Словосочетание «Единая Россия» выглядит тривиальным донельзя. Высказывание президента «Мы вместе должны сделать Россию единой, сильной» воспринимается – в основном стараниями самих партийцев – как слегка завуалированное выражение поддержки определенной политической силе, и без того позиционированной как «партия Путина».
Мы связаны Москвой – и этой связи недостаточно, чтобы обеспечить наше единство
Между тем эта фраза ставит перед согражданами задачу, которую за последние 17 лет, несмотря на множество попыток, решить не удалось, более того – задачу, которая выглядит нерешаемой. Россия 2007 года, накануне едва ли не самых важных выборов своей истории, может считаться единой страной лишь формально.
Нет, разумеется, региональный политический сепаратизм, которого так опасались в середине 90-х, ушел в прошлое вместе со своим веком. Никакие национальные республики, даже кавказские, в здравом уме и твердой памяти не хотят и ни при каких обстоятельствах не могут сегодня получить политической независимости. Что до «баронов-разбойников», которыми совсем еще недавно казались губернаторы, то те из них, кто сумел сохранить свои посты, сделали это ценой подчеркивания сверхлояльности к федеральному центру – и даже несмотря на это «есть мнение», что если не нынешний президент, то «преемник» сменит последних уцелевших с ельцинских времен лидеров.
Но политическая лояльность регионов не отменяет печальной правды: огромная страна не является единым целым и связь даже между соседними ее частями возможна через единственную «точку сборки» – любимую и ненавидимую провинциалами Москву.
Чтобы доказать эту нехитрую теорему, вполне достаточно расписания авиарейсов. Если вы хотите попасть из Самары в Томск, нужно вначале пролететь тысячу километров на запад – в столицу и лишь затем проделать путь в 4 тыс. км на восток. То же самое вам придется сделать, чтобы попасть из моего родного города в Пермь, Калининград, Смоленск. Псков, Кемерово… В Северную столицу, правда, можно улететь каждый день – но стоит сравнить этот единственный рейс в Пулково на Ту-134 с дюжиной ежедневных «боингов» во все московские аэропорты. Путешествуя по России самолетом, в Москву попадаешь почти неизбежно. Это та точка, через которую единственно и возможны межрегиональные связи.
Конечно, есть еще железная дорога, разветвленность линий которой позволяет Москвы избежать. Но неспешность этого путешествия (из Самары в тот же Томск – четверо суток) делает его неприемлемым для бизнеса. Таким способом небогатый человек может отправиться навестить родственников, но деловые связи требуют других скоростей… Обеспечить которые при контактах между регионами просто некому.
Высказывание президента «Мы вместе должны сделать Россию единой, сильной» воспринимается как слегка завуалированное выражение поддержки определенной политической силе |
Конечно, нельзя сказать, что все территории сообщаются друг с другом одинаково плохо. От Томска до Новосибирска три часа на авто и до Кемерова примерно столько же – по местным меркам эти города находятся рядом. Но географическая близость не спасает от другой беды – катастрофических различий в правилах бизнес-игры, установленных в разных регионах. Представьте себе владельца небольшой сети ресторанов, скажем, в Перми, решившего открыть заведение, скажем, в Кирове. Нельзя сказать, что это невозможно, но, чтобы сделать это, ему придется стать в чужом регионе своим, познакомиться с местными чиновниками и, возможно, «авторитетными предпринимателями», усвоить местные правила. Именно так – местные правила, иные, чем дома.
Что ни город, то норов – норов местного начальства, достаточно часто зафиксированный не только обычаями, но и местным законодательством. Если задуматься, творческая свобода местных депутатов поразительна, особенно для государства, почти официально отказавшегося от доктрины федерализма и упрекаемого в излишней унитарности своих установлений. Вот недавно был принят закон, ограничивающий игорный бизнес. В части российских регионов залы игровых автоматов закрываются этим летом и осенью. В части – благополучно просуществуют еще два года. Мелочь? Пожалуй, да, но несколько таких мелочей и составляют «региональную специфику», отгораживая регион от остальных.
И если бы дело касалось только бизнеса и транспортной инфраструктуры! В конце концов, нет ничего страшного в том, чтобы коллеги из Белгорода и Ульяновска встретились в Москве – можно сказать, на нейтральной территории. Но направление транспортных линий и бизнес-связей – лишь симптомы большой беды. Российские регионы совершенно неинтересны друг другу. Много ли вы знаете людей, которые хотели бы отправиться в соседний регион на экскурсию? Москвичи, бывает, ездят по Золотому кольцу, жители Саратова, Нижнего Новгорода или Волгограда, бывает, отдыхают на теплоходах, которые идут далеко вниз или вверх по великой реке (столь же длительный отдых в Турции стоит дешевле вдвое). Но давно ли приходила вам в голову мысль посетить, скажем, Мурманск? Часто ли, проживая в Екатеринбурге, вам хотелось отправиться с экскурсией в Челябинск? Предложение рождается спросом – а спроса нет. Из провинции в Москву и обратно – в наличии только вертикальные связи при почти полном отсутствии горизонтальных. Мы связаны Москвой – и этой связи недостаточно, чтобы обеспечить наше единство.
Кроме единства политического… но пора бы уже партии с названием «Единая Россия» предпринять усилия для того, чтобы расширить единство за политические рамки.