Во-первых, потому, что почти наверняка будет второй тур, в ходе которого соотношение сил может радикально измениться. А во-вторых, потому, что голосование на президентских выборах само по себе мало что решает. Кандидаты настолько похожи друг на друга, что от исхода выборов, скорее всего, ничего не изменится.
Хотя и этот тезис, быть может, не вполне верен. Ведь в странах, где президентская должность предполагает значительную концентрацию власти (будь то Франция или Россия), любой незнакомец, оказавшийся на главном посту, может преподнести нам немало неожиданностей – как приятных, так и неприятных.
Наиболее предсказуемый из кандидатов – Николя Саркози, представляющий консерваторов-голлистов. Собственно, хорошего про него сказать почти нечего, но именно поэтому от него меньше всего приходится ждать и неприятных сюрпризов. За время своей работы в качестве министра внутренних дел он уже успел спровоцировать молодежные волнения в иммигрантских кварталах, перессориться со своими коллегами по Кабинету министров и завоевать единодушную ненависть интеллектуалов. Иными словами, у него уже есть все данные для того, чтобы стать успешным президентом, который не оставит страну без новостей, а газеты без скандалов.
У Саркози уже есть все данные для того, чтобы стать успешным президентом, который не оставит страну без новостей, а газеты без скандалов
Главным соперником Саркози, как и ожидалось, выступает Сеголен Руаяль от Социалистической партии. Надо сказать, что начиная с 1970-х годов французские выборы неизменно заканчивались в качестве дуэли кандидата от Социалистической партии и представителя правого большинства, в котором обычно доминировали голлисты. Первый тур выступал как своего рода праймериз, когда отсеивались второстепенные кандидаты слева и справа. На протяжении 40 лет неуклонно понижалось влияние компартии, которая в конце 1960-х была с социалистами на равных и на парламентских выборах даже опережала их, а к середине 2000-х годов превратилась почти в маргинальную организацию, уступающую по влиянию троцкистам. В целом, однако, избирательная борьба была неизменно предсказуема. Около 40–45% французских граждан твердо поддерживали ту или иную сторону, только 10–15% колебались. Вот за голоса этих колеблющихся и шла борьба.
После того как на прошлых выборах социалист Лионель Жоспен неожиданно провалился в первом туре, уступив кандидату крайне правых Ж.-М. Ле Пену, привычная схема, казалось бы, рухнула. За прошедшие годы кризис Социалистической партии углубился еще больше, ведь на протяжении всего этого времени ее лидеры продолжали делать все возможное, чтобы вызвать отвращение у своих привычных избирателей. Руководство социалистов по большинству вопросов ничем не отличается от правых либералов, а если и отличается, то стоит от них справа, а не слева. Напротив, избиратели этой партии – люди с левыми взглядами. Вполне естественно было бы ожидать, что бунт избирателей, произошедший в 2002 году, повторится снова. А с другой стороны, кризис доверия поразил и все остальные партии. Французы все меньше доверяют политикам, все меньше связывают себя с ними или испытывают к ним чувство лояльности.
Николя Саркози |
Впрочем, особой заслуги Сеголен Руаяль нет. Несмотря на ее напыщенные заявления о «важных вопросах», которые она примется решать, поселившись в Елисейском дворце, особого интереса или симпатии у граждан она не вызывает. Срабатывает другое – страх перед Саркози.
После молодежных волнений бывший министр приобрел настолько дурную славу, что умеренные французы готовы видеть в нем почти двойника Ле Пена. Сам Ле Пен постарел и вряд ли способен повторить успех 2002 года. Его избиратели все более тяготеют к более молодому Саркози, к тому же опирающемуся на аппарат самой сильной партии Франции. Проблема в том, что среди умеренных правых у Саркози отвратительная репутация. И чем больше он привлекает сторонников Ле Пена, тем больше сомнений порождает среди своих собственных. Поскольку же между либералами и социалистами нет разницы, то изрядная часть либеральных избирателей готова на сей раз голосовать за социалистического кандидата.
Между тем французские левые умудрились самым восхитительным образом лишить себя всякой надежды на успех. Казалось бы, на фоне всеобщего разочарования в социалистах у них появляется шанс. Однако договориться между собой о едином кандидате они не смогли. На первых порах можно было надеяться, что вопрос решится естественным отбором: не все смогут собрать необходимое число подписей руководителей коммун, требующееся для регистрации. Но не тут-то было. Недостающие подписи дали правые, которые ожидали, что левые кандидаты отнимут голоса у социалистов.
Этот расчет, скорее всего, не оправдается. По крайней мере, на сегодняшний день разобщенность левых (в итоге у них оказалось сразу 6 кандидатов) играет на руку только социалистам. Все левые кампании выглядят привлекательными, яркими, но не имеющими серьезной политической перспективы. Люди радостно ходят на их митинги, соглашаются с их речами, но, скорее всего, в день голосования их не поддержат. Вместо того чтобы отбирать голоса у Руаяль, левые, наоборот, уступают ей своих избирателей. Так, по крайней мере, выглядят последние опросы общественного мнения.
Некоторые надежды на первых порах подавал Жозе Бове, хорошо известный по всей стране своими радикальными экологическими выступлениями. Однако сказывается то, что у него нет ни собственной организации, ни устойчивой команды, ни опытных кадров. Собственные заявления Бове непоследовательны и кажутся непродуманными. Он то нападает на социалистов, то призывает объединяться с ними в борьбе против Саркози. Большинство его сторонников – люди среднего возраста, которые, как и он, были политически активны в 1970-е годы. С тех пор они отошли от политики, а теперь вернулись. Но многие из них, с одной стороны, обременены работой и семьями, а с другой стороны, у них нет опыта профессиональных партийных аппаратчиков и привычки каждый день участвовать в каких-то акциях. Они быстро выдыхаются.
Наиболее яркой выглядит кампания Оливье Безансоно из Революционной коммунистической лиги. Его сайт http://besancenot2007.org/ – безусловно, лучший в этой избирательной кампании, вы сможет получить удовольствие от его посещения, даже если не понимаете по-французски или не разделяете политических взглядов «нового революционного Гавроша», как прозвала Оливье большая пресса.
Сеголен Руаяль |
Сеголен Руаяль могла бы уже торжествовать успех, если бы не неожиданное появление очередной «темной лошадки» по имени Франсуа Байру. Выступая от имени центристов (Союза за французскую демократию), которые традиционно были союзниками голлистов, Байру резко отмежевался от Саркози и тем самым привлек к себе голоса умеренных правых, а отчасти и умеренных левых. В начале президентских выборов 2007 года Байру рассматривали как аутсайдера. Но в начале 2007 года результаты социологических опросов засвидетельствовали неожиданный рост его популярности. По данным социологов, в первом туре голосования он мог набрать 17% голосов, а в случае противостояния во втором туре с Николя Саркози или Сеголен Руаяль Байру готовы были поддержать более половины французов. К апрелю рейтинг Байру перевалил за 20%, вплотную приблизившись к уровню Руаяль. Если учесть, что подавляющее большинство французов так и не решили, за кого голосовать, Байру получает определенный шанс.
В чем состоят его взгляды, сказать точно не может никто, но среди широкой публики он имеет репутацию приличного человека, что для «серьезных» французских политиков в наше время является почти археологической редкостью. Руаяль изо всех сил старается не замечать Байру, даже когда тот намекает на сотрудничество во втором туре. Ближайшие дни покажут, насколько было обоснованно самодовольство лидера Социалистической партии.
Разумеется, в условиях полной неопределенности мнений самих избирателей строить какие-либо прогнозы практически бессмысленно. Но опросы общественного мнения позволяют сделать несколько простейших выводов (другое дело, насколько достоверны сами прогнозы).
Если Байру удастся прорваться во второй тур, то он почти наверняка побеждает любого из двух сейчас лидирующих кандидатов. Но если он потерпит поражение, голоса его сторонников распределятся между Саркози и Руаяль. У последней, скорее всего, будет немного больше шансов. Тогда Франция получит первую женщину-президента (и вообще первую в ее истории главу государства). А правительство сформирует Социалистическая партия, которая продолжит свою привычную политику: очередные приватизации, тесное военное сотрудничество с США, ликвидация социальных и трудовых прав. Повестка дня давно сформулирована и неукоснительно выполняется.