Деловая газета «Взгляд»
http://www.vz.ru/columns/2017/2/4/856430.html

Антон Крылов: Кому нужны наличные?

   4 февраля 2017, 10::50

Дискуссия об ограничении платежей наличными, начатая главой Минфина Антоном Силуановым на съезде «Единой России» и поддержанная главой Минтруда Максимом Топилиным, была быстро свернута после окрика со стороны «старших товарищей».

Первый вице-премьер Игорь Шувалов и «простой» вице-премьер Аркадий Дворкович дружно выступили против этой инициативы.

«Даже в мыслях нет. Хотя в мире доля безналичного оборота увеличивается, но это должно происходить естественным образом, без искусственных решений», – это мнение Дворковича.

«Мы считаем, что административно ограничивать платежи бессмысленно... в нашей стране настороженность по поводу обмена денежных знаков и любых ограничений, поэтому никаких административных ограничений мы не обсуждаем и вводить не будем», – это Шувалов.

Отметим, что обычно для либерального блока в правительстве «настороженность» граждан или «естественное» развитие любого экономического процесса не является каким-либо ограничивающим фактором – жесткие меры предлагаются и принимаются без оглядки на общественное мнение.

На фоне последних коррупционных скандалов, в ходе которых у министров, губернаторов и даже самых обыкновенных полковников полиции находили крупные, а в некоторых случаях так просто огромные суммы наличными, столь однозначная негативная реакция против сделок наличными выглядит несколько странно.

Большинство расчетов в России происходят «кэшем» (фото: Антон Новодережкин/ТАСС)

Большинство расчетов в России происходят «кэшем» (фото: Антон Новодережкин/ТАСС)

Впрочем, спору нет – пока что граждане в целом разделяют любовь к наличным: большинство расчетов в России происходят «кэшем», несмотря на то, что зарплаты начисляются на карточки.

Безусловно, купюры привычнее пластика, но сумело же человечество не так давно по историческим меркам отказаться от металлических денег в пользу бумажных.

Доводы сторонников безналичного расчета общеизвестны, но, наверное, повторить их будет нелишним.

Для граждан это, во-первых, уменьшение числа грабежей – от чужой кредитки, особенно если на ней заблокирована возможность снятия наличных, толку никакого. Кредитку можно потерять, не потеряв ни копейки денег.

Во-вторых, это удобно – не надо носить с собой кошелек, достаточно одной лишь карточки, а теперь даже карточка во многих магазинах не нужна – хватает смартфона. Ситуация, когда на покупку не хватает денег, потому что они лежат дома под простынями, а не в кошельке, становится невозможной.  

В-третьих, наличие денег на карточке позволяет покупать в онлайн-магазинах, в которых и товары, и продукты оказываются гораздо дешевле.

Для государства и банков плюсы безнала также очевидны – это уменьшение затрат на печатание наличных денег, их перевозку, охрану и инкассацию.

И самый главный плюс и для общества, и для государства в случае ограничения суммы возможных покупок за наличные – серьезные проблемы для коррупционеров.

Невозможность прийти с чемоданчиком денег и купить дорогой автомобиль или квартиру, разумеется, не уничтожает коррупцию на корню. Но «отмывание» безналичных денег – трудный и дорогостоящий процесс, бороться с которым куда проще, чем с ловлей за руку чиновников с теми самыми чемоданчиками с налом.

Основной довод противников безнала – «ах, государство всех нас будет контролировать».

Это очень похоже на доводы тех фриков, которые, не обладая и миллиардной долей известности и богатства Марка Цукерберга, в подражание ему заклеивают видеокамеру ноутбука или шифруют свою переписку с женой 1024-битным ключом.

Государству нет ни малейшего дела до частной переписки, личных трат и морального облика подавляющего большинства граждан. А если кто-то оказывается способен нанести государству вред, то его через какое-то время, как правило, ловят, несмотря на все технические ухищрения – как в случае с пресловутым Шалтаем-Болтаем.

Замглавы Центра информационной безопасности ФСБ и глава отдела расследований компьютерных инцидентов «Лаборатории Касперского» знают о том, как скрыть нежелательную информацию, наверное, практически все. Но это им почему-то не помогло.

И, кстати, когда количество безналичных расчетов в России станет таким же, как в скандинавских странах, где кэш практически вышел из обихода, следить за отдельно взятым человеком станет еще сложнее – просто из-за объема информации о сделках. «Биг дата» – пожалуйста.

А у частного предпринимателя без лицензии, продающего тортики через интернет, станет куда меньше шансов быть пойманным за руку налоговиками, чем сейчас – вряд ли кого-то заинтересуют его скромные доходы, получаемые на карточку. Хотя безопаснее все-таки оформить лицензию и жить честно.

#{author}Поэтому ограничения на сделки с наличными ну никак не смогут навредить обычным гражданам. А вот тем, кто на непонятно откуда взявшиеся деньги покупает машины, яхты и квартиры, придется сложнее. И хранить миллиарды в темных комнатах они перестанут – за бессмысленностью.

Закон об ограничении сделок наличными пылится в Госдуме с 2012 года без малейшего движения – скорее всего, во многом из-за позиции чиновников.

Кстати, у меня нет ни малейшего сомнения, что был бы Алексей Улюкаев на свободе, он бы тоже говорил о том, что «народ выступает против ограничений».

Но «народ» практически всегда может объяснить в банке, откуда у него деньги на машину и путем каких ухищрений ему удалось взять в ипотеку «смешную» (выражение Игоря Шувалова) квартиру.

А вот чиновнику-коррупционеру потратить неправедно нажитое, если крупные покупки за наличные ограничат, будет куда сложнее.