По данным правоохранительных органов, он покончил с собой.
Генпрокуратура провела проверку обстоятельств гибели обвиняемого. Выяснилось, что «в материалах личного дела заключенного имелось решение Чеховского городского суда Московской области от 30 октября 2009 года о продлении срока госпитализации в связи с выявленным психиатрическим расстройством, что является основанием для его размещения в психиатрической больнице учреждения».
Несмотря на это, по данным прокуратуры, Максимов «в нарушение требований ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» был помещен в общую камеру».
Сотрудники Генпрокуратуры также выяснили, что за период содержания в СИЗО-2 (с 28 декабря 2009 года по 14 января 2010 года) Алексея Максимова ни разу не осматривал не только врач-психиатр, но и никакой другой медицинский работник учреждения.
«В ходе проверки установлено, что ведомственный контроль со стороны ФСИН России и территориального органа уголовно-исполнительной системы за деятельностью следственного изолятора №2 не отвечает предъявляемым требованиям и не обеспечивает соблюдение прав на охрану жизни и здоровья граждан и безопасных условий содержания», - сообщили в Генпрокуратуре.
В свою очередь, московский адвокат Максимова Алексей Сагадиев сказал, что смерть его подзащитного «была выгодна тем людям, которые категорически не хотели, чтобы он вообще показался в суде».
«Я не считаю Алексея Максимова ненормальным, - сказал адвокат.- Но если по всем документам Максимов «невменяемый» и «представляет опасность для себя и окружающих», то он, ни в коем случае не должен был содержаться в общей камере СИЗО вместе с остальными подозреваемыми и обвиняемыми, его место в психиатрическом отделении Бутырки».
Еще более странным, по мнению адвоката, выглядит сам факт перевода Максимова в Бутырку именно 28 декабря 2009 года, в день, когда Верховный суд РФ отменил постановление Саратовского облсуда об избрании для обвиняемого меры пресечения в виде заключения под стражу.
Вслед за судебным решением, как считает адвокат, должен был последовать перевод Максимова в психиатрическую больницу №5 города Чехова Московской области, где он до этого проходил стационарное лечение, пишет «Коммерсантъ».