Затулин.

Он пояснил: «Внутреннее потребление состоит в том, что на основании этого закона Порошенко получает свободу рук в том, чтобы использовать военную силу в любой момент, когда сочтет необходимым. Порошенко, конкурируя за то, кто больший патриот Украины, может утверждать, что добился в законодательном плане необходимых условий, чтобы решить проблему Донбасса. С другой стороны, это же является и ловушкой для Порошенко, потому что теперь он не сможет оправдываться перед националистами, что не предпринимает каких-то действий, так как не имеет на это полномочий».

В свою очередь Руслан Бортник отмечает: «Кроме того, теперь не будет никакой амнистии, потому что все, кто принимал участие в так называемой оккупации, должны подлежать уголовному преследованию».

Внешнее потребление состоит уже в самом по себе законе с названием «О реинтеграции Донбасса», отметил депутат Затулин. «Будет сделана попытка выдать это за тот самый закон об особом статусе, который требуется в соответствии с Минскими соглашениями», – подчеркнул он. «Хотя этот закон на самом деле абсолютно вразрез с Минскими соглашениями, их торпедирует, поскольку признает военные средства, ничего не говорит об особом статусе и не содержит даже какой-либо ссылки на эти соглашения», – добавил депутат.

Не стороны диалога, а «оккупанты», не посредник, а «агрессор»

Закон об оккупации Донбасса Россией меняет прежде всего схему политического урегулирования, отмечает Руслан Бортник. «Если раньше предполагался диалог между Украиной и представителями Донецка и Луганска, а Россия, Франция и Германия выступали международными посредниками, то сегодня никаких представителей Донецка и Луганска нет, это оккупационная администрация, с которой невозможен диалог», – подчеркнул эксперт.

Россия уже не посредник, а страна-«оккупант» и «агрессор». И диалог сегодня возможен только в формате «Украина – Россия» или «Украина – Франция – Германия – Россия». Российское руководство на эту схему вряд ли согласится, указал политолог.

При этом Киев попытался избежать прямого раздражения западных партнеров.

Депутаты Рады отказались разрывать дипотношения с Россией, потому что «эти поправки ухудшили бы международную позицию Украины в рамках «нормандской четверки», Минских договоренностей», полагает Руслан Бортник.

«Украина бы просто подставилась и подставила бы западных партнеров, прежде всего США, под российскую критику о том, что Украина вышла из Минского переговорного процесса и эскалирует конфликт», – напомнил эксперт. Это было бы «технологическим поражением», добавил он.

«В любом случае это односторонняя декларация в форме закона в конфликте, который уже давно стал международным», – полагает Бортник. И заметим, что если сообщения о недовольстве западных дипломатов верны, то старшие партнеры уже выразили свое недовольство самоуправством Киева. Следует подождать официальной реакции столиц европейских стран – гарантов «Минска», и, главное, реакции представителей Вашингтона.