18 июня, вторник  |  Последнее обновление — 03:23  |  vz.ru
Разделы

Москва и Запад вместе победили в Молдавии

Геворг Мирзаян, доцент департамента политологии Финансового университета при Правительстве РФ
Свержение олигарха Плахотнюка в Молдавии – это не только победа молдавского народа. Это еще и геополитическая победа России – причем не «над», а «с» Западом. Подробности...
Обсуждение: 10 комментариев

Русский язык – залог сохранения Украины

Глеб Простаков, журналист
Требование о государственном статусе русского языка должно стать маркером реальной оппозиции, которая рано или поздно появится на Украине. Ведь Украина либо возможна как двуязычная толерантная страна, либо невозможна в принципе. Подробности...
Обсуждение: 17 комментариев

Начало конца демократической легитимности

Дмитрий Дробницкий, политолог, американист
Каждый, кто до сих пор верит в демократию, должен держать кулаки за Трампа. Свалив Дональда, мировая элита попытается решить вопрос «популизма» раз и навсегда. И тогда одно из двух – или хаос, или мир Оруэлла. Подробности...
Обсуждение: 19 комментариев

    Во французском Ле-Бурже открылся международный авиасалон

    Во Франции стартовал международный аэрокосмический салон «Ле-Бурже – 2019». В мероприятии примут участие 48 стран и более 300 тыс. человек. Шире всего в Ле-Бурже будут представлены разработки компаний из Франции, США, Германии, Британии, Италии, Израиля и России
    Подробности...

    Чернобыль переживает туристический бум

    После выхода британского мини-сериала «Чернобыль» поток туристов в Чернобыльскую зону отчуждения вырос в разы. В Припять массово возят групповые экскурсии, а в соцсетях можно найти тысячи фотографий посетителей Зоны
    Подробности...

    Как американские военные корабли бесчинствуют в Мировом океане

    В пятницу в Восточно-Китайском море произошло опасное сближение российского противолодочного корабля «Адмирал Виноградов» и американского эсминца Chancellorsville. По оценке российской стороны, именно американский корабль подошел на расстояние до 50 метров. Этот случай заставляет вспомнить инциденты, которые закачивались столкновением кораблей
    Подробности...

        НОВОСТЬ ЧАСА:Пентагон одобрил переброску дополнительных сил на Ближний Восток

        Игорь Манцов

         
        Игорь Манцов (1966). Учился на инженера, киноведа и киносценариста. Хотел как лучше, но получилось как всегда, то есть не получилось ничего. Некоторые, впрочем, читают. Благодаря этому все еще держится на плаву, то бишь на виду. Держится, впрочем, без особенного удовольствия, потому что главное же не внешнее, а внутреннее. Зато про внутреннее никому ничего не рассказывает. Склоняется к полному молчанию, к тишине.

        Мнения

        Геворг Мирзаян
        Свержение олигарха Плахотнюка в Молдавии – это не только победа молдавского народа. Это еще и геополитическая победа России – причем не «над», а «с» Западом.
        Обсуждение: 10 комментариев

        Глеб Простаков
        Требование о государственном статусе русского языка должно стать маркером реальной оппозиции, которая рано или поздно появится на Украине. Ведь Украина либо возможна как двуязычная толерантная страна, либо невозможна в принципе.
        Обсуждение: 17 комментариев

        Дмитрий Дробницкий
        Каждый, кто до сих пор верит в демократию, должен держать кулаки за Трампа. Свалив Дональда, мировая элита попытается решить вопрос «популизма» раз и навсегда. И тогда одно из двух – или хаос, или мир Оруэлла.
        Обсуждение: 19 комментариев

        Ольга Андреева
        Связь поколений – странная штука. Нам кажется, что наши дети какие-то другие, что они в некотором смысле инопланетяне. Наверное, так оно и есть. Но вообще-то они – это мы. Просто надо чаще друг с другом разговаривать.
        Обсуждение: 53 комментария

        Сергей Мардан
        Дача скоро уйдет в прошлое, как многие советские феномены. Те, кому сегодня 50 лет, станут поколением, которому придется закрыть ворота последнего СНТ «Луч», чтобы никогда туда не вернуться. Новому поколению дачи не нужны.
        Обсуждение: 241 комментарий

        Ирина Алкснис
        Можно заламывать руки, истерить о безнадежности «этой страны» и бесполезности любых усилий. А можно просто кропотливо работать над исправлением проблем, пороков и несправедливостей, постепенно меняя тем самым систему в целом.
        Обсуждение: 103 комментария

        Андрей Бабицкий
        Президенты США и политики рангом пониже регулярно произносят речи, в которых акцентируется божественное предначертание американской политики. Но в Ветхом Завете совсем иной народ выступает в качестве избранного.
        Обсуждение: 167 комментариев

        Анна Долгарева
        Любой нормальный человек хочет, чтобы его страна была лучше, чтобы государственная машина работала справедливо. Нормально критиковать как отдельные явления, так и системные. Ненормально поливать грязью страну.
        Обсуждение: 239 комментариев

        Дмитрий Ольшанский
        В день освобождения Ивана Голунова большая и неожиданная победа уже почти покорно лежала в руках нашей интеллигенции. Мяч уже, казалось, летел в чужие ворота – и вдруг, каким-то невероятным усилием, эти люди забили его сами себе.
        Обсуждение: 63 комментария

        Алексей Алешковский
        На улицы вышло много хороших и честных людей, только чего они хотели добиться? Конечно, народные гулянья с автозаками веселее и интеллигентнее, чем пьянки с мордобоем. Но польза – примерно та же.
        Обсуждение: 84 комментария

        Игорь Манцов: Я вернулся в мой город, знакомый до слез

        22 апреля 2008, 19:13

        Версия для печати

        Вот теперь классический нуар – дело прошлое. Три недели назад на 97-м году жизни ушел, полагаю, последний классик жанра – режиссер Жюль Дассен.

        Обывателю знаком его сын – незабываемый шансонье Джозеф, в просторечии Джо. Отца, впрочем, надо знать тоже.

        Сначала он назывался Джулиус Дассин. Место рождения – городок Миддлтаун, штат Коннектикут. Еврейская семья, недавние иммигранты из Одессы, отец Джулиуса – парикмахер. В 1934 году паренек начинает театральную карьеру в нью-йоркской пролетарской труппе «АРТЕФ». Любопытно, что основал театр режиссёр Бенно Шнайдер – воспитанник вахтанговской студии «Габима». Отсюда и элементы советского авангардизма 20-х годов, и прокоммунистическая направленность.

        После распада «АРТЕФа» наш герой выступает в роли режиссёра, ставит на Бродвее «Medicine Show». Успех позволяет ему пристроиться в Голливуде. На протяжении 1940-х годов Дассен работает ассистентом Хичкока, снимает несколько полнометражных картин.

        Однако в 1947-м, будучи возмущен творческой несвободой, рвет контракт и возвращается в Нью-Йорк, где сотрудничает с независимыми кинокомпаниями. Впрочем, музыка играла недолго: в эпоху маккартизма левака Дассена лишают работы и выдавливают из страны.

        Вместе с семьей Дассен оседает во Франции. В 1955-м на фестивале в Каннах он знакомится с начинающей греческой актрисой Мелиной Меркури, после чего разводится с прежней супругой и вместе с супругой новой переезжает на ее родину, в Грецию.

        В годы греческой диктатуры (1967–1974) Дассен и Меркури живут то в Нью-Йорке, то во Франции. Потом возвращаются в Афины, где Меркури становится сначала членом парламента, а потом еще и министром культуры Греции.

        В 1980 году Жюль Дассен концентрируется на театральных постановках. После смерти жены, последовавшей в 1994-м, режиссер остается жить в Афинах, в особнячке, расположенном на улице ее имени. В одиночестве.

        Я счел своим долгом осветить биографию неизвестного у нас человека, фильмы которого мне нравятся. Подумать только, человек этот приложил руку к нуару, и всего месяц тому назад был среди живых, среди нас!

        Перед тем, как написать колонку, пересмотрел оказавшуюся под рукой ленту Дассена «Ночь и город», снятую им в 1950 году на улицах Лондона. Картина спровоцировала меня на самые неожиданные сопоставления.

        Что задевает? Полуторачасовой фильм Дассена – это каскад человеческих взаимодействий. Протагонист Гарри Фабиан активен настолько, что связывает-сталкивает множество персонажей, которые, по идее, встречаться не должны. Гарри – больше, нежели шустрила, мечтающий о собственном бизнесе, безуспешно пробующий себя то на одном деловом поприще, то на другом. Гарри – медиатор, контактер, человек-метафора. Он – носитель духа Большого Города. Дассен знает, что делает: название отсылает не к частной истории Гарри Фабиана, но к социуму.

        Помните, я писал про парикмахера, братьев Коэн и массового человека?! Конечно, фильм Коэнов с Билли Бобом Торнтоном продолжает ту же традицию, что и отчетный фильм Дассена. В сущности, весь нуар – об этом. Городской шустрила Гарри Фабиан возгоняется здесь до категории «полубог», до стадии вселенского обобщения. В каждом из персонажей картины, в каждом из горожан сидит вот этот загадочный массовый человек, Гарри Фабиан, который лихорадочно спешит и который «просто хочет стать кем-то». Но не может, не может.

        Помните, ровно тот же самый мотив у Коэнов: «Что ты за человек, что ты за человек?!» Коэнов у нас уважают, но Коэны не свалились с Луны: за ними великая традиция, за ними грандиозная, до мелочей проработанная художественная мифология.

        Возлюбленная: «Гарри, ты не можешь все время убегать, все время быть в мыле!» Работодатель: «Мистер Фабиан страдает от избытка воображения, сопряженного с манией величия!» Он же: «Гарри Фабиан подвержен вспышкам фантазии!» Здесь уже схвачены важные вещи, с которыми Голливуд настойчиво работает по сию пору. «Социальное воображаемое» предписывает озабоченному горожанину-контактеру вечную неудовлетворенность.

        А вот вам еще одна традиция. Влияние Диккенса на англосаксонскую культуру минувшего столетия и на американское кино в частности переоценить трудно. Когда-то давно я влюбился в Диккенса заочно, на основании тех проницательных страниц, которые посвятил своему кумиру Честертон.

        Например, вот: «Диккенс умел с мрачной точностью оживить самый темный, самый скучный уголок Лондона. В его описаниях есть детали – окно, перила, замочная скважина – которые наделены какой-то бесовской жизнью. Они реальней, чем здесь, наяву. Такого реализма нет в реальности, это – невыносимый реализм сна. Научиться ему можно не наблюдая, а мечтательно бродя».

        Один из персонажей Диккенса сетует на то, что нынешней ночью ему негде будет спать, и тогда другой персонаж успокаивает его словами: «Ничего, приятель, тебе ведь дали ключ от улицы». Честертон резюмирует: «Улицу мы понимаем плохо и вступаем в нее осторожно, как в чужой дом. Ночную улицу мы знаем еще хуже, она для нас – огромный запертый дом. Но Диккенс воистину владел ключом от улицы: фонари были ему звездами, прохожий – героем».

        Параллельно с картиной Дассена я смотрел телетрансляцию знаменитого фильма Никиты Михалкова «Несколько дней из жизни И.И.Обломова». Ухватил только последнюю треть, однако все равно призадумался. Существует мнение, что россияне делятся на деловитых Штольцев и мечтательных Обломовых, и что первые, будто бы, воплощают сомнительный западный менталитет, а вторые – это аутентичные, чистые душой, русские. Пожалуй, эта оппозиция до сегодняшнего дня лежит в основании местных социокультурных построений.

        Параллельный просмотр Дассена и Михалкова с последующим чтением Диккенса и Честертона в очередной раз убедил меня: в России совершенно не проработана социальная образность городского типа. Настаиваю на том, о чем неоднократно писал: между Штольцем и Обломовым никакой существенной разницы нет, это два одинаково прекрасных человеческих типа позавчерашнего времени. Они порождены усадьбой, природой.

        Полуторачасовой фильм Дассена – это каскад человеческих взаимодействий (фото: Reuters)
        Полуторачасовой фильм Дассена – это каскад человеческих взаимодействий (фото: Reuters)

        Между сердечными, описанными Тургеневым и Толстым усадебными людьми – дистанция огромного размера, но лишь в географическом смысле. Покуда доберешься в коляске или санях – надышишься природой, многое передумаешь, кое-что заветное непременно занесешь в аккуратный блокнотик.

        Напротив, между помещиками, какой бы национальности они ни были, и массовым человеком городского типа – цивилизационная пропасть. Аутентичный город – это предметно («окна, перила, замочная скважина и т. д.») обеспеченный сон, это товарно-технологический кошмар.

        Город – это истерическая активность Гарри Фабиана, это стремительное переключение с одного человека на другого и, как следствие, самое невероятное переплетение жизненных линий, взаимозависимость судеб. До тех пор, пока нас будут морочить, дескать, усадебная идиллия – настоящий русский путь, Россия цивилизационную пропасть не преодолеет. Можно расселяться по деревням и усадьбам, я бы и сам от подобного предложения не отказался. Однако сначала страна должна отработать сюжет «неукротимое желание и сопутствующая желанию скорость», должна освоить поэтику тотального социального взаимодействия: «свернул за угол – автоматически получил приключение».

        Картина Михалкова, которую я прежде не смотрел, оказалась формально изощренной, оказалась весьма и весьма изобретательной. Это кино насмотренного, тонкого, остроумного человека, приберегающего для зрителя своего круга один аудиовизуальный сюрприз за другим. Но если по гамбургскому счету, предложенная в «Обломове» коллизия скрывает пустоту. Советская интеллигенция высказывается тут на тему «наш богатый внутренний мир, которому непременно должен соответствовать режим недюжинных привилегий». Вся изобретательность Михалкова и компании как раз и призвана замаскировать абсолютное убожество содержания. На дворе уже стояли постиндустриальные времена, а тут умиляются, подмигивают ближнему кругу. Рюшечки, блин, подушечки.

        Создателям нуара, напротив, не нужно было изобретать свет, цвет, ракурс, нетривиальные паузы и остроумные дизайнерские штучки, которые по сию пору умиляют наших грамотных и наших трепетных. Мастера нуара брали материал не из книжек, а из окружающего воздуха.

        Много копий сломано по поводу картины Алексея Балабанова «Груз 200». Я хотел бы предложить принципиально иной ракурс. Кто таков Балабанов? Балабанов – прилежный позднесоветский читатель. Начинал с экранизации Беккета. Потом Кафка. «Брат» – считан с Пола Шредера. «Груз 200» – закамуфлированный Фолкнер. «Про уродов и людей» – также насквозь книжное декадентство. Не подумайте чего плохого: в иерархии сегодняшнего дня Балабанов значится у меня на втором месте, сразу после абсолютно недосягаемой Муратовой. Балабанов гениально экранизирует: раскадровка, темпоритм, мизансцена, атмосфера, все такое прочее. Однако если поскрести, окажется, что все гениально исполненные дизайнерские примочки – лишь маскировка для чужой, неактуальной, изящной словесности. Баре развлекаются игрой в жмурки, игрой в страшилки.

        Лет пять назад я просматривал книжку Михаила Вайскопфа «Писатель Сталин» (М., 2002) и на первой же странице встретил следующее авторское признание: «Более развернутое и комплексное исследование должно было бы охватывать не только его авторскую, но и огромную редакторскую работу, получившую поистине тотальный государственный размах. Сталин отредактировал Советский Союз».

        Дальше – лучше: «Леонид Максименков очень точно отмечает, что «Сталин как политик был прежде всего редактором подготовленного для утверждения текста. Его решения вторичны по отношению к документу-первооснове. Он воспринимал российскую политическую культуру через письменный текст».

        Мне кажется, это очень любопытно с методологической точки зрения. Вся послевоенная советская культура – это навязанная то ли Сталиным, то ли каким-нибудь мелким бесом культура редактирования. Никита Михалков редактирует Гончарова и одновременно весь свод критических высказываний на тему «Обломова». Андрей Тарковский редактирует представления об эпохе Андрея Рублева, Станислава Лема или братьев Стругацких (последних – исключительно удачно!). Алексей Балабанов редактирует писателей-модернистов, которые в годы его молодости были исключительно престижны. Не учитывая этого обстоятельства, трудно адекватно оценить и «Груз 200», и свершения позднесоветского художественного истеблишмента.

        Заказа на новое – нет как нет. Если покопаться в нашем коллективном бессознательном, прояснится доминирующая культурная модель: некий светский письменный текст сакрален и общезначим, вокруг него нужно ходить на цыпочках, на нем следует основывать художественные миры сегодняшнего дня.

        Вот откуда декоративность «Груза», декоративность «Обломова»: редактор – профессия, по определению, не страстная. Между живой жизнью и редактором (он же дизайнер) стоит щит, стоит чужой текст.

        Мне нравится, как работал над романами вышеупомянутый Диккенс: печатал их в ежемесячных журналах, но иногда – даже в еженедельных. «Как трудно развивать сюжет из недели в неделю – этого никто не может вообразить, если сам не пробовал!»

        Бедный, бедный Диккенс!

        А кто сказал, что будет легко?

        Художник должен подключаться не к чужим книжкам, а к так называемой реальности.

        Нервничать на улице.

        Вышагивать улицу ножками.

        Тема школьного сочинения: «Мои улицы».

        Обывателю знаком его сын – незабываемый шансонье Джозеф, в просторечии Джо (фото: joedassin.info)
        Обывателю знаком его сын – незабываемый шансонье Джозеф, в просторечии Джо (фото: joedassin.info)

        Еще пара замечаний. По фильму Дассена замечательно рассредоточены лица, психотипы, все – разные, словно нам предлагают упакованный в полтора экранных часа человеческий Мир.

        Динамизм этого опасного городского общежития подчеркивается и так, и эдак. Старик Грегориус – в прошлом мировой чемпион по греко-римской борьбе, что-то вроде нашего Карелина, только, видимо, еще круче. Грегориус боролся честно и технично, но это было давно. Теперь его родной сын держит в Лондоне зрительные залы, где ряженые силачи играют в поддавки, культивируют так называемый рестлинг. Грегориус приезжает к сыну из Афин и едва не сходит с ума от возмущения: Мир пал ниже плинтуса.

        Отец, он же Борец, торжественно произносит: «Сын мой, ты не прав, греко-римская борьба – великая борьба, великая красота, умение сдерживать!» Конечно, эти слова комментируют не только низкий промысел сына, но и суетную беготню Гарри Фабиана, но и мышиную возню всех остальных.

        Нуар – это гениально точный ответ американской массовой культуры на вызовы времени. Мир сжат до пяти-шести улиц, трех-четырех ситуаций, двух-трех архетипов. Все, абсолютно все терпят поражение. Старуха Молли приобретает небольшой ресторанчик, но и она, ясное дело, совсем скоро пропьет его и умрет.

        Нуар – кино метафизического беспокойства. В результате коллективных усилий писателей, режиссеров, продюсеров, актеров и адекватных зрителей едва ли не впервые в истории удалось поставить массового человека перед лицом последних вопросов. К сожалению, у нас пустопорожние разговоры о «духовности» и «душевности» подменяют работу с данной нам в ощущениях реальностью. Сопротивляясь такой болтовне, честный Балабанов попытался дать «много страшной правды», но в результате получилась исключительно культурная адаптация чужих текстов. Между прочим, по первому образованию Балабанов – переводчик с английского!

        И последнее. Дней десять назад отмечался 75-летний юбилей актера Станислава Любшина. Что мы знаем о Любшине? Я никогда не мог простить Любшину того, что в 1967-м он отказался играть главную роль в «Коротких встречах» начинающей Муратовой и убежал с провинциальной Одесской киностудии – сниматься в престижном столичном сериале «Щит и меч». Роль у Муратовой по-своему, по-другому, но при этом весьма удачно сыграл Владимир Высоцкий.

        Видел Любшина в театре, смотрел два десятка картин с его участием, но серьезно никогда о нем не задумывался. Как вдруг…

        Канал «Культура» три вечера подряд показывает монологи актера на телекамеру: воспоминания, еле слышное бормотание, несуетная жестикуляция. В какой-то момент начинаю потихонечку выть. Внезапно осознаю, каковы подлинные возможности этого человека. Оторваться – невозможно! В голове вихрем проносятся идеи: оказывается, он может быть таким, вот таким, а еще вот эдаким и даже разэдаким! Любшин попросту сочится возможностями.

        Художественный инструмент, который наше кинематографическое сообщество так и не смогло использовать должным образом. Да, были отдельные заметные картины, но лично мне пересматривать эти заметные картины не хочется. Бесконечно пластичный актер – вот он, в наличии. Три монолога по 25 минут. Форма для самого разного серьезного содержания. Оказалось – не нужен.

        Любшин больше любой своей роли. Поверьте, не каждый актер-юбиляр и уж тем более – не-юбиляр приводит меня в такой нечеловеческий восторг…

        Короче, нападки на Советский Союз по-прежнему представляются мне скотством, ибо имеют целью дезактивацию определенных сословий, но зато послевоенную советскую культурку хорошо бы подвергнуть ревизии. Хорошо бы спросить у художников и застойного, и нынешнего времени: зачем вы, мастера искусства? Не слишком ли вы провинциальны? Не слишком ли задираете при этом носы?

        На днях Алла Пугачева вспоминала в телевизоре совместное выступление с Джо Дассеном. «Ему 50 тысяч франков за концерт, а мне – шиш», – что-то эдакое.

        Мама дорогая, позавидовала мертвому! Его давно нет, а она-то везде-везде.

        Джо Дассена переслушиваю, Жюля Дассена пересматриваю, Гончарова с Диккенсом перечитываю, Станиславу Любшину задним числом придумываю звездные роли, от наших нынешних дистанцируюсь – чур меня, чур!


        Подпишитесь на ВЗГЛЯД в Яндекс-Новостях

        Вы можете комментировать материалы газеты ВЗГЛЯД, зарегистрировавшись на сайте RussiaRu.net. О редакционной политике по отношению к комментариям читайте здесь


        Другие мнения

        Москва и Запад вместе победили в Молдавии

        Геворг Мирзаян, доцент департамента политологии Финансового университета при Правительстве РФ
        Свержение олигарха Плахотнюка в Молдавии – это не только победа молдавского народа. Это еще и геополитическая победа России – причем не «над», а «с» Западом. Подробности...

        Русский язык – залог сохранения Украины

        Глеб Простаков, журналист
        Требование о государственном статусе русского языка должно стать маркером реальной оппозиции, которая рано или поздно появится на Украине. Ведь Украина либо возможна как двуязычная толерантная страна, либо невозможна в принципе. Подробности...
        Обсуждение: 9 комментариев

        Начало конца демократической легитимности

        Дмитрий Дробницкий, политолог, американист
        Каждый, кто до сих пор верит в демократию, должен держать кулаки за Трампа. Свалив Дональда, мировая элита попытается решить вопрос «популизма» раз и навсегда. И тогда одно из двух – или хаос, или мир Оруэлла. Подробности...
        Обсуждение: 14 комментариев

        Диалоги яйца и курицы

        Ольга Андреева, Журналист
        Связь поколений – странная штука. Нам кажется, что наши дети какие-то другие, что они в некотором смысле инопланетяне. Наверное, так оно и есть. Но вообще-то они – это мы. Просто надо чаще друг с другом разговаривать. Подробности...
        Обсуждение: 51 комментарий

        Дача как проклятье

        Сергей Мардан, публицист
        Дача скоро уйдет в прошлое, как многие советские феномены. Те, кому сегодня 50 лет, станут поколением, которому придется закрыть ворота последнего СНТ «Луч», чтобы никогда туда не вернуться. Новому поколению дачи не нужны. Подробности...
        Обсуждение: 236 комментариев

        Несистемная оппозиция превращается в толпу городских сумасшедших

        Ирина Алкснис, обозреватель РИА «Новости»
        Можно заламывать руки, истерить о безнадежности «этой страны» и бесполезности любых усилий. А можно просто кропотливо работать над исправлением проблем, пороков и несправедливостей, постепенно меняя тем самым систему в целом. Подробности...
        Обсуждение: 98 комментариев

        Как Россия и Запад поменялись местами

        Андрей Бабицкий, журналист
        Президенты США и политики рангом пониже регулярно произносят речи, в которых акцентируется божественное предначертание американской политики. Но в Ветхом Завете совсем иной народ выступает в качестве избранного. Подробности...
        Обсуждение: 149 комментариев

        Шутку над Родиной большинство не оценило

        Анна Долгарева, журналист, поэт, военный корреспондент
        Любой нормальный человек хочет, чтобы его страна была лучше, чтобы государственная машина работала справедливо. Нормально критиковать как отдельные явления, так и системные. Ненормально поливать грязью страну. Подробности...
        Обсуждение: 236 комментариев

        Хотим бегать от полиции и делать селфи в автозаках

        Дмитрий Ольшанский, публицист
        В день освобождения Ивана Голунова большая и неожиданная победа уже почти покорно лежала в руках нашей интеллигенции. Мяч уже, казалось, летел в чужие ворота – и вдруг, каким-то невероятным усилием, эти люди забили его сами себе. Подробности...
        Обсуждение: 63 комментария
         
         
        © 2005 - 2018 ООО Деловая газета «Взгляд»
        E-mail: information@vz.ru
        .masterhost
        В начало страницы  •
        Поставить закладку  •
        На главную страницу  •
        ..............