Взгляд
25 мая, среда  |  Последнее обновление — 21:28  |  vz.ru
Разделы

Из Москвы напрочь пропала агрессия

Антон Размахнин
Антон Размахнин, журналист
С ролью не плавильного, а правильного котла Москва справляется лучше большинства мировых мегаполисов. А может быть, и вообще лучше всех. Подробности...

Финляндию и Швецию нельзя было не пустить в НАТО

Вадим Трухачёв
Вадим Трухачёв, политолог, кандидат исторических наук, доцент РГГУ
Еще до нынешних событий на Украине многие финны и шведы боялись России. Финская пресса и 15 лет назад рассказывала о планах российского вторжения, а шведы годами ищут у своих берегов призраки российских подводных лодок. Подробности...
Обсуждение: 5 комментариев

Как России удалось не стать Украиной

Игорь Караулов
Игорь Караулов, поэт, публицист
В конце 2011 года, на волне «болотных» протестов, был создан «координационный совет оппозиции». Гомункулус Навальный был выращен именно как гибрид проевропейского либерала и русского националиста. Подробности...
Обсуждение: 24 комментария

Корабль Starliner компании Boeing стартовал к МКС

Перспективный космический корабль Starliner компании Boeing в рамках второго тестового полета стартовал к Международной космической станции (МКС) в беспилотном режиме. На первой ступени ракеты-носителя Atlas V использовался российский двигатель РД-180, произведенный НПО «Энергомаш»
Подробности...

Боевики «Азова» начали сдаваться в плен

256 украинских боевиков сдались в плен на мариупольском заводе «Азовсталь». Среди пленных число раненых составляет 51 человек. Большую часть раненых под конвоем отвезли в больницу города Новоазовска. При этом на заводе все еще остается около двух тысяч боевиков
Подробности...

«Москвичи» – какими они были и могли быть

Мэр Москвы Сергей Собянин принял решение перевести московский завод «Рено» на баланс города и возобновить производство автомобилей под брендом «Москвич». Газета ВЗГЛЯД вспомнила, какую продукцию выпускал завод в советские времена, а какие идеи инженеров так и остались в макетах...
Подробности...
19:59
собственная новость

Российским школьникам покажут маршрут «Золотое кольцо» по Ярославской области

В Ярославскую область в рамках национального проекта «Культура» приедут 1300 школьников, победители олимпиад, учащиеся школ искусств и кадетских корпусов со всей России. Посещение городов Переславля-Залесского, Ярославля, Ростова предусмотрено маршрутом «Золотое кольцо. Александр Невский».
Подробности...
20:27

В Марий Эл открыли новое здание государственной филармонии

В Йошкар-Оле прошло торжественное открытие нового здания Марийской государственной филармонии имени Якова Эшпая, до этого работники филармонии 39 лет располагались в пристрое.
Подробности...
21:12

В Оренбурге легендарная «Катюша» вернулась в парк «Салют, Победа!»

В Оренбурге на музейную вахту после полной реставрации вернулась легендарная БМ-13, которую в годы войны солдаты прозвали «Катюшей». Вместе с другими экспонатами боевая машина была полностью отреставрирована.
Подробности...

    Функционирует при финансовой поддержке Министерства цифрового развития, связи и массовых коммуникаций Российской Федерации
    НОВОСТЬ ЧАСА: Россия временно разрешила поставки газа с «Ямал СПГ» для «Газпром Германия»

    Главная тема


    Западным либералам пришлось принять российскую спецоперацию

    размер пенсии


    Путин объявил об индексации пенсий на 10% с 1 июня

    30 тонн плутония


    На Запорожской АЭС обнаружили достаточные для создания ядерного оружия запасы урана

    отказ в господдержке


    В Минцифры решили лишать аккредитации увольняющие украинцев IT- компании

    Видео

    чрезвычайное положение


    Венгрия готовится к распаду Украины

    «отдавали то, что не жалко»


    Европа преувеличивает истощение военных запасов из-за Украины

    идея Литвы


    Чем грозит отправка военных кораблей Британии в Одессу

    пожизненный срок


    Зачем Киев устроил публичный процесс над российским военным

    комплексы «Гарпун»


    Украине дают устаревшее средство против Черноморского флота России

    нацистская сущность


    Игорь Караулов: Как России удалось не стать Украиной

    страх перед Россией


    Вадим Трухачёв: Финляндию и Швецию нельзя было не пустить в НАТО

    магия города


    Антон Размахнин: Из Москвы напрочь пропала агрессия

    на ваш взгляд


    Вы поддерживаете предложение закрепить в правилах русской орфографии написание слова «Бог» с заглавной буквы?

    Владимир Мамонтов: Про Сталина

    31 марта 2010, 09:00

    Когда мы жили в маленьком доме, где полы были крашены коричневой краской в десять слоев, а печь топилась углем, у нас на стене висел портрет Сталина. Это был чугунный барельеф. Он висел рядом с репродуктором-тарелкой.

    Такой же черный, тяжелый.

    В моей первой «Родной речи» еще были вычеркнутые фамилии. Тогда учебники служили по много лет, а люди – нет

    Выражение его лица было неуловимей Джоконды. Мандельштам писал про Сталина:

    «Он улыбается улыбкою жнеца». Сильная строка.

    Поэтам тех извилистых лет Сталин, кстати, часто виделся в земном, крестьянском антураже. У Пастернака:

    И смех у завалин,
    И мысль от сохи,
    И Ленин, и Сталин,
    И эти стихи.

    У нашего дома тоже была завалинка, засыпанная шлаком. Были сени. В сенях стояла бочка с квашеной капустой, и Сталин, когда его разоблачили и согнали со стены, капусту прижимал, символично служил гнетом.

    Куда он делся, когда мы переехали в новую квартиру, я не знаю: наверное, его бросили, и он где-то ржавеет, улыбаясь.

    Готовясь к тому переезду, мы паковали книги. Мать перевязывала бечевкой собрание сочинений Сталина, а я спрашивал: мам, зачем? Ведь культ разоблачили! Мама вязала узел и говорила: что ж теперь, книжки выбрасывать?

    Я потом не раз открывал эти книги – отлично изданные, коричневые, в цвет наших полов, с обрезом и шнурками-закладками. У них были склеены страницы – их до меня никто сроду не листал.

    От того, чтобы злобиться на революцию, индустриализацию и даже жестокую войну, меня всегда удерживало вот какое размышление: если бы не революция, идустриализация и война, меня бы не было. Не сложилась бы причудливая комбинация переселения, рабфака, хетагуровского движения, поисков фронтовиками лучшей доли в далеких краях и т.д., которая привела меня в роддом на улице Тигровой. Эгоистично так рассуждать, зная, сколько народу погибло, обеспечивая извилистый ход моей судьбы. Но я теперь не хочу вынимать из собственной истории ни части, ни кирпичика, ни скрепы. Из какого-то суеверия, что ли. Мать же книги не выбрасывала.

    Ветеранам не плакаты нужны... Они, а не Сталин, отстояли страну (фото: ИТАР-ТАСС)
    Ветеранам не плакаты нужны... Они, а не Сталин, отстояли страну (фото: ИТАР-ТАСС)

    В моей первой «Родной речи» еще были вычеркнутые фамилии. Тогда учебники служили по много лет, а люди – нет. Однажды в класс приходила учительница – чуть более строгая, чем обычно. И говорила: «Откройте учебник на странице пятнадцать. Ручки взяли. Умокните перо. Зачеркивайте строчку шестую сверху. «Рука Победы» оставляем. Дальше зачеркиваем». «Мариванна, «Сталина рука» зачеркиваем?» «Да, да!» И еще несколько лет сквозь толстый, чернильный, фиолетовый зачерк школярского забвения проступали «Бер…», «…лин». Во втором полугодии пришли новенькие «Родные речи». А эту попросили сдать. Потом старые учебники в железном ящике сожгли на заднем дворе.

    А вечером к нам в домик приходили гости. Солистка филармонии Клавдия Николаевна оправляла кружевной воротник и волнующим грудным голосом пела «Сероглазого короля» на слова Ахматовой. Браво, браво – кричали все. А два друга Ивана – Степаныч и Георгиевич − молчали да крякали, закусывая желтый китайский коньяк «Чурин». Лудили басы, как они выражались. А потом, переглянувшись, как гаркнут:

    Ну-ка, товарищи, грянем застольную
    Выше стаканы с вином,
    Выпьем за Родину нашу привольную,
    Выпьем и снова нальем.

    Выпьем за русскую удаль кипучую,
    За богатырский народ!
    Выпьем за армию нашу могучую,
    Выпьем за доблестный флот!

    Встанем, товарищи, выпьем за гвардию,
    Равной ей в мужестве нет.
    Тост наш за Сталина! Тост наш за партию!
    Тост наш за знамя побед!

    Они пели и не знали, а это слова Арсения Тарковского. Отца автора «Зеркала». Ручки взяли. Умокнули.

    Я думаю, Лужков уперся с этими билбордами вот почему (помимо возрастного упрямства). Ему кажется, что десять портретов Сталина противостоят какой-то несправедливости. Какому-то ощущаемому и мной предательству – не Сталина, нет. Может, я, не настаивая на беспрекословном снятии этих плакатов, боюсь стереть воспоминание о матери, которая тщательно связывала нечитанные томики его статей? Забыть залихватские песни Иванов-фронтовиков, которых давно нет на свете. Стереть Тарковского, провидел он или заблуждался. Вычеркнуть наивную арифметику Вертинского, который, грассируя, восклицал:

    Чуть седой, как серебряный тополь,
    Он стоит, принимая парад.
    Сколько стоил ему Севастополь?
    Сколько стоил ему Сталинград?

    Кому это «ему» кажется чудовищным, я отвечу: садись, дружище, в машину времени. Отправляйся в те годы. Там или борись, будь смелее и умнее Вертинского, Пастернака и Ахматовой вместе взятых. Или примирись, дело твоей совести. Отсюда бороться с тогдашними – пустое. Не доблесть.

    Меня изо всех сил убеждают, что Сталин − кровавый палач. Добил Троцкого. А Троцкий что – не кровавый, не палач? Чтобы мне легче верилось, прибавляют и прибавляют количество репрессированных: думаешь, их миллион? Пять миллионов! Да мне и одного замученного достаточно, слезинки ребенка достаточно, чтобы все про моральные качества отцов народов той эпохи понимать.

    Понимаю и тех, для кого все эти рассуждения пусты, кощунственны и опасны, потому что у них в семье есть погибшие и пострадавшие в лагерях. Я не могу быть объективен. Они – тем более.

    Следом идет вообще другое поколение.

    Оно ничего этого не чувствует, и хрен ему объяснишь. Оно не хочет слышать. Оно считает в уме быстрее, чем моя мама на арифмометре: мы повесим эти чертовы плакаты, а западники навесят нам тоталитаризм, инвестиции потом не заманишь, куда ни поедешь, везде вынырнет Глюксман, будет глаза колоть: вы смотрите на мир через сталинские очки. Ветеранам не плакаты нужны, а новые квартиры (это в точку). Они, а не Сталин, отстояли страну (сто процентов). Милости просим, союзники, на Красную площадь, на Парад Победы (пусть идут с квадратными жестяными банками из-под ветчины, мы потом в таких еще до-о-олго масло подсолнечное хранили). Где были союзники, когда с Тынисмяги нашего Бронзового солдата выставляли? Не дозваться их было. Они все высчитывали, равен ли Сталин Гитлеру. Это про них Тарантино снял «Бесславных ублюдков» − только не все поняли.

    Знаю эту манеру: сначала покайся и признай, что Сталин равен Гитлеру. Потом окажутся равны фашист и мой отец, человек небезупречный, чего уж там. Но солдатский орден Красной звезды заработавший. Поющие Иваны равны гитлеровцам. Ибо, освобождая, не несли свободы – нам уже это объясняли. И миллионы павших за правое дело мало-помалу окажутся равны погибшим за неправое. Когда-нибудь потом серая слизь давности их и вправду уравняет. Кто был прав – троянцы или греки? Но это уж без меня.

    Я, кстати, все еще помню чугунный барельеф Сталина ровно потому, что куча наивных и прекраснодушных, а также корыстных и малоприятных людей, в благие намерения которых я нисколечко не верю, давно и усиленно требуют его забыть. Не хочу вычеркивать, потому что надо мной стоят строгими учителями: Вычеркни! Вычеркни! Вычеркни!

    А вот не буду.

    На главной площади страны,
    невдалеке от Спасской башни,
    под сенью каменной стены
    лежит в могиле вождь вчерашний.

    Над местом, где закопан он
    без ритуалов и рыданий,
    нет наклонившихся знамен
    и нет скорбящих изваяний,

    ни обелиска, ни креста,
    ни караульного солдата —
    лишь только голая плита
    и две решающие даты,

    да чья-то женская рука
    с томящей нежностью и силой
    два безымянные цветка
    к его надгробью положила.

    Мне строки Ярослава Смелякова и иных поэтов, приведенные здесь и не процитированные, дороги тем, что заставляют лучше понять тот страшный мир, из которого все мы выползли, как из змеиной шкуры – с репрессиями, миллионами погибших, славословиями и страхами, мужеством и слабодушием. Я вовсе не думаю, что «где Сталин – там свобода, мир и величие Земли», даже если это написала Анна Ахматова.

    Я ведь и другие стихи ее знаю.

    И эти забывать не хочу.


     
     
    © 2005 - 2021 ООО «Деловая газета Взгляд»
    E-mail: information@vz.ru
    ..............
    В начало страницы  •
    На главную страницу  •