Деловая газета «Взгляд»
http://www.vz.ru/opinions/2013/1/13/615617.html

«А что вы еще умеете?»

   13 января 2013, 12::46
Фото: hse.ru

Кабанов демонстрировал поведение, естественное для своего круга общения. Он ведь ходил на митинги, постил картинки про борьбу с режимом, писал остроумные комментарии у френдов – и вот теперь нужно бить в колокола тут же, в Фейсбуке.

В 2011–2012 годах на повестке дня было главное различие противопоставление между «Россией айфона» и «Россией шансона». Предполагалось, что в то время как в последней дикие, всегда нетрезвые люди бьют жен и перерезают друг другу горло из-за пары сотен рублей, в первой активно развиваются европейские ценности: сильные свободные мужчины, имеющие свой бизнес, читают «Афишу Еда», маринуют утку по-бургундски, одновременно одним глазом смотрят последний шедевр Вуди Аллена и тут же скармливают утку и Аллена прекрасным и эмансипированным женщинам своим.

И вот в начале 2013 года разорившийся московский ресторатор Алексей Кабанов, сооснователь «О.Г.И.», всеобщий знакомый (у меня c Кабановым 35 общих друзей на Facebook), образцовый герой «Мы-были-на-Болотной» и телеканала «Дождь», на котором работает его бывшая жена, предположительно, убивает жену нынешнюю. И не только убивает, но и устраивает на этот счет многодневный моноспектакль для всего креативного класса. Спектакль под названием «Ирка не нашлась».

Я говорю «предположительно», потому что в России ни следствию, ни суду доверять, конечно, нельзя, а отсюда следует, что вопросы в любом случае останутся, какой бы ясной ни была картина случившегося. В случае Кабанова все, к сожалению, складывается в стройный пазл: неуравновешенный мужчина, склонный к различного рода аферам и работающий поваром, профессионально разделывающий баранину – этому посвящены большинство открытых записей в блоге погибшей, применил свои знания к жене. Представить себе хитроумную провокацию органов, которые без уголовного дела нашли труп, подбросили улики Кабанову, честно строчащего в этот момент в Facebook – значит и переоценивать эти органы, и наделять их какой-то совершенно запредельной, диавольской иррациональностью.

Трагифарс, который Кабанов устроил потом для своих подписчиков в Facebook, наоборот, вполне рационален в некотором специфическом смысле. Во-первых, он отвлекал внимание от квартиры, где погибла женщина: если муж ищет жену, то под кроватью у него ее искать не будут. Во-вторых, Кабанов демонстрировал поведение, естественное для своего круга общения. Он ведь ходил на митинги, постил картинки про борьбу с режимом, писал остроумные комментарии у френдов – и вот теперь нужно бить в колокола тут же, в Фейсбуке. В результате в случае с Кабановым вся эта поисковая кампания обернулась жесточайшим разочарованием публики: оказалось, что внутри уютного доброго Фейсбука, населенного любящими мужьями, на самом деле прячутся монстры. Такие честные, искренние просьбы о помощи могут обернуться не только тем, что вы пойдете по ссылке на сайт мошенников, но вашим моральным соучастием в убийстве. Оказалось, короче говоря, что Фейсбук – это просто инструмент, и посты в нем совсем не обязательно могут использоваться креативными гражданами в целях развития свободы и демократии. Можно, например, попытаться создать себе таким образом алиби.

Печальна судьба мошенника в эпоху социальных сетей. У Кабанова уже была репутация, и она была не очень хорошая. И вот пошли посты о жизни четы Кабановых, которые как раз и завершают картинку и взрывают креативный класс. Вот запись случайной знакомой, из которой можно сделать вывод о том, какая же мерзкая тусовка вообще появлялась в семейном кафе «Черска». Омерзение вызывает все: и автор, и то, как это написано, и комментарии, и сама история, и герои.

А вот запись бывшего коллеги обоих, и тут уже в основном история Кабанова.

Высокоморальные люди могут сказать, что читать все это не нужно. Но позвольте, а как бы мы иначе узнали про то, как на самом деле живет креативный класс? Что долги, взаимные разборки и насилие над женщинами – это повседневность нашего класса? Что походы на митинги при этом, как и утка по-бургундски, или открытие собственного кафе – это скорее ритуал, который мы у кого-то скопировали, и делаем теперь, не особенно подумав? Что в ближнем кругу Ирины Черски невозможно было сформулировать никакой мысли без слова «х..», и это считалось актуальным и крутым признаком высокого класса. Что вместо высоких идеалов свободы, равенства и братства нас ждут в биографиях креативных граждан бесконечные «однушки с ламинатом», безденежье, «баранина с волшебным графином», сплетни подруг, алкоголизм и простые маленькие чувства, вроде тех, что испытывает шестиклассник, впервые увидевший голую женщину.

И вот ты стоишь на площади с плакатом «Путин должен уйти», а сам отключил телефон, чтобы кредиторы не могли дозвониться, думаешь про бутылку с виски, думаешь, где бы еще занять денег, а наутро изобьешь жену. И вопрос, который тут сам собой возникает: а так ли «Россия айфона» отличается от просто России? Чувства, цели и жизни-то у нас те же самые, оказывается.

P.S. В давние времена в ЖЖ была такая шутка про русских националистов: «Я русский. – А что вы еще умеете?» Если искать какую-то мораль во всем случившемся, что трудно, то она будет такой: «Я рукопожатный и честный человек. – А что вы еще хорошего сделали?». Может быть, до особо упоротых зрителей телеканала «Дождь» дойдет наконец после Кабанова, что быть просто «очень честным» – этого еще недостаточно.

Источник: Блог Кирилла Мартынова