Леонид Радзиховский: Проект «Имя чиновник»

Опубликовав «первую сотню» кадрового резерва, «находящуюся под патронатом президента», и рассказав, как эту сотню подбирали, Кремль чуть ли не впервые в истории приподнял край ковра – дал увидеть пробирку, в которой происходит таинственный, тихий, непостижимый для непосвященных процесс карьерного роста.

Кадры решают все

Причем до такой степени, что всю политическую историю Человечества – по крайней мере, ее внешнюю канву – можно считать «историей мирной и военной ротации кадров».

Кстати, ровно так историки и описывали свой предмет в течение тысячелетий – см. каноническую «Жизнь 12 цезарей». Вся мировая историческая наука – до XIX века – может быть обозначена как «борьба за захват и сохранение тронов и прочих мест – или 1 200 цезарей-царей-шахов-императоров и их вельможи».

Главный же политический конфликт состоял и состоит в том, что «чины людьми даются. А люди могут обмануться». Те, кого чином обошли, хорошо знают, что ошибка – роковая для судеб Родины – имела место.

Отсюда – двигатель истории, постоянные лично-корпоративные конфликты, от тихого индивидуального подсиживания до заговоров, переворотов и революций. В сущности, любая Революция – кадровая. По крайней мере, они всегда начинаются с конкретных «кадровых требований». А все исторические процессы могут описываться как «движения за улучшение кадрового отбора».

Тысячелетиями подбор кадров был сугубо наследственным. Наследовалась не одна корона, но и вся пирамида вокруг. Дети, внуки, правнуки занимали места своих отцов-дедов-прадедов по праву рождения, «подбор кадров» был просто подбором генов.

Эта биологическая селекция явно отставала от темпов развития общества. И в конце XVIII века, как известно, в США и во Франции произошли не просто очередные кадровые революции, а были предложены кардинально иные ПРИНЦИПЫ подбора кадров. Не проверенно-наследственные, а «ускоренная возгонка» путем «свободных выборов».

Понадобилось еще добрых 200 лет, чтобы выборный принцип повсеместно победил – на словах, разумеется.

Выбор. Чей именно?

В действительности же, в современных обществах – начиная с США и Франции, родоначальников «выборного общества», – действует смешанный «элитарно-эгалитарный» способ подбора кадров.

И тут нет ни малейшей «тайны», «обмана» или «заговора» – просто РАЗУМНОЕ построение Системы, в которой должны быть не только степени свободы, но и уровни защиты.

Кремль чуть ли не впервые в истории приподнял край ковра (job.ru)

Более-менее честные выборы* регулярно проводятся. Но, во-первых, из кого народ имеет возможность выбирать? Как известно, сами кандидаты на высшие выборные посты предварительно сдают «элитный допуск к публичному экзамену». Политиков протрясают в элитном сите – через обучение в престижных вузах, членство в элитных клубах. Наконец, ровно для этого существуют партии, дающие допуск к выборам. Словом, через элитную паутину прорывается очень редкая «посторонняя муха». Большинство народных избранников так или иначе еще ДО ИЗБРАНИЯ принадлежат к каким-то слоям элиты – или прямо по праву рождения (а «не сумел родиться – так сумей жениться»), или по знакомству и т. д. Так работает мягкая власть: публичная политика остается в силовом поле элиты.

Во-вторых, РЕАЛЬНАЯ ВЛАСТЬ во всех странах принадлежит не только и не столько избранным лидерам, но и аппарату – НАЗНАЧЕННЫМ ими чиновникам исполнительной власти. Конечно, есть принципиальная пропасть между закрытым аппаратом, «орденом меченосцев» (Сталин), «внутренней партией» (Оруэлл) в тоталитарной Системе – и более-менее прозрачным аппаратом в более-менее демократическом обществе.

Вместе с тем остается и неизменно общее – никакого публичного, полностью объективного отбора важнейших чиновников не было нигде и никогда, как не было и не будет совершенно «объективного» отбора актеров на главные роли. Режиссер учитывает их рейтинги и сборы по прежним фильмам и другие объективные факторы, но прежде всего «я вижу ТАК». И все тут…

Так и политик (президент, губернатор и т. д.) подбирает аппарат. Тут и «объективные» критерии (от IQ до орденов и званий), и рекомендации, но самое главное и последнее – личная оценка. Оценка всего – деловых качеств, преданности, «свойскости», степени опасности, перспективности, симпатичности, удобности и многого другого, что словами не выскажешь. Важный подбор всегда идет в какой-то мере «на запах» – ведь бюрократические браки тоже совершаются на небесах, хотя, наверное, на других…

Вывод из столь длинного предисловия таков:

– когда проводится отбор кандидатов на «первые сто должностей в государстве» (а похоже, речь идет ровно об этом), то реальное административное, управленческое, в конечном счете ПОЛИТИЧЕСКОЕ значение (не путать с пиаром!) этого события никак не меньше, чем результат выборов 450 депутатов Думы;

– когда хотя бы отчасти меняются способы, формы такого подковерного отбора, т. е. они становятся чуть-чуть более публичными и «объективными», то реальное значение (не путать с пиаром!) этого события ничуть не меньше, чем, скажем, изменения избирательного законодательства.

Таков, как мне кажется, масштаб проблемы.

«Лучшие выбирают лучших»

Подбор кадров всегда составлял святое святых нашей политической Системы, той самой «драки бульдогов под ковром» (Черчилль), «тайны, завернутой в загадку» (он же).

Слово «номенклатура» знали все. Было в принципе известно и как в нее попадают снизу – по анкете, где просто не должно быть черных пятен (от «не той» национальности, родственников за границей, до судимости – своей или родителей и т. д.). Но вот как, кем, за что дальше, внутри самой номенклатуры осуществляется отбор на ВЫСШИЕ ступени – это и правда была «тайна, завернутая в загадку». Во всяком случае, кремленологи со всей своей наукой легко все объясняли задним числом – но ПРЕДВИДЕТЬ снятия/назначения могли гораздо реже, чем если бы просто гадали на кофейной гуще.

Тем более непонятны стали принципы отбора в политическую элиту после падения КПСС. Анкетный принцип рухнул – а что осталось? «Откуда взялось» подавляющее большинство высших сановников в последние 20 лет? Ясно одно: подбирают и продвигают «знакомых» – ну, надо думать, что не «незнакомых»! Но кто именно подбирает, почему «этих» знакомых, а не «тех» – на все эти вопросы ответа нет. Как не удается, опять же, ничего предвидеть (вспомним хотя бы судьбы Фрадкова, Зубкова, да и другие, менее громкие назначения).

И вот, вдруг…

«В конце июля президент провел совещание по формированию резерва управленческих кадров и дал соответствующие поручения, в соответствии с которыми была создана комиссия… во главе с руководителем администрации. …

Несколько принципов были положены в основу формирования резерва. … «Лучшие выбирают лучших». Был сформирован экспертный корпус, состоящий из 172 экспертов. … И перед этими 172 экспертами, а сами эксперты – это люди, известные в стране … – перед ними была поставлена задача, к ним обратились с просьбой назвать, по их мнению, лучших управленцев в соответствии с критериями, которые тоже были заложены в программе.

Возраст от 25 до 50 лет. … Это успешность, это управленческие способности, способность стратегического мышления, положительная репутация и соответствующая компетенция. Итак, 172 эксперта предложили своих кандидатов. Всего их было 1 211 человек. И по рейтинговому принципу от этого массива была сформирована первая сотня.

Ну и, кроме того, в эту программу был заложен принцип ротации. Это означает, что список сотни, тысячи … будет меняться, обновляться. … Три уровня резерва управленческих кадров: эта так называемая президентская тысяча, дальше федеральный резерв – около пяти тысяч, и субъектовый резерв. Возможна ротация и внутри этих блоков, и с одного уровня на другой.

… На конец января субъектами РФ был сформирован такой резерв, который насчитывает порядка 16 тысяч человек, работа эта продолжается.

… Если говорить о резерве, находящемся под патронатом президента, а в данном случае пока о первой сотне, то … первая встреча с участниками этих программ из числа первой сотни с президентом России пройдет совсем скоро, в первой половине марта».

Думаю, что эта большая цитата из выступления руководителя администрации Нарышкина перед журналистами исчерпывающе описывает всю ситуацию с отбором первой сотни.

Добавлю еще, что список комиссии при президенте «по формированию и подготовке резерва управленческих кадров» опубликован. Возглавляет ее Нарышкин, его заместитель – бывший шеф администрации, ныне вице-премьер – руководитель аппарата правительства Собянин, секретарь – помощник президента Марков. В состав комиссии наряду с чиновниками, постпредами в округах и т. д. входят еще академик Велихов, ректоры МГУ, Санкт-Петербургского университета, Академии народного хозяйства.

А теперь – давайте разбираться.

Необходимое и достаточное

Перемены – и очень важные – налицо.

Во-первых, опубликован список этой самой сотни.

Во-вторых, что гораздо интереснее, рассказано, как именно он формируется.

В-третьих – и это самое любопытное, – формируется она не просто чиновниками, точнее, вообще не чиновниками, а путем опроса экспертов. А затем – экспертное праймериз, отбор по очкам (очко – голос одного эксперта). Кстати, рейтинг каждого участника первой сотни не сообщили.

Не сообщили и самое важное – кто же эти 172 эксперта? Если следовать Черчиллю, то «тайну» (список резерва) открыли, а вот «загадка», в которую тайна завернута (список экспертов), так загадкой и осталась.

Но главная тайна – дальнейшая судьба «первой сотни».

Медведев будет лично решать, кого куда направить (а кого и никуда не направлять) (фото: ИТАР-ТАСС)

Ну хорошо, их сформировали, встретятся они с Медведевым. И что дальше? Дальше, очевидно, уже сам Медведев будет лично решать, кого куда направить (а кого и никуда не направлять). Ясно, что «живой очереди» нет – судьба каждого индивидуальна, определяется – как оно и должно быть – самим президентом. Кто-то пойдет на «ударную возгонку», кто-то так и останется «вечным резервом», а кто-то и вовсе уйдет из резерва вниз.

И это уже ни от каких экспертов не зависит. Тут перед нами не тайна, а ровно 98 тайн (судьба двух резервистов уже определена: член СФ Турчак стал губернатором Псковской области, директор правового департамента правительства Минх – представителем президента в Думе).

Так что попадание в резерв не есть условие, ДОСТАТОЧНОЕ для скачка.

Больше того. Попадание в резерв не есть и условие НЕОБХОДИМОЕ – никто не отнимает у президента права назначать на любую должность любого человека, ни в каких резервах не значащегося (например, ему больше 50 лет! Или меньше 50 – а в списке его все равно нет).

Наконец, как уже сказано, список будет расширяться. Если же президентский список достигнет тысячи человек, то вполне понятно, что практически любой «перспективный» чиновник моложе 50 лет (т. е. просто практически ЛЮБОЙ чиновник, бизнесмен и т. д. моложе 50 лет, занимающий видное место) в этот список попадает. Тем более если будет ротация списка.

В этом случае и значение «экспертного опроса», и ценность самого списка значительно уменьшаются.

Значение этого списка – чисто факультативное, совещательное. «Информация к размышлению». Попадание/непопадание в список ничего не ГАРАНТИРУЕТ, оно лишь может как-то изменить ВЕРОЯТНОСТЬ назначения/неназначения данного человека. Всего лишь один из многих индикаторов.

Тем не менее, надо хоть чуть-чуть знать чиновную кухню, чтобы понять: а) что этот список, при всех оговорках, имеет важное ПСИХОЛОГИЧЕСКОЕ (да и практическое) значение и б) что совещательный характер «волшебного списка» абсолютно неизбежен и НЕОБХОДИМ.

Ведь если бы этот список имел ОБЯЗАТЕЛЬНОЕ значение, то это означало бы одно: президент ОТДАЛ важнейшую часть своих полномочий! Не президент – который ОБЯЗАН это делать по закону, а какие-то «эксперты» РЕШАЮТ кадровые вопросы! Такого нет ни в одной стране – демократической, авторитарной, монархической, анархической. Нет и быть не может.

А вот по возможности широкая и ФОРМАЛИЗОВАННАЯ (а не просто – шепотом на ухо) помощь экспертов, разумеется, с совещательным голосом – штука полезная. Это минимум (он же – максимум) разумного реального участия общества в решении кадровых вопросов.

Кроме того, надо иметь в виду (и, надеюсь, в администрации это понимают), что общество устроено, как и вообще люди: дай палец – руку откусят. А именно: если один раз приоткрыли занавес «кадровых тайн», то и дальше этого будут ждать. Значит, чтобы не разочаровывать, придется и дальше поддерживать хотя бы такой же уровень прозрачности в решении кадровых вопросов. Что, несомненно, полезно в нашей Системе, которая последнюю тысячу лет больна секретностью. И не лечилась.

Кто они, куда их гонят

Теперь вглядимся в лица.

Первая сотня – люди, сделавшие блестящую, большую карьеру. Особенно учитывая их возраст. Они уже прошли через много самых разных «отборов», думаю, большинство из них прекрасно знакомы с Медведевым, о каждом из них у него есть личное, не зависимое ни от чьих оценок мнение.

Возьмем чиновников федеральных органов власти.

36 человек.

Восемь заместителей министров, 10 директоров департаментов, два заместителя директоров департаментов, один председатель комитета ГД, три заместителя председателя комитета ГД, один заместитель председателя комитета СФ, один руководитель федерального агентства, два заместителя руководителя, один помощник руководителя администрации…

Среди 23 представителей региональных органов – два вице-губернатора, два заместителя главы региона, префект ЦАО Москвы, три главы областных правительств, один заместитель главы, пять областных министров, три мэра городов (Казань, Тюмень, Череповец), председатель ЗС, заместитель председателя ЗС…

Бизнесмены (32) – пять президентов, 12 генеральных директоров, остальные – не ниже их замов. Причем речь-то идет о таких гигантах, как РУСАЛ, АФК «Система», банк ВТБ 24, концерн «Алмаз-Антей», «Вымпелком». Многие – не только менеджеры, а основные владельцы или владельцы больших пакетов акций.

Словом, перед нами – не просто элита, а сливки молодой части элиты власти-бизнеса.

И реальный «рост» в их положении может означать, как правило, переход в министры (руководители федеральной службы) или как минимум в губернаторы (что и произошло с Турчаком).

Какие министерства представлены в этом списке?

Минтранс – четыре человека, Минздравсоцразвития – два, Минэкономразвития – пять, Минпромторг – три, Минфин – три, Минрегион – три, Минсельхоз – один.

Характерно, что все эти социально-экономические ведомства подчиняются не президенту, а премьер-министру. Конечно, можно здесь опять искать конфликт интересов президента и премьера, но на самом деле это, скорее, говорит о СОВПАДЕНИИ интересов. И вот почему: «премьерского резерва» официально не существует, но назначение и перемещение высших чиновников Белого дома, естественно, прямо затрагивает власть премьера.

При «техническом Фрадкове» (Зубкове) президент Путин, его администрация, наверное, вполне могли рулить перемещениями кадров в правительстве – разумеется, вежливо спрашивая «мнение премьера». Но сегодня такой практики, очевидно, нет. Едва ли Путин «технически кивнет» в ответ на «предложение» назначить такого-то министра! Значит, подбор кадров, составление «резерва» – СОВМЕСТНОЕ действие президента и премьера. Как минимум в тех ведомствах, что прямо подчинены Путину.

Это и отражено в составе «комиссии Нарышкина». Напоминаю: возглавляет комиссию глава администрации президента, заместитель – руководитель аппарата правительства, а секретарь – помощник президента Марков, в прошлом – близкий сотрудник Путина еще по Петербургской мэрии. Итак – налицо полный баланс, предустановленная гармония интересов.

Но интересно – неужели список не имеет отношения к ведомствам, которые прямо подчинены Медведеву? Напомню, это МВД, МЧС, МИД, Минобороны, Минюст и еще семь федеральных служб, включая ФСБ, СВР.

Ведь и по ним «президентский резерв» должен существовать.

Может, это какой-то секретный список?

Или молодежь моложе 50 лет просто не может претендовать на высшие посты в столь великих и ужасных организациях?

Не знаю. Все возможно.

Но, во всяком случае, в данном списке есть как минимум три человека, которые имеют прямое отношение к этим ведомствам.

Баринов – заместитель председателя комитета ГД по обороне.

Денисенко – заместитель председателя комитета ГД по безопасности.

Косачев – председатель комитета ГД по международным делам.

Особенно пикантно, что г-н (или тов.?) Денисенко – член КП РФ. Между тем если он включен в такой серьезный, явно не декоративный список, то это значит, что всерьез может претендовать на продвижение. Если не на один из высших постов в ФСБ, то, во всяком случае, на какое-то движение в каком-то силовом ведомстве. Неужели на такой пост возьмут человека «из оппозиции»? Нет, у нас, кто не знает, демократия – но разве уже настолько?

Что касается г-на Косачева, то и здесь интересно.

Какое может быть ПОВЫШЕНИЕ для председателя комитета Думы? (фото: duma-er.ru)

Какое может быть ПОВЫШЕНИЕ для председателя комитета Думы? Пост посла – даже в США или, скажем, Китае – «повышением» едва ли назовешь, равно как и пост замминистра. Но министр иностранных дел Лавров, кажется, сидит на своем месте совершенно прочно. Тогда что же остается? Перемещение по горизонтали и вверх?

Кадровая революция

Последний вопрос, который всплывал в связи с публикацией президентского списка, – подготовка к «кадровой революции».

Говорилось даже о создании «потешного войска». Напомню, что так назывались части, созданные Петром I, из которых впоследствии выросла русская гвардия (начиная с Преображенского полка).

Надо сказать, что я не согласен с такими оптимистическими (или катастрофическими?) прогнозами.

Прежде всего – о какой «кадровой революции» может вообще идти речь?

Журналисты, любящие говорить про «застой-2», видимо, ленятся даже взглянуть на официальные сайты ведомств.

Проделаю за них эту работу.

Посмотрим на заместителей министров в правительстве России.

Ниже первая цифра означает год рождения, вторая – назначение на должность.

Минсвязь. 1964 – 2008. 1951 – 2008. 1956 – 2008. 1965 – 2008. 1963 – 2006.

Минпромторг. 1967 – 2005. 1969 – 2007. 1958 – 2008. 1956 – 2008. 1972 – 2008. 1950 – фактически с 1991.

Минфин. 1959 – фактически с 1998. 1957 – 2008. 1963 – 2003. 1954 – 2005. 1950 – 2000. 1974 – 2008. 1971 – 2008.

Миннауки. 1950 – 2007. 1967 – 2008. 1960 – 2007. 1945 – 2004. 1958 – 2008.

Минрегион. 1964 – 2007. 1962 – 2008. 1951 – 2008. 1967 – 2008. 1955 – 2007. 1976 – 2008. 1977 – 2008. 1974 – 2008.

Ну и так далее, как говорил Велемир Хлебников, вдруг обрывая свои стихотворения.

Нет, правда – по другим министерствам и федеральным службам такая же картина (кроме спецслужб).

Как видите, сменяемость высших чиновников очень высокая, да и молодых замминистров, моложе 50 лет, – не менее 50%. А среди директоров департаментов их процент, понятно, еще выше. Русские чиновники (как и бизнесмены) в среднем лет на 10 моложе своих западных коллег, что вполне понятно – ведь сама система сложилась совсем недавно.

Наши герои – те же восемь молодых замминистров – совсем не исключение. Вообще таких замминистров, по моим подсчетам, около 40. Понятно, что почти все они – хотя бы просто по возрасту – кандидаты на «большой рост». Просто в первую сотню попали только эти восемь.

Да что замы! Из 18 министров (реально из 17, т. к. Минсельхоз «обезглавлен») шесть – моложе 50. Из восьми зампредов Совмина – три моложе 50 (Шувалов, Кудрин, Сечин). Из руководителей 10 федеральных служб (агентств), подчиненных премьеру, – пять моложе 50.

Так что никакой необходимости в кадровой революции нет. Ни в смысле омоложения, ни в смысле смены «прозаседавшихся». Сменяемость, повторяю, идет регулярно. Другое дело – дает ли она нужный эффект, улучшается ли та самая «эффективность управления»? Но, в любом случае, очевидно, что никто не собирается командовать «огонь – по штабам!».

Нет, для улучшения государственного управления меньше всего нужна сейчас «кадровая революция», «потешное войско», чтобы ввести его в прорыв.

Нужно, видимо, совсем другое – собственно «прорыв», мощный ПРОЕКТ, способный спровоцировать мощный выброс адреналина у тех самых чиновников. Люди молодые, к тому же большинство из них в 1990-е (да и в 2000-е!) видали виды, которые их сверстникам и коллегам, благонамеренным западным мажорам, только в кино показывали. Так что критическая «масса рывка», можно считать, есть. А вот с направлением рывка – сложнее.

Но это уже совсем другая тема.

* СМИ, включенное в реестр иностранных средств массовой информации, выполняющих функции иностранного агента