Взгляд
21 января, пятница  |  Последнее обновление — 02:30  |  vz.ru
Разделы

К войне на Украине может привести любая провокация

Игорь Гужва
Игорь Гужва, журналист
Означает ли крайне малая вероятность начала войны по инициативе России то, что войны не будет? К сожалению, нет. Инициаторы могут быть с другой стороны. Подробности...
Обсуждение: 25 комментариев

Американские технологии казахского протеста

Владимир Прохватилов
Владимир Прохватилов, президент Академии реальной политики
В чистом виде «цветных революций» уже не будет. Новая концепция «стратегического смешивания» западных спецслужб – это синергия социального протеста, революционного джихада и криминальных мятежей силами этнических ОПГ. Подробности...
Обсуждение: 6 комментариев

Будет ли Индия покупать подлодки у России

Максим Климов
Максим Климов, капитан 3 ранга в запасе, военный эксперт
Какими бы хорошими ни были «ноги» подводной лодки, главным продолжают оставаться «кулаки» – реальные возможности оружия, средств защиты и обнаружения. То, что в первую очередь определяет победу в подводной войне. И именно здесь у России есть решающее преимущество перед иностранными конкурентами: антиторпеды. Подробности...
Обсуждение: 4 комментария

Британия с помощью авиации завозит тонны оружия на Украину

Накануне на Украину прибыла очередная партия международной технической помощи от Великобритании. В этот раз ВС Украины были предоставлены новые легкие противотанковые средства. Стороны указывают на исключительно оборонительное предназначение оружия
Подробности...

Обвиняемый в терроризме Порошенко вернулся в Киев

Экс-президент Украины Петр Порошенко вернулся в Киев из-за границы. Ожидалось, что бывший глава государства, которого подозревают в госизмене, будет арестован прямо в аэропорту. Но Порошенко прошел через погранкордоны, хотя и не без инцидентов
Подробности...

Циклон завалил снегом Южно-Сахалинск

В Южно-Сахалинске третий день продолжаются обильные снегопады из-за сильного циклона. Уже выпала месячная норма осадков. Власти города ввели режим чрезвычайной ситуации. Коммунальщики работают в круглосуточном режиме. На расчистку улиц брошена не только спецтехника, но и военные
Подробности...
19:59
собственная новость

Российским школьникам покажут маршрут «Золотое кольцо» по Ярославской области

В Ярославскую область в рамках национального проекта «Культура» приедут 1300 школьников, победители олимпиад, учащиеся школ искусств и кадетских корпусов со всей России. Посещение городов Переславля-Залесского, Ярославля, Ростова предусмотрено маршрутом «Золотое кольцо. Александр Невский».
Подробности...
20:27

В Марий Эл открыли новое здание государственной филармонии

В Йошкар-Оле прошло торжественное открытие нового здания Марийской государственной филармонии имени Якова Эшпая, до этого работники филармонии 39 лет располагались в пристрое.
Подробности...
21:12

В Оренбурге легендарная «Катюша» вернулась в парк «Салют, Победа!»

В Оренбурге на музейную вахту после полной реставрации вернулась легендарная БМ-13, которую в годы войны солдаты прозвали «Катюшей». Вместе с другими экспонатами боевая машина была полностью отреставрирована.
Подробности...

    Функционирует при финансовой поддержке Министерства цифрового развития, связи и массовых коммуникаций Российской Федерации
    НОВОСТЬ ЧАСА: США предъявили белорусским чиновникам обвинения в воздушном терроризме

    Главная тема


    Россия избежала абсурда в борьбе с пандемией

    «дом советов»


    Экс-глава НАТО рассказал о «пугающей» шутке Путина про альянс

    биологическое топливо


    Украинский «Нафтогаз» решил перевести свои ТЭЦ на солому и щепу

    фото из пиджака


    Стало известно о внебрачном сыне Абдулова

    Видео

    стратегическое соглашение


    Чем Иран будет соблазнять Россию

    в режиме спецоперации


    Как Южная Осетия сбежала в Россию из Грузии

    платежный баланс


    России удалось заработать в 2021 году рекордную сумму

    Бывший президент Украины


    Американцы спасли Порошенко от «сталинщины»

    советские времена


    Как понять слова Кудрина о худшей жизни в СССР

    противоборствующие толпы


    Игорь Мальцев: Ковид закончится, а людям надо остаться людьми

    политическая дальновидность


    Геворг Мирзаян: Как Порошенко еще раз унизил Зеленского

    дипломатия и компромиссы


    Тимофей Бордачёв: Россия и США ведут дипломатическую «разведку боем»

    на ваш взгляд


    Есть ли у вас домашние животные?
    Владас Повилайтис

    Почему русский либерал стал охранителем

    Владас Повилайтис
    доктор философских наук, БФУ имени И. Канта
    13 ноября 2018, 09:50

    Двести лет назад родился первый и едва ли не единственный представитель четвертой власти в России. Прочие стремились к ней – он обладал. Михаила Никифоровича Каткова к концу жизни называли «государственным человеком без государственной должности», что было высшим признанием его достижений. Ведь, как правило, статус человека определялся его должностью – с утратой которой он утрачивал и всякое значение – даже министр в отставке производил обычно довольно жалкое впечатление.

    В случае Каткова все было наоборот – редактор одной, пусть и довольно большой, газеты, издающейся к тому же не в столице, стал именно в качестве редактора одним из влиятельнейших лиц империи, с чьими суждениями, выраженными в передовицах, вынуждены были считаться министры и губернаторы.

    Объяснение этого исключительного положения – в том, что он не был ни отражением господствующих суждений, ни велений власти – а, напротив, во многом направлял или, по меньшей мере, влиял на них.

    Но он заплатил за это довольно большую цену – уже с 60-х годов, когда сам был вполне либералом и конституционалистом, подвергнут со стороны «передовой общественности» остракизму и имя его стало синонимом едва ли не всего гнусного и темного в России.

    Журнал, им созданный, «Русский Вестник», почитался уже с начала 1860-х органом практически реакционным – и это при том, что в нем печаталось на протяжении десятилетий практически все лучшее, что за эти годы было создано в русской литературе – от «Войны и мира» и «Анны Карениной» Толстого до «Соборян» Лескова, «Преступления и наказания», «Бесов», «Идиота» и «Братьев Карамазовых» Достоевского, «Отцов и детей» и «Дыма» Тургенева, не говоря о романах Писемского или Леонтьева, стихах Фета.

    Фото: Александр Лебедев

    А Владимир Соловьев был его корреспондентом с театра Русско-турецкой войны – правда, весьма неудачным, следует признать – но в этом не было вины Михаила Никифоровича, который зла на своего корреспондента не держал и с того же года публиковал на страницах своего журнала его докторскую диссертацию «Критика отвлеченных начал», составившую эпоху в истории русской философии.

    И если все это – реакционерство и охранительство, то приходится признать, что на стороне тогдашней реакции была эстетика, особенно если сравнить с тем по преимуществу убогим, но идеологически выверенным писанием, что украшало в 1870-е годы страницы «Отечественных записок» и «Дела».

    Историю Каткова обычно рассказывают как историю «ренегатства» – участник кружка Станкевича, приятель Бакунина и Белинского, во много научивший последнего гегелевской эстетике, изменяет прекрасным идеалам молодости, идет на сделку с совестью и становится русским официозом.

    В этом рассказе, при всей его гладкости, сплошные неувязки. Во-первых, путь, который прошел Катков, оказывается не исключительным – схожую духовную эволюцию проделали Боткин, Тургенев, Буслаев. Впрочем, это само по себе не аргумент, ведь приговор тому же Боткину столь красноречиво вынес сам Герцен в «Былом и думах», представив его как воплощение нравственного крушения.

    Гораздо более показательно и характерно второе – Катков потому и становится столь влиятелен и заметен, что его «официоз» возникает во многом вопреки власти.

    Примечательно, кстати, что «Голос», известная либеральная газета 60-х – 70-х годов, как раз возникает именно как официоз – на финансировании валуевского Министерства внутренних дел, тогда как в 1866 году от закрытия «Московские ведомости» Каткова в конфликте с Валуевым спасет исключительно чудо – каракозовский выстрел, который перетасует все карты и сделает Каткова героем момента – ситуация, на которую он никак не мог рассчитывать, ведь покажется, что оправдалось все то, о чем он говорил в своей борьбе с нигилизмом.

    Нам думается, что едва ли не в любой большой истории есть доля везения – в случае Каткова она, по крайней мере, несомненна.

    Вошедший в историю русской мысли в первую очередь именно как редактор «Московских ведомостей», он получает их в аренду с 1 января 1863 года – а уже 13 января того же года начинается Польское восстание, на которое ни власть, ни общество первоначально не знают, как реагировать. И именно Польское восстание делает Каткова великим журналистом – единственным громким и определенным голосом в ситуации мычания.

    На протяжении полугода он публикует почти каждый день передовицы, где поднимает русское общественное мнение на борьбу за национальное дело. Его голос оказывается бесконечно ценен для власти – в возможности опереться перед лицом европейского давления на него как на выражение общественных убеждений.

    Вместо конфликта правительства с польскими мятежниками случилось противостояние русского и польского обществ:

    Катков на долгие годы стал для многих русских людей тем, кто нашел критические слова, выражающие их чувства и стремления – и осмелился громко их произнести.

    Катков начинал как западник, продолжил как либерал и англоман (защищая идеи широкого местного самоуправления, поссорившись с будущей иконой русского либерализма Борисом Чичериным, отстаивавшим принципы административной централизации), националист – человек, реабилитировавший в русском политическом языке само понятие «нации» – и закончил как охранитель и консерватор.

    Если эволюцию его воззрений от либерализма к консерватизму отрицать невозможно – равно как все более скептическое отношение к идее представительства – то противопоставлять западничество национализму никак не выйдет.

    Он был русским националистом именно потому, что был последовательным западником – его национализм эволюционировал от либерального к консервативному в пределах весьма логичной шкалы предпочтений, неизменно оставаясь вопросом об образовании политического сообщества, построенного по модерной модели культурного единства – быть может, излишне прямолинейно ориентированного на французскую модель.

    Он был последовательным сторонником еврейского равноправия – именно потому, что был русским националистом, потому что быть русским для него не имело никакого отношения ни к крови, ни к вероисповеданию – русские в его логике могли быть «иудейского закона», «католического» или «православного», а вот распространения православия путем размножения литератур на местных языках и создания таковых для народов, их доселе не имевших, он отнюдь не одобрял, равно как чужды ему принципиально были славянофильские заходы нести свет православия куда ни попадя.

    Он был прекрасно образован – и, кстати, стал журналистом в силу несчастной судьбы отечественного философского образования. На протяжении многих лет готовившийся к занятию кафедры философии, обучавшийся в Германии и написавший одну из первых профессиональных работ на русском языке по истории философии – он год спустя после начала преподавания в Московском университете лишился работы в силу ликвидации самого предмета своих занятий – исключенного из перечня преподаваемых дисциплин в силу подозрения со стороны министерства, что философия воспитывает неблагонадежных.

    Катков не имел ни имений, ни богатых родственников – ему надо было выживать. По счастью, нашлись друзья и приятели – и лишенный возможности преподавать, он был определен на должность редактора университетской газеты – «Московских ведомостей», которые за несколько лет ему удалось поднять настолько, что ее стали читать добровольно.

    Он нашел себя в журналистике и в начале царствования Александра II, в оттепель, задумал к газете присоединить толстый журнал. Власть нашла сии планы избыточными – и, даровав право издавать «Русский Вестник», лишила его редакторства в газете – аренду на которую он получил семь лет спустя, как уже говорилось – накануне своего очередного счастливого случая.

    Он начинал свою журнальную карьеру как последовательный либерал – если угодно, его карьера была путем разочарований в русском либерализме и все более крепнущего убеждения, что единственная реальная сила в России – это власть, а то лучшее, что может сделать добродетельный гражданин, – это наставлять власть на путь истинный, по мере сил апеллируя к обществу – но понимая, что подлинная реальность – это реальность государства. И что ни власти, ни обществу доверять нельзя – доверять можно только собственному пониманию общего блага и надеяться на то, что это понимание с тобой смогут разделить другие.

    С самой молодости и до конца жизни он оставался убежден, что Россия – не исключение из правил и никак не история про «особый путь», не про духовность, общину или какие-то другие славянофильские или народнические мечты.

    Он был западником не в том смысле, что соотносил себя с Западом посреди азиатской страны, а что полагал и себя, и страну частью Европы, он был русским европейцем – и в его случае обе части этого определения равноправны.

    (в соавторстве с Андрей Тесля)


     
     
    © 2005 - 2021 ООО «Деловая газета Взгляд»
    E-mail: information@vz.ru
    ..............
    В начало страницы  •
    На главную страницу  •