Взгляд
29 января, воскресенье  |  Последнее обновление — 18:30  |  vz.ru
Разделы

Русских обманывать можно, но только один раз

Дмитрий Грунюшкин
Дмитрий Грунюшкин, писатель
Россия – это отдельная цивилизация, стоящая на границе циничного Запада и лукавого Востока, на границе Леса и Степи. Именно наше пограничное положение позволило нам впитать в себя от Запада и Востока то, что нам нужно, отторгнув нам несвойственное. Подробности...
Обсуждение: 6 комментариев

Запад решает, что делать с Украиной «на второй год»

Глеб Кузнецов
Глеб Кузнецов, политолог, глава экспертного совета ЭИСИ
Запад ощущает и формулирует внутренний кризис в своем отношении к войне и нащупывает новые объяснительные конструкции «на второй год». Надежды на скорое прекращение конфликта на условиях Украины нет. Подробности...
Обсуждение: 4 комментария

Владимир Соловьев – первый философ России

Иван Иванюшкин
Иван Иванюшкин, Кандидат философских наук, исследователь истории интернета
170 лет назад в Москве родился Владимир Сергеевич Соловьев – философ, поэт и публицист. Фактически вся русская религиозная философия вышла из его книг. Подробности...
Обсуждение: 5 комментариев

Какие танки Запад может отправить Украине

На этой неделе Германия и США пообещали Украине поставить свои главные тяжелые танки – Leopard 2A5s и M1A2 Abrams. Ранее о поставке своих тяжелых танков Challenger 2 объявила Великобритания. К вооружению Киева подключатся и другие страны Европы, на вооружении которых тоже есть «Леопарды» и «Абрамсы». Что представляют из себя эти машины
Подробности...

Россияне окунулись в прорубь на Крещение

Крещение Господне – один из главный праздников христиан. В 2023 году в Москве для желающих окунуться было оборудовано 46 площадок. На каждой из них оборудовали майны, пункты обогрева и теплые раздевалки. Безопасность граждан обеспечивали медперсонал и сотрудники пожарно-спасательного гарнизона
Подробности...
12:42
собственная новость

В Госдуме подвели итоги реализации нацпроектов в 2022 году

Нацпроекты показали свою гибкость и востребованность в условиях возникших перед Россией вызовов. За счет чего была оказана необходимая поддержка гражданам, отраслям экономики, а также новым регионам России. Об этом газете ВЗГЛЯД рассказал депутат Госдумы Олег Матвейчев, комментируя итоги реализации национальных проектов в 2022 году.
Подробности...
11:59

Первый передвижной клуб культуры появился в Подмосковье

Первый многофункциональный передвижной культурный центр появился в Домодедово в Московской области Подмосковье, в нем есть все необходимое для концертов и кинопоказов: сцена, полный набор световой и звуковой мультимедийной аппаратуры.
Подробности...
21:02
собственная новость

Центр реставрации книг решили создать в Кирове

Перспективы создания на базе библиотеки имени А. И. Герцена регионального центра реставрации книг обсудила министр культуры России Ольга Любимова с главой Кировской области Александром Соколовым.
Подробности...

    Функционирует при финансовой поддержке Министерства цифрового развития, связи и массовых коммуникаций Российской Федерации
    НОВОСТЬ ЧАСА: В США план Зеленского по захвату Крыма назвали безумием

    Главная тема


    Новое военное преступление Украины будет невозможно скрыть

    третья мировая


    СМИ США раскрыли созданное Америкой «прикрытие» для поставок Германией танков Киеву

    «уже бункер ищу»


    Кадыров ответил на угрозу украинского националиста Карася

    Спорт и политика


    Во Франции ответили на угрозы Украины бойкотировать Олимпиаду в Париже

    Видео

    Урановые боеприпасы


    Западные танки несут ядерную угрозу Украине

    «Обещает золотые горы»


    Что стоит за словами Трампа о достижении мира за сутки

    история войны


    Поражение США во Вьетнаме имеет отношение к Украине

    поставки вооружений


    Мир начал признавать НАТО стороной конфликта на Украине

    три источника беды


    Почему экономисты ждут мировой кризис именно в 2023 году

    нити управления


    Сергей Миркин: Украина расшатывает Америку

    наши люди


    Виталий Трофимов-Трофимов: Уехали не только предатели

    часть ядра


    Вадим Трухачёв: Швеция продавит Турцию по вопросу членства в НАТО

    на ваш взгляд


    Хотели бы вы сменить профессию?

    Андрей Архангельский: Рынок вреда

    12 ноября 2009, 10:00

    Упрек «вы не встроились в рынок» еще мог подействовать на мою неокрепшую психику в середине 2000-х, но сейчас – шалишь: я рассмеюсь в лицо такому советчику. Иди ты со своим рынком, плавали, знаем.

    Всякий деятель искусства в России, даже настроенный либерально, сегодня неизбежно приходит к внутреннему противоречию: он одобряет рыночную экономику в целом, вообще, в принципе, но как творческая личность он рынок – ненавидит. Это можно было бы списать на «стихийный социализм» русского художника, а также на память о позднесоветском иждивенчестве – с творческими отпусками в санаториях Цхалтубо или на Рижском взморье. Но даже у молодых художников, не знавших того приморского счастья, появляется в голосе неуверенность, когда они говорят о необходимости «считаться с рынком». Нет ли тут какой-то особенной русской шизофрении? Ведь рынок и демократия – братья.

    А между тем – ничего странного.

    Я не знаю ни одного выдающегося художественного результата в литературе или в кино, который мы получили в течение последних 15–20 лет благодаря рынку – скорее, вопреки

    За последние 20 лет каждый приличный художник на своей шкуре ощутил, что любое минимальное «встраивание в рынок» в российских условиях грозит ему полной или частичной потерей творческой потенции. Как и почему это происходит?

    Как только я, художник, добиваюсь минимального успеха в своей области и становлюсь «востребован рынком», я попадаю в ловушку. Соблазняя меня зарплатой, заказами, гонорарами, рынок начинает требовать от меня регулярности – чтобы я делал то же самое, что и раньше, но – быстро и часто. Это неизбежно приводит к самоповтору: я не успеваю, естественно, «рожать» новое и воспроизвожу копии того, что у меня раньше получалось лучше всего. Как на знаменитых шелкографиях Энди Уорхола: много-много маленьких одинаковых копий самого себя – вместо одного большого. Зачем ходить далеко – вот случай Пелевина, самого талантливого автора 1990-х в России, а ныне вполне предсказуемого писателя. Весело, бодро, живо – но не то. А просто – устал.

    Вы вообще обратите внимание на всякого относительно «успешного творца»: он ведь выглядит очень усталым – от искусства. Мы видим, что все это его уже немного подзае…ло, хотя ведь от искусства художник, по идее, должен получать ни с чем не сравнимую радость.

    Ситуация усугубляется еще и тем, что, в отличие от Запада, у нас нет и тех минимальных амортизаторов, которые хоть как-то скрашивают жизнь художника в условиях рынка.

    Случай Пелевина, самого талантливого автора 1990-х в России, а ныне вполне предсказуемого писателя. Весело, бодро, живо – но не то. (Фото: pelevin.nov.ru)
    Случай Пелевина, самого талантливого автора 1990-х в России, а ныне вполне предсказуемого писателя. Весело, бодро, живо – но не то. (Фото: pelevin.nov.ru)
    1. У нас нет сегментированной и дифференцированной структуры художественного рынка: нет множества маленьких издательств, театров и студий, которые имеют небольшой, но стабильный доход и свою аудиторию. Выживают в России, как и везде, монополисты, которые и формируют правила игры – превращая искусство в потребление.

    2. Нет качественной публики, среды – людей, ориентированных на поиск «художественного результата», сознательно ищущих альтернативы мейнстриму. У нас, желая уязвить автора, с издевкой ему говорят: «Ты скажи еще, что публика плохая», – между тем как они совершенно правы: у нас действительно в этом смысле «плохая», нетребовательная публика, которая даже в Москве аплодирует всему, что ни покажешь.

    Поэтому для нашего художника понятие «рынок» означает почти гарантированную творческую гибель. Поэтому рынка художники боятся и правильно делают. Я не знаю ни одного выдающегося художественного результата, сравнимого хотя бы с советскими образцами, в литературе или в кино, который мы бы получили в течение последних 15–20 лет благодаря рынку – скорее, вопреки.

    Сохранило свою творческую потенцию все то, что делалось для себя, а не для других, не для рынка, стало быть: немногие частные галереи, небольшие театры, отдельные музыканты или актеры (такие, например, как Петр Мамонов или Гребенщиков); наконец, толстые журналы. Государство недавно выделило дополнительные деньги этим журналам – об этом премьер-министра попросил на встрече писатель Валентин Распутин.

    Я следил за реакцией в блогах: большинство относится к этой затее критически. Мол, не надо их спасать – давайте их лучше торжественно похороним, потому что они ведь, засранцы такие, даже обложек своих не поменяли: как выходили на условно оберточной бумаге, так и выходят. Другие, поумнее, упрекают толстые журналы в отсутствии актуальных авторов и тем; мол, пишут о чем-то узко-своем, не думая о читателе. По сути, это тоже упрек в антирыночности.

    Если бы у нас взамен толстых журналов в новейшее время появилось нечто актуальное, равное по уровню и глубине – я бы еще согласится с этими упреками, но ведь – не появилось. Толстый литературный журнал – очень старинная институция: они появились в России еще при Пушкине и, несмотря на всю их мизерность, сохранились до сих пор, причем ни один из известных толстых журналов – ни один! – не сменил за постсоветские годы формат. Это о чем-то да говорит: во-первых, о том, что у нас фактически расстановка сил в обществе за 150 лет не изменилось. А также о том, что такая странная, нерыночная и консервативная форма сохранения культуры оказалась на редкость живуча.

    Тут нам напомнят, что журналы эти спасал в 1990-е фонд Сороса, но, допустим, журнал «Наш Современник» фонд Сороса не спасал – а у него количество подписчиков сегодня больше, чем у остальных журналов, а именно 7550 человек. Дело тут не столько в Соросе, сколько в исторической закономерности. Надо признать, наконец, что никакой альтернативы толстым журналам нет, даже в Сети, где есть сайт «Журнальный зал», на котором и представлены эти самые журналы в электронном виде. И где количество посещений в день 8 тыс. человек, а в месяц – 240 тыс.

    Им не приходит в голову, что на этом неярком товаре можно зарабатывать не хуже, чем на газетах (Фото: litkarta.ru)
    Им не приходит в голову, что на этом неярком товаре можно зарабатывать не хуже, чем на газетах (Фото: litkarta.ru)
    Кроме того, именно в «толстяках» и сохранилась литературная критика. Несмотря на все уважение ко многим критикам из обычных СМИ, по глубине, по уровню осмысления и обобщения, вообще, по наличию культурного раствора, по длительности мысли – все это несравнимо с «толстяками». Все попытки интеллектуального глянца иногда поиграть в «интеллектуальность» – за счет редких, трудночитаемых текстов на птичьем языке, которые иногда для щекотки нервов бросают ленивым яппи, – выглядят неубедительно. Но даже это чтение не обладает и десятой долей той глубины, которая свойственна обычной рецензии в толстом журнале. А дело в том, что глубина критики достигается не резкими прыжками в высоту, а намывается ежедневной кропотливой работой – годами умственного труда и, так сказать, моральной гигиеной: мозги не засорены тоннами хлама.

    «Толстяков» упрекают в консерватизме – то есть в отставании от жизни. Но в России все с ног на голову поставлено: консервативное по сути российское общество в то же время остается крайне неустойчивым и валким в интеллектуальном смысле, толстые журналы как раз и нужны ему для отцентровки.

    Наконец, эти журналы нужны и рынку, и обществу: в качестве напоминания о том, что существует и альтернативный способ существования культуры.

    Нам тут внушают на каждом углу, что без рынка ничего не живет, – полноте, господа: не по рыночным законам у нас полстраны живет, и ничего, но почему-то упрекают в нерыночности тех, кто ничего у государства и не просил все эти годы.

    Толстые журналы не то что не захотели встраиваться в рынок – они просто его сознательно игнорировали. Заметим: хотя купить их в киосках уже 15 лет как негде, это еще большой вопрос, покупали бы их или нет. В единственном ларьке «Новой газеты» на Пушкинской площади в Москве журнал «Знамя» буквально разлетается — за неделю, по словам продавцов, уходит 150 экземпляров, и просят еще. Почему же их нет в других ларьках? Причин две: косность мышления палаточников – им не приходит в голову, что на этом неярком товаре можно зарабатывать не хуже, чем на газетах; а во-вторых, конечно, тотальная коррумпированность рынка СМИ в Москве, где нужно платить официальные и неофициальные бонусы туче посредников, чтобы хотя бы выйти на рынок.

    Вот толстые журналы и не стали выходить на такой рынок, то есть отказались жить по волчьим законам – и не проиграли в результате.

    Благодаря отказу от рынка они приобрели крайне ценную вещь: свободу – от идеологической и от экономической цензуры. Они сохранили свободу высказывания на какие угодно темы, они не вздрагивают при каждом слове – а поймет ли это читатель? А не слишком ли длинно?

    В условиях немобильного, консервативного рынка его игнорирование оказывается для культурных институций удачной рыночной стратегией: таким образом ты позиционируешь себя как сверхценность. Еще остались редакции, в которых считают показателем успеха СМИ зарплаты журналистов, – но в таких случаях не берут во внимание их психическое здоровье. В толстых журналах живут долго, кроме прочего. А просто им – хорошо.

     
     
    © 2005 - 2022 ООО «Деловая газета Взгляд»
    E-mail: information@vz.ru
    ..............
    В начало страницы  •
    На главную страницу  •