…Я уже много лет подряд езжу рыбачить под Астрахань, на раскаты.
Просто с моим образом жизни требуется время от времени бывать в таких местах, где тебя, кроме рыбы и тишины, вообще ничто не окружает.
Ни-че-го.
Телевизор на базе работает только фоном, а мобильный телефон, если ты, разумеется, нормальный человек, можно и отключить.
Так, быстренько подключишься, звякнешь жене, узнаешь, все ли в порядке, и снова жмешь на этой коробочке одну интересную хитрую кнопку.
Красота.
И, что характерно и очень для меня лично важно, если кто в подобного рода местах и стреляет, так исключительно по уткам (лысухи там, кстати, в этом году – просто нереальное количество).
Так вот.
Как и у любого нормального рыбака, есть у меня там и заветные места, и любимые базы, на одной из которых работает мой добрый знакомец, егерь Петя, с которым мы пару раз в год обязательно вместе рыбачим.
А то и побольше пары раз, если моя занятость, разумеется, позволяет.
В этом году вроде позволила.
Образовалось неожиданное окошко в пять с небольшим дней.
Грех не воспользоваться.
Звонок на базу, звонок приятелю.
Полетели.
Погоняли пару дней некрупную раскатную щучку, оторвались на осеннем жерехе сплавом по узким, заросшим пожелтевшим тростником протокам, поискали – увы, в этот раз безрезультатно – судака.
Ну а потом мой товарищ надел гидрокостюм и полез стрелять сазана – он у меня, вообще-то, от подводной охоты с ума сходит.
В отличие от меня – мне она фиолетова.
Ну а мы с Петром остались в лодке, разумеется, ситуацию сверху контролировать.
А то мало ли что.
Вода, она, знаете ли, стихия серьезная.
Раздолбайства, как правило, не прощает.
Сидим ждем.
Разговоры какие-то необязательные разговариваем.
Так, что называется, за жизнь.
Выпиваем, конечно, врать не буду.
Точнее, я выпиваю.
Он-то все-таки на работе…
…И вроде бы все хорошо, даже, можно сказать, просто чудесно. Но вот только, гляжу, Петя мой почему-то ну совершенно не в настроении.
Смурной какой-то.
Пасмурный.
– Что-то случилось? – спрашиваю.
Жмет плечами, вздыхает.
– Ну да, – говорит, – дочка заболела. Младшая. Температура, живот. В больницу отвезли, под капельницу положили.
– Так что ты здесь сидишь-то тогда! – вскидываюсь. – Гони в больницу! И, это, если помощь какая нужна, так ты не стесняйся, говори.
Он только морщится да рукой в ответ машет.
– Да все нормально, Дим, – успокаивает, – жена там сидит, говорит, уже все более или менее. Кризис прошел, только слабенькая девочка пока, а так уже можно и домой ехать было бы. И зарабатываю я нормально, сам знаешь. Меня вот другое мучает: как так, все про национальные проекты говорят, про медицину типа. А у нас не то чтобы за лекарства, так даже и за бензин для скорой помощи надо самому платить, иначе машина не выезжает. Нет бензина, говорят, не поедем. Заплатил, конечно…
У меня аж челюсти побледнели.
– А ну-ка, ну-ка, – говорю, – Петь. Вот с этого момента, пожалуйста, поподробнее…
…Многое я за те три часа, пока мой приятель под водой за сазанами гонялся, от него, признаться, услышал.
Очень многое.
У нас в державе пока все еще не так хорошо, как любому нормальному обывателю, увы, хотелось бы (фото: ИТАР-ТАСС) |
И не только про местную медицину.
И про коммунальные услуги, и про рекламируемую газификацию.
Когда, чтобы положить пять метров трубы, ты должен идти строго в одну и ту же фирму, где в доле председатель местного сельсовета и пожарный инспектор, – иначе эта самая труба, хоть лично господином Миллером проложенная, внезапно оказывается несоответствующей каким-то сверхчудесным местным нормативам и подлежит немедленной ликвидации.
И многое, многое другое.
Но, конечно, с медициной – это было самое веселое, врать не буду.
Национальные проекты, говорите?!
Демографический кризис?!
А как в эту тему, простите, вписывается отказ выезда кареты скорой помощи к больному ребенку «из-за отсутствия бензина»?!
И ведь знаете что при этом самое интересное?
На самом-то деле средства на бензин у этой больницы есть!
Их просто не может не быть!
Я в силу специфики своей работы в бизнесе немало поработал с бюджетными средствами на разных уровнях и прекрасно знаю, что такое целевое финансирование, прекрасно. Особенно когда ответственность за контроль над этим финансированием публично взял на себя не кто иной, как президент России.
Эти деньги, простите, даже украсть весьма и весьма непросто!
Мелким местным чиновникам – просто не по мозгам.
Вот, блин, и нашли выход.
Не можем украсть из бюджета – тогда возьмем с населения, оно у нас безответное, пусть себе жалуются.
Захотят, чтобы ребенок был жив и здоров, – заплатят, как миленькие.
Никуда не денутся…
…Когда, извините за выражение, прямо в центре российской столицы, неподалеку от резиденции премьер-министра Российской Федерации, «валят» из «Кедра» бывшего депутата и Героя России (а заодно с ним и высокопоставленного русского военачальника) – это всегда как минимум неприятно.
Потому как довольно явно свидетельствует, что у нас в державе пока все еще не так хорошо, как любому нормальному обывателю, увы, хотелось бы.
Это, конечно, вызов.
Вызов власти.
Но вот это мелкое, глумливое вымогательство и воровство на всех соприкасающихся «с народом» уровнях «вертикали власти», этот потрясающий в своей простоте цинизм – вызов, я почему-то так думаю, ничуть не меньший.
А, может быть, и больший.
Потому что случай с Ямадаевым – он все-таки в последнее время скорее исключение.
А случай с Петиной дочкой – правило.
Системное правило.
Поганое, но системное.
Одно из тех, по которым, к сожалению, живет весь наш с вами народ.
И справиться с этим правилом, мне почему-то так кажется, будет намного сложнее, чем даже найти заказчиков и исполнителей убийства Героя России в самом сердце столицы, наградившей его этой самой звездой героя…