Взглядhttp://vz.ru/Деловая газета "Взгляд"http://vz.ru/images/logo_small.gifВзглядhttp://vz.ru/КультураКультура: TEFAF: На рынке антиквариата России места нетhttp://www.vz.ru/culture/2010/3/12/383257.html383257 12 марта в Голландии в 23-й раз открылась TEFAF – The European Fine Art Fair, самая уважаемая в мире ярмарка старого искусства. Попасть в список ее участников мечтают все галеристы, но ярмарка дорожит репутацией и предоставляет стенды только самым безупречным дилерам. Поэтому для России, где арт-рынок существует всего два десятилетия, вход туда пока закрыт. Так что русские выступают там только в качестве покупателей. TEFAF традиционно занимает пространство выставочного центра MECC (Maastricht Exhibition and Congress Centre), настолько огромное, что внутри, как настоящий город, оно разделено улицами, бульварами и площадями, имеет свои кафе, клумбы, фонтаны, уличных музыкантов, полицию и «скорую помощь». Одновременно TEFAF напоминает и шахматную доску, где расположение «фигур» имеет огромное значение и говорит о статусе галерей. Число стендов обычно ограничено двумя с половиной сотнями (в этом году 263 участника из 17 стран), так что галереям, желающим попасть в список экспонентов, приходится ждать своей очереди годами. 155 экспертов со всего мира, работающих в разных областях искусства, в течение месяца проверяют качество экспонатов, которых в этот раз насчитывается около 30 тысяч. Каждый год посмотреть на все это разнообразие собирается от 60 до 80 тыс. человек. Тематически TEFAF делится на три раздела: старая живопись, самая уважаемая часть, с которой ярмарка собственно и начиналась; мебель и декоративно-прикладное искусство во всем его разнообразии; искусство XX века, появившееся на консервативной TEFAF всего несколько лет назад. В отличие от публичных аукционных домов, галеристы как правило предпочитают не афишировать цены на выставляемые ими вещи. Тем не менее, некоторые цифры становятся известны уже в начале ярмарки, а сама TEFAF является важнейшим показателем состояния антикварного рынка. Имена многих представленных на ярмарке старых мастеров входят во все учебники по истории искусства. В этом году здесь можно купить работы Питера Брейгеля Младшего, Адриана ван Остаде, Яна Стена, Бальтазара ван дер Аста, Амброзиуса Босхарта и многих других. Из более позднего времени TEFAF предлагает также первые имена - произведения мастера итальянской ведуты Джованни Каналетто, знаменитого венецианца Джамбаттиста Тьеполо, испанцев Хосе де Рибера и Луиса де Моралиса, художника французского рококо Франсуа Буше, французского живописца-романтика Эжена Делакруа. Цены на эти произведения могут превышать несколько миллионов <link>евро</link>. Например, алтарный образ Мадонны с младенцем и святыми работы Джованни ди Паоло (XV век) оценен галерей Moretti в 2,2 млн <link>евро</link>. А портрет Джорджа Вашингтона кисти американца Джильберта Стюарта стоит 5 млн <link>евро</link> (галерея Hammer). Но самой дорогой в разделе старой живописи в этом году по всей видимости станет «Мадонна с младенцем и юным Иоанном Крестителем» работы великого Сандро Боттичелли. Это произведение принадлежало когда-то крупнейшему антиквару своего времени лорду Дювину, а затем не менее знаменитому Джону Рокфеллеру. Сегодня галерея Dickinson предлагает ее за 11,1 млн <link>евро</link>. Кстати, как рассказывают европейские дилеры, русские покупатели этим разделом интересуются мало. Даже до кризиса их привлекали только именами мировой известности вроде Рембрандта, они мало знали о других старых мастерах, цены на которых значительно ниже. В целом, несмотря на то, что присутствие русских посетителей на TEFAF почти не ощутимо, по статистике ярмарки их количество растет из года в год. Галерей, на стендах которых встречается само русское искусство, на TEFAF немного, но все-таки они есть, в частности в разделе декоративно-прикладного искусства, рукописей, книг и антикварных ювелирных украшений. Здесь много лет выставляется нью-йоркская галерея A La Vieille Russie, занимающиеся ювелирными предметами, в том числе фирмы Карла Фаберже. В это году, например, она продает платиновую подвеску с бриллиантами и портретами популярных сейчас великого князя Владимира Александровича и великой княгини Марии Павловны (полгода назад аукционный дом Sotheby’s на специализированных торгах продавал их драгоценности). Амстердамские галереи Toth-Ikonen и Jan Morsink Ikonen предлагают русскую иконопись, в частности, очень редкую новгородскую икону начала XVI века с изображением святых Марины, Кирилла Белозерского и Георгия. Кроме того, на ярмарке можно найти русскую антикварную мебель, которую, например, продает лондонская галерея Antoine Cheneviere, русское серебро, малахит. Галерея Ursus Rare Books выставила редкое издание работ итальянского поэта Метастазио, переплетенных специально для Екатерины Великой и сопровождающееся письмом Екатерины к князю Потемкину (200 тыс. <link>евро</link>). Русские вещи, конечно, не самые дорогие и популярные в этом разделе. По качеству и ценности они вряд ли могут сравниться, например, с редким изданием XVII века «Естественной истории» Ансельмуса де Боота (галерея Heribert Tenschert, 5 млн <link>евро</link>), китайским лакированным кабинетом XV века (галерея Littleton & Hennessy, 4,2 млн <link>евро</link>) или трехметровым французским средневековым витражом (галерея Sam Fogg, 3 млн <link>евро</link>). Гораздо чаще русские имена, ставшие уже мировыми брендами, встречаются в разделе импрессионистов, модернистов и искусства XX века. Здесь нередко выставляют работы Василия Кандинского, Натальи Гончаровой, Марка Шагала, Алексея Явленского, Сержа Полякова, Хаима Сутина. Цены на их произведения значительно превосходят миллионные оценки, но все равно самыми дорогими произведениями на Маастрихте как правило становятся европейские импрессионисты и модернисты. Так в этом году галерея Dickinson выставляет полотно Поля Гогена «Две таитянки», созданное художником 1902 за год до смерти и принадлежавшее прославленному маршану Амбруазу Воллару. Эта работа в 2006 была продана на торгах Sotheby's за 21,9 млн долларов, а теперь оценена в 18 млн <link>евро</link>. На стенде галереи Hammer висит портрет сидящей девушки кисти Амедео Модильяни за 12,75 млн <link>евро</link>. А известная мюнхенская галерея Thomas предлагает купить произведение экспрессиониста Эдварда Мунка за 9,5 млн <link>евро</link>. На сегодняшний момент Россия не может быть полноценным участником мирового и европейского рыночного процесса. Художественный рынок в новой России слишком молод и пока не сложился. Не существует законодательной базы, в том числе в таможенной и налоговой областях. Нет достаточно развитой сети профессиональных арт-дилеров и аукционных домов, предлагающих разнообразные виды искусства. Наконец, вкусы отечественных покупателей только начинают формироваться, и в первую очередь они обращаются к национальному искусству. Решение этих проблем и развитие российского рынка – вопрос времени и работы самих антикваров. Для которых европейский опыт и такие ярмарки как TEFAF должны послужить хорошим ориентиром.

Теги:  искусство

Закладки:
Google Bookmarksdel.icio.usMa.gnoliaNews2.ruБобрДобр.ruMemori.ru
]]>КультураFri, 12 Mar 2010 15:50:08 +0300Культура: Марк Захаров: Горин научил меня самоиронииhttp://www.vz.ru/culture/2010/3/12/383160.html383160 В пятницу исполняется 70 лет со дня рождения Григория Горина – писателя-сатирика и драматурга, чьими словами к советской аудитории обращались Тиль Уленшпигель, барон Мюнхгаузен, Джонатан Свифт, граф Калиостро и рыцарь Ланцелот. Режиссер Марк Захаров, осуществивший многие постановки в соавторстве с Гориным, рассказал газете ВЗГЛЯД, чем обязано этому ярчайшему автору русское комедийное искусство и какие идеи Горина остались нереализованными. <b>– Марк Анатольевич, как вы познакомились с Григорием Гориным? </b><br>– Случайно. Тогда Горин вместе с Аркадием Аркановым написали пьесу «Свадьба на всю Европу». Сначала ее успешно поставили в Ленинграде, потом начали готовить спектакль по пьесе уже в Москве. Горин с Аркановым то ли делали какие-то доработки, то ли собирались писать что-то новое… Вот тогда мы и познакомились – это произошло в «Рузе», был раньше такой дом творчества для актеров и театральных деятелей. Но настоящее общение началось позже, когда Горин с Аркановым принесли мне свою пьесу «Банкет». Я работал в то время в Театре сатиры, куда меня пригласил из студенческого театра МГУ Валентин Николаевич Плучек. И вот после спектакля «Доходное место», к тому времени уже хорошо известного в Москве, я осуществил постановку «Банкета». Спектакль запретили, по-моему, после четвертого или пятого показа. Я многим обязан Григорию Горину. Он рассказал мне что-то такое, чего я не знал: о человеческой жизни, о жизни страны, о законах построения комедийной ситуации. И, конечно, блестяще реализовал свои теоретические познания, создав пьесу по роману Шарля де Костера «Тиль Уленшпигель». Сначала она называлась «Страсти по Тилю». Но это был период страшнейшего цензурного давления на искусство и на отдельных его представителей, и слово «страсти» было недопустимо. Поэтому спектакль назвали просто «Тиль». <b>– Эта постановка была уже в театре имени Ленинского комсомола? </b><br>– Да, в 1974 году. Спектакль получился веселый, остроумный. На него стали приходить зрители – к большому изумлению и счастью всей труппы, которая переживала после ухода Анатолия Эфроса тяжелое время. Тогда у театра часто менялись художественные руководители, а успеха не было. Появление «Тиля» стало переломным моментом. Потом, через какое-то время, этот спектакль даже выпустили за границу – мы с огромным успехом играли его в Чехословакии, в Польше… <b>– Как Горин относился к трудностям, связанным с идеологическими запретами? Как все это переносил? </b><br>– Он был оптимистичен и весел, и этот оптимизм передавался другим. Он считал, что после плохих дней обязательно должны наступить хорошие. <b>– В 1970-е вы начали вместе работать для телевидения. </b><br>– У Горина были замечательные сценарии, в работе над которыми я как режиссер тоже принимал участие: «Тот самый Мюнхгаузен», «Формула любви»… Мы с ним были очень близки и в творческом отношении, и в человеческом. Самую большую радость я испытал, когда он однажды он сказал мне: «Марк, понимаешь, я уже так долго всем объясняю, что фильм «Обыкновенное чудо» ты сделал без моего участия и что некоторые другие вещи, наоборот, сделал я без тебя. Давай я уже буду считаться соавтором «Обыкновенного чуда». Я, конечно, согласился. <table cellspacing="0" cellpadding="0" class="imgleft"><tr><td><img src="http://img.vz.ru/upimg/347/347256.jpg" width="200" height="250" title="Пьесы Горина запрещали, но он продолжал считать, что за плохими временами обязательно наступят хорошие (фото: ИТАР-ТАСС)" alt="Пьесы Горина запрещали, но он продолжал считать, что за плохими временами обязательно наступят хорошие (фото: ИТАР-ТАСС)"><div>Пьесы Горина запрещали, но он продолжал считать, что за плохими временами обязательно наступят хорошие (фото: ИТАР-ТАСС)</div></td></tr></table><b>– Сюжеты ваших совместных фильмов так или иначе построены вокруг людей, которые либо выглядят в глазах окружающих безумными, либо верят в чудо вопреки здравому смыслу. Это, должно быть, не случайно? </b><br>– Думаю, для Горина была очень важна тема шута, Шута с большой буквы – такого, образ которого являли Ходжа Насреддин, Василий Теркин, Тиль Уленшпигель, Менахем Мендел из написанной самим Гориным комедии «Поминальная молитва» и еще некоторые фигуры. Вплоть до великого современного шута, с которым мы сами общались, – Юрия Никулина. Шут, который остроумен, смел и, в общем, любим, почитаем всеми, поскольку все видят его интеллект, понимают его значимость и силу его воздействия на общество, – этот образ был, может быть, важнейшим в творчестве Горина. <b>– Сценарии писались с расчетом на конкретных актеров? К примеру, Мюнхгаузен был написан для Янковского? </b><br>– Если говорить о «Том самом Мюнхгаузене», то было точно известно, что должны участвовать Абдулов и Фарада. В отношении Янковского были мучительные сомнения. Мы с Гориным ими ни с кем не делились, но между собой много обсуждали, стоит ли приглашать Олега. Я очень верил в Янковского, а Григорий не видел его в комедийных ролях. Я тоже не видел, поскольку до этого он их не играл. Янковский к тому времени уже был известным актером, замечательно работал в кино, но в отношении того, насколько ему свойствен иронический взгляд на мир, оставалась неясность. Однако сам Янковский, слава Богу, вскоре ее развеял. Помню, однажды утром, уже на съемках в Германии, я увидел в его глазах то самое веселое безрассудство – истинную комедийную радость. И вот тогда начался комедийный режим существования, и мы поняли, что риск был оправдан. После «Мюнхгаузена» кандидатура Олега была уже неоспоримой, и все, что мы замышляли, было так или иначе связано с ним. <b>– Горин был покладистым соавтором? </b><br>– Да. Например, когда я предложил, чтобы у герцога в «Том самом Мюнхгаузене» было какое-нибудь странное увлечение, например интерес к шитью, Горин страшно обрадовался. Он сразу стал придумывать какие-то диалоги. Он всегда быстро подключался. Но больше всего меня поражало вот что: когда Григорий Горин что-то придумывал, он обязательно звонил мне. Он делил все свои мысли на вечерние и утренние – вечерние мысли проверялись утренним часом и не всегда оказывались подходящими… Однажды он позвонил мне и сказал, что придумал пьесу про кошек. Я отнесся к этому с недоверием и сказал: «Гриша, про собак – еще ладно, а что у тебя будут делать кошки?». «Ну, не знаю, – ответил он. – Может быть, петь, танцевать…» Я эту идею отверг, и он потом тоже счел ее дурной. Но потом, года через два–три, появился знаменитый мюзикл Cats. И я тогда поверил, что над нами есть некий информационный слой, доступ к которому открыт талантливым людям. Мысль в какой-то степени мистическая, но слишком много было в жизни случаев, связанных с таким информационным посылом свыше. <b>– С Гориным было легко общаться? </b><br>– Когда я чему-то очень радовался, он меня немножко остужал, а когда слишком сильно огорчался, он говорил, что нет, все замечательно и дальше тоже будет хорошо. В этом отношении Горин был для меня уникальным человеком, и думаю, не только для меня. Он был мягок, ласков и добр, но и по-своему крепок, храбр, амбициозен. А также в высшей степени самоироничен. Он и меня научил искусству самоиронии, за что я ему очень благодарен. Как и за часы общения с труппой театра «Ленком», за участие в работе театра, в его «строительстве». Ведь Горин, несомненно, один из «строителей» «Ленкома». Он оказал большое влияние на многих артистов, на формирование репертуара. Да и вообще, задал высокую планку в комедийном искусстве. Пошутить – задача в наше время наисложнейшая. Когда мне бывало как-то совсем нескладно и плохо, он приходил на репетиции и помогал. Сначала, правда, отчаянно ругал меня – теперь человека, который бы меня так поругал, нет, а он умел и обижать, он делал это, чтобы возбудить во мне энергию. Это была конструктивная ругань – он сразу предлагал выход из положения, мог даже что-то переписать в чужой пьесе, просто чтобы мне помочь. Я не могу всего этого забыть. Я счастлив, что в моей жизни был такой замечательный человек.

Теги:  , кино, театринтервью

Закладки:
Google Bookmarksdel.icio.usMa.gnoliaNews2.ruБобрДобр.ruMemori.ru
]]>КультураFri, 12 Mar 2010 11:47:24 +0300Культура: Лауреаты «Оскара»: плохой, хороший, гениальныйhttp://www.vz.ru/culture/2010/3/11/382658.html382658 Две из трех картин данного обзора созданы дебютантами. Только Джон Ли Хэнкок ранее успел доказать, что умеет снимать спортивные драмы («Новичок»), а также писать неплохие сценарии (например, для Клинта Иствуда). Другой вопрос, что его «Невидимая сторона» &#8722; самый невнятный и вымученный фильм в тройке. Он явно проигрывает не только гениальному «Сокровищу», но и «Сумасшедшему сердцу» &#8722; несколько затянутой мелодраме, принесшей «Оскар» Джеффу Бриджесу. О большинстве награжденных на <a href=http://vz.ru/culture/2010/3/8/381561.html target=_blank>«Оскаре-2010»</a> фильмах (в частности, о <a href=http://vz.ru/culture/2010/1/13/365461.html target=_blank>«Повелителе бури»</a>, <a href=http://vz.ru/culture/2009/12/17/359674.html target=_blank>«Аватаре»</a>, <a href=http://vz.ru/culture/2010/1/3/363419.html target=_blank>«Бесславных ублюдках»</a> и мультфильме <a href=http://vz.ru/culture/2009/5/22/289394.html target=_blank>«Вверх»</a>) газета ВЗГЛЯД писала еще по факту их выхода в прокат. Лауреаты, представленные в данном обзоре, либо появятся в кинотеатрах через два месяца, либо не появятся вообще. Как именно с ними можно ознакомиться, мы скромно умолчим. Но, разумеется, пиратство – это плохо. <b>«Сокровище» («Тужься») Ли Дэниелса («Оскар» за лучшую женскую роль второго плана и лучший адаптированный сценарий)</b> Рабочая аннотация к этому фильму способна надежно отвратить от просмотра: толстая, шестнадцатилетняя, вторично беременная негритянка из Гарлема по имени Прешес берется за ум и идет в спецшколу – грамоте учиться. Однако «Сокровище» &#8722; отнюдь не опера нищих про тяжкую долюшку, не нотация на политкорректную тему, типичным образчиком которой является описанная ниже «Невидимая сторона», не кино в духе Спайка Ли, «снятое черными про черных и для черных», хотя режиссер Ли Дэниелс и практически все задействованные актеры являются афроамериканцами. Речь, как ни странно, идет об очень жесткой, умной и эмоционально богатой драме, которой постановщик хлещет соплеменников по щекам как какой-нибудь куклусклановец–теоретик: мир «Сокровища» &#8722; это ад для этнических меньшинств, который этнические меньшинства создали себе сами. Удивительно, но, собрав в одной ленте практически все заградительные флажки из правозащитных сундуков (инцест, СПИД, детей с синдромом Дауна, семейное насилие, гомосексуализм, черные кварталы) и возведя всё это в абсолют, режиссер-дебютант не сделал ни одного промаха, на основании которого его можно было бы обвинить в спекуляции на язвах или слезных железах. Строго говоря, если бы не Бигелоу и не Кэмерон, мир обрел бы первого чернокожего с «Оскаром» за режиссуру, причем с абсолютно заслуженным. #{photos=383039}Наследуя, в первую очередь, от «Танцующей в темноте» (как и героиня Бьорк, Прешес видит себя частью мюзикла в особо страшные моменты жизни), «Сокровище» предъявляет зрителю экстракт именно бытовых ужасов и практически лишено т.н. «допущений» &#8722; местами кажется, что смотришь не художественный, а вполне документальный фильм про то, какими всё-таки животными подчас бывают люди. Впрочем, в том, что касается природы зла, Дэниелс не сказал ничего нового. Его на удивление неполиткорректный дьявол тоже кроется в мелочах и деталях – в лени, пособии по безработице и дурацких телешоу, коими иные заменяют реальность и свойственные этой реальности чувства (сострадание, например). Что до добра, зрителю предлагается далеко не элегантная, напротив, вполне зоологическая мысль: человека отличает от зверя наличие не интеллекта, а родительского инстинкта. Не то чтобы и обезьяна с оным человечна, но человек без него уж точно – мразь. Отметим, что данный фильм – единственный из тройки, прокат которого в России &#8722; дело решенное: смотрите в кинотеатрах с начала мая. Но если выбор будет стоять между дубляжом и субтитрами, выбрать стоит в пользу последних: интонации Прешес (дебютантка Габури Сидибе) и её матери (Мо’Ник, играющая, что называется, «на грани инфаркта») не в последнюю очередь делают «Сокровище» одним из главных кинематографических событий уходящего сезона. <b>«Сумасшедшее сердце» Скотта Купера («Оскар» за лучшую мужскую роль и лучшую песню)</b> <table cellspacing="0" cellpadding="0" class="imgleft"><tr><td><img src="http://img.vz.ru/upimg/346/346467.jpg" width="250" height="200" title="На «Оскар» номинировались и Бриджес, и Джилленхол. Но Академия решила, что девушка перетерпит (фото: kinopoisk.ru)" alt="На «Оскар» номинировались и Бриджес, и Джилленхол. Но Академия решила, что девушка перетерпит (фото: kinopoisk.ru)"><div>На «Оскар» номинировались и Бриджес, и Джилленхол. Но Академия решила, что девушка перетерпит (фото: kinopoisk.ru)</div></td></tr></table> <a href="/image_pages/346467.jpg.html"> </a>Такой исход дела называют еще «фактором Скорсезе»: заслуженный и всеми признанный мэтр, будучи неоднократно и не по делу обижен Киноакадемией, всё-таки получает болванчика за относительно проходную работу, ибо «давно пора». Ситуация с награждением Джеффа Бриджеса, впрочем, имеет одно существенное отличие: будучи одинаково убедителен в ролях президентов и преступников, хиппи и глянцевых воротил, он чуть ли не впервые сыграл роль, полностью попадающую под «оскаровский» формат. Звезда кантри Бад Блейк еще считается таковой в придорожных барах и боулингах, но с каждым годом фанаты его всё старше, отели – дешевле, женщины – страшнее, а печень – шире. По тону врача и по необходимости блевать за сценой через каждую третью песню понятно, что до инфаркта, цирроза или рака легких осталось всего два&#8722;три года, но знакомство с молодой журналисткой (Мэгги Джилленхол, любившая прежде Бэтмена) заставляет престарелого пьяницу унять гордыню и позаботиться о здоровье. Разумеется, без хрестоматийной фразы «Меня зовут Бад, и я – алкоголик» в таком сюжете было не обойтись, но именно она и заключает фильм в формат Светлого Посыла, без которого «Оскары» если и дают, то со скрипом (культовый «Большой Лебовски» был вызывающе неформатен, ввиду чего официальная критика встретила его весьма прохладно, хотя и смягчилась впоследствии под давлением народных масс). При этом адресатами данного Посыла выступают не 60-летние алкоголики (с ними, в общем, всё ясно, хотя шанс на «достойное дожитие» лучше использовать, что подчеркивается неоднократно), а их потенциальная смена, кою в фильме представляет восходящая звезда кантри в исполнении Колина Фарелла. Однако рядовые зрители, в отличие от киноакадемиков, вправе оценивать картину со строго противоположных позиций, в частности, насколько желание создателей зачесть нотацию портит фильм в целом. В случае с «Сумасшедшим сердцем» &#8722; не портит. Это в меру лиричная и по-хорошему обывательская лента, насколько вообще могут быть обывательскими фильмы про кактусы, ковбойские шляпы и сапоги из змеиной кожи. По крайней мере, поступки и мотивы героев выглядят органично, а на месте Блейка можно при желании представить многих выходцев из Ленинградского рок-клуба. Подкупает и тот факт, что режиссер Скотт Купер искренне попытался сбросить с кантри ярмо «музыки для реднеков», кроме того, изобразил быт и нравы южных штатов с любовью если не уроженца, то благодарного туриста. Другой вопрос, что какая-нибудь типичная для северян шпилька, вроде праздника пьяного амбарного танца, могла пойти «Сумасшедшему сердцу» только на пользу: двух с половиной событий для полноценного полнометражного фильма всё-таки недостаточно. <b>«Невидимая сторона» Джона Ли Хэнкока («Оскар» за лучшую женскую роль)</b> <table cellspacing="0" cellpadding="0" class="imgleft"><tr><td><img src="http://img.vz.ru/upimg/346/346468.jpg" width="250" height="200" title="Вряд ли эта роль стоила Сандре Баллок особых усилий: актриса и в жизни много времени отдает благотворительности (фото: kinopoisk.ru)" alt="Вряд ли эта роль стоила Сандре Баллок особых усилий: актриса и в жизни много времени отдает благотворительности (фото: kinopoisk.ru)"><div>Вряд ли эта роль стоила Сандре Баллок особых усилий: актриса и в жизни много времени отдает благотворительности (фото: kinopoisk.ru)</div></td></tr></table> <a href="/image_pages/346468.jpg.html"> </a> У Него есть черная кожа, прописка в гетто, мать-наркоманка, центнер с гаком живого веса, гангста-приятели, нелюдимый характер и категорическое неумение учиться в школе. У Неё – белые волосы, консервативные взгляды, дом – полная чаша, муж, двое детей, фигура Сандры Баллок и удостоверение члена национальной стрелковой ассоциации. Но Она подберет Его буквально на дороге и поделится: парню будут дадены кров, пища, репетитор с лицом Кэти Бейтс, машина, охапка полосатых свитеров, любовь и официальное усыновление. Разумеется, вскоре лягушонок превратится в принца – начнет хорошо учиться, поступит в колледж наглухо республиканского штата Теннеси, где будет выглядеть, как муха в молоке, и, наконец, станет футбольной звездой национального масштаба. Просто в силу того, что наш мир населяют исключительно хорошие люди (включая и мать-наркоманку), по крайней мере, единственный отрицательный персонаж в фильме – социальная чиновница, задавшаяся логичным вопросом – не из корыстных ли соображений белая республиканская кость приголубила черную божью корову. Blind Side – это и термин в американском футболе, и намек, что скрытый потенциал каждого на глазок не выявишь: ты полюби его черненьким, а там уж и откроется у оборванца богатый внутренний мир. Саркастическая усмешка и громкое «не верю!» напрашиваются, но напарываются, однако, на то, что снят фильм по книге, основанной на реальных событиях (есть, словом, женщины в теннесийских селениях). Это, конечно, лишает права предъявлять к «Невидимой стороне» претензии за карамельно-клюквенную фабулу, но не отменяет тот факт, что всё происходящее на экране слишком уж буднично выглядит. Будто речь о стране, где зажиточные семьи сплошь и рядом берут на содержание великовозрастных двоечников из Гарлема, а все новостные сюжеты про замученных до смерти приемышей (причем не выпускного, а вполне себе ангельского возраста) нам померещились. Впрочем, может, и берут: добру, в отличие от зла, прорваться в информационное пространство непросто. Однако ощущение, что сюжет построен то ли на частном случае безумия, то ли на абсолютной условности все равно никуда не делось. Так, если в «Сумасшедшем сердце» материнский инстинкт заставляет героиню сделать исчерпывающие выводы на основании того, что за её ребенком просто недоглядели в торговом центре, то в «Невидимой стороне» на самодовольную гармонию семейства не повлияла даже автоавария, в которой усыновленный амбал едва не погубил их родного сына. А если и повлияла, то вчерашняя «мисс конгениальность» &#8722; сегодняшняя лауреатка «Оскара» нам этого не продемонстрировала. Конечно, установка «твори добро, и тебе воздастся» для христианской цивилизации бесспорна. Но так уж вышло, что тезис, транслируемый «Невидимой стороной», имеет, что палка, два конца, причем второй является антитезой «Сокровищу». Если фильм Ли Дэниелса призывает верить в себя и выбираться из гарлемского ада самостоятельно, то картина Ли Хэнкока советует спокойно плыть по течению своей мутной речки, благо на каждого черного парня найдется своя Сандра Баллок. Увы, стремления что-то делать руками будущая звезда футбола не обнаруживает ни до усыновления, ни после. #{video1} #{video2} #{video3}

Теги:  , кино, Оскар, рецензиидрама

Закладки:
Google Bookmarksdel.icio.usMa.gnoliaNews2.ruБобрДобр.ruMemori.ru
]]>КультураThu, 11 Mar 2010 20:55:11 +0300Культура: «Аватар» наступил на мозоль нашего обществаhttp://www.vz.ru/culture/2010/3/11/382980.html382980 Избрав путь «вынужденного предательства» во имя правды, американский морпех поступил очень по-русски, очень по-нашему. Современный русский Иван, окажись он на месте Джейка, сделал бы то же самое, и даже с большей решимостью, чем тот заокеанский Джейк. И нави наверняка бы приняли нашего Ивана с куда большим доверием: чтобы в этом убедиться, достаточно прочесть слово «нави» наоборот. За океаном случилась большая кинематографическая сенсация, граничащая со скандалом: «Аватар», самый громкий блокбастер года и века, взял всего три «Оскара» вместо желаемых девяти. И те три – во второстепенных номинациях: «Лучшие визуальные эффекты», «Лучшая операторская работа», «Лучшая работа художника-постановщика». Однако говорить о провале фильма как минимум смешно: то, что не получил золотыми статуэтками, «Аватар» взял живыми деньгами. Всего в мировом прокате новое творение знаменитого голливудского кудесника Джеймса Кэмерона собрало более двух с половиной миллиардов долларов. В России самый кассовый фильм всех времен и народов также стал безусловным лидером проката, заработав три с лишним миллиарда рублей. Фильм Кэмерона без малого два месяца собирал длинные очереди у касс и полные залы при просмотре; на него шли целыми семьями и офисами; никогда еще со времен первых, легендарных «Звездных войн» у отечественного зрителя не возникало такого страстного желания смотреть и пересматривать какую-либо картину. Не будет преувеличением сказать, что у нас «Аватар» сделался настоящим народным любимцем. #{photos=381993}Больше того, в России новый фильм Кэмерона стал не просто «зрелищем», но и общественным явлением. Он породил девятый вал дискуссий в блогосфере, которые не угасают до сих пор. В этих жарких дискуссиях участвуют не только фанаты и любители кино, но и писатели, журналисты, культурологи; люди, казалось бы, далекие от фантастических и развлекательных жанров. Все чаще создается впечатление, что многим нашим соотечественникам созданный Кэмероном «этот новый мир» кажется гораздо более реальным, нежели нашенский, привычный, тот, в котором все они живут. В чем же причина столь феноменального успеха «Аватара»? Есть три точки зрения на этот счет. Одни считают, что причина более чем тривиальна: это красивая, объемная «картинка». Действительно, красоты далекой планеты Пандоры, искусно вылепленные Кэмероном и показанные в продвинутых стерео-кинозалах IMAX/RealD/3D, никого не оставляют равнодушным. Подобного раньше не было, а если что и было, то не в таком масштабе, не с таким размахом. Поистине, «Аватар» &#8722; первый фильм XXI века, века сверхвысоких информационных технологий, которые все увереннее стирают грань между фантастикой и реальностью. По крайней мере, в «Аватаре» эту грань уже не видно. Другие полагают «Аватар» красивой сказкой, которая вдруг оказалась близка и понятна миллионам сердец во всем мире. В самом деле, здесь все как в сказке: незамысловатый, архетипичный сюжет; сильные, яркие герой и героиня, их светлая любовь; волшебный мир, полный чудес и тайн, похожий на оживший сон; могущественное зло под личной добра, готовое разрушить эту красоту ради презренных меркантильных выгод; великие испытания, сквозь которые с честью проходят герои; и заслуженная победа в конце сказки – победа красоты, добродетели и справедливости. Для третьих «Аватар» &#8722; настоящая психологическая, отчасти политическая, нравственная драма. Они воспринимают сказочное действо на Пандоре со всей серьезностью и указывают на «вечные» вопросы, которые ставит Кэмерон перед своими героями, а значит, перед зрителями. Например, предатель ли Джейк Салли, главный герой фильма, землянин, воплотившийся в теле «аватара», отправленный на спецзадание к нави, индейцам Пандоры, а затем перешедший на их сторону в противостоянии с землянами? Вообще, кто прав в этом конфликте: наши, то есть земляне, явившиеся на чужую планету для добычи некоего особо ценного для землян минерала, либо нави, чужие, готовые с оружием в руках отстаивать свой дом? С оружием, кстати говоря, заведомо менее совершенным, нежели то, каким располагают пришельцы-земляне. Или такой вопрос – остался ли человеком Джейк Салли, превратившись в одного из «них»? Признаюсь, мне ближе третья точка зрения, закономерно вбирающая в себя первые две. Как бы изумительно красив и дивно сказочен ни был «Аватар», он не тронул бы нас, посмотревших этот фильм, так сильно, если бы мы не увидели в нем себя, свою жизнь, отчасти реальную, отчасти воображаемую и отчасти – желаемую. Если бы не умели ценить красоту, сопереживать людям – именно людям, себе подобным! – и верить в справедливость, в ту «правду», которая и есть Сила. Если бы не разглядели на широком полотне Кэмерона свои ошибки, свои страхи и свои надежды. В этом смысле, конечно, «Аватар» – фильм больше о нас, земных и грешных, чем о чужих и дивных инопланетянах. Собственно, трехметровые гиганты нави, живущие в гармонии с природой своей планеты, – это и есть люди; люди, еще не испорченные благами, искушениями и иллюзиями «высокоразвитой» цивилизации. Но уже достаточно зрелые, чтобы воспринимать насилие над Матерью-Природой как… безумие, требующее обязательной терапии живым общением с этой самой Матерью всего живущего. А земляне, прибывшие на Пандору, чтобы черпать ее богатства, – это, конечно, не люди, вернее, люди только снаружи, внутри – машины, программы, живые станки для добычи денег. «Они сидят на моих бабках!» – с каким искренним недоумением в голосе, с какой неподдельной обидой говорит о нави Паркер Селфридж, предприимчивый босс земной корпорации. Он готов презентовать туземцам Пандоры любые блага своей цивилизации, лишь бы те ушли с хлебного места, отдали свой дом под выработку, пожертвовали, как сказали бы мы, «традиционными ценностями» в пользу комфортного существования. Но – вот ведь чудеса! – этим странным нави не нужен комфорт, так обожаемый землянами; от землян-пришельцев им вообще не нужно ничего! «Нам нечего им предложить», – объясняет своим прежним сородичам Джейк Салли, «аватар», принятый нави в свое племя и познавший их образ жизни изнутри. Все так, но одного Джейк Салли недоговаривает – режиссер предпочитает, чтобы это договорили за него мы – землянам нечего предложить не только нави, но и самим себе. В самом деле – что? Джинсы? Пиво? Теплые сортиры? Мощные машины? Грозного «Папу-Дракона» с четырьмя несущими винтами, обвешанного пулеметами и ракетами? Это всё, к чему мы пришли за тысячи лет прогресса, всё, чем мы богаты и чем можем похвастаться перед иной цивилизацией? Но на всякого мудреца довольно простоты; рано или поздно эта простота побеждает «цветущую сложность», и на всякого «Папу-Дракона», насыщенного электроникой механического монстра, всегда найдется настоящий, живой Большой Красный Дракон с отважным, находчивым и удачливым героем-наездником. Неудивительно поэтому, что зрители в большинстве своем симпатизируют не «родным» воякам, а индейцам с Пандоры – те получаются и мудрее, и человечнее «наших», и высшая справедливость как-то незаметно, но верно оказывается на их стороне. Так внешний конфликт «люди против чужих» трансформируется во внутреннее противоборство «чужие против людей», где «чужие» – это пришельцы и их машины, а «люди» – это те, кто защищает от пришельцев родной дом и землю предков – или, говоря терминами Л. Н. Гумилева, свой вмещающий ландшафт; и люди закономерно побеждают в этой битве. Под синей кожей нави зритель легко угадывает людей: люди – это не те, кто снаружи напоминает человека, а те, кто живет по-людски, по законам человечности. Однако тема предательства остается, подвисает Дамокловым мечом; ни герой, ни режиссер не дают ответа на последний вопрос полковника Кворитча, главного антагониста: «Каково это, предать свою расу?» И шире: можно ли предать «своих», если они неправы? Это вопрос ко всем нам, пожалуй, главный вопрос «Аватара». Тут же он распадается на множество других вопросов – от них не уйти. Можно ли предать Родину, если она неправа? Нацию? Человечество? А корпорацию? Работодателя? Воинское братство?.. Опасное лукавство «Аватара» в том, что он мягко, ненавязчиво, но все же переводит главный вопрос фильма из политической плоскости в моральную. И тем наступает на больную мозоль нашего общества – общества, в котором моральные, «общечеловеческие» ценности, пусть и изрядно обесценившиеся за годы «реформ», все равно звучат сильнее патриотических, национальных. Нынешние российские обыватели в массе своей космополитичнее своих отцов и дедов времен Союза ССР; в пору наступающего на них со всех сторон глобализма они чаще ощущают себя «гражданами мира», чем своего Отечества. Для многих и многих сегодня «свои» – это семья и дом, а не страна и государство; тем более не корпорация; следовательно, «свои» – это там, где дом, где семья, где «правда». Поэтому они готовы простить и даже оправдать «предательство» как переход на сторону недавнего врага, но не готовы – измену «правде». Чем это опасно? Тем, что в пору жестких испытаний, которые всем нам, возможно, предстоят, нашим людям будет трудно сплотиться вокруг своих лидеров и общей цели – вместо того, чтобы сплачиваться, они будут долго и мучительно выбирать каждый «свою» сторону. Причем выбирать они будут не так, как выбирали их отцы и деды в годину Великой Отечественной, а так, как выбирает сегодня «аватар» Джейка Салли. То есть, по примеру любимого героя и по собственным критериям «общечеловеческой» морали, не патриотического долга. Это ослабит нас и сделает более уязвимыми. Ведь «правда», как это не раз уже бывало в жизни, может обернуться огромной, страшной ложью, а роковой выбор уже будет сделан, его не удастся отыграть назад… Первый фильм XXI века – о нас и о том, что очень многое нам нужно в своей земной консерватории поправить. Так поправить, чтобы приблизить «правду» к долгу, сократить разрыв между ними. Да и в российской не мешало бы: найдите, для примера, десять отличий между сюжетом «Аватара» и конфликтом вокруг московского поселка Речник. Увы, очевидно, что многим из сегодняшних зрителей «Аватара» не понравится столь нелицеприятный «месседж» самого кассового фильма всех времен и народов. Они предпочтут пропустить его мимо ушей. Новое творение Кэмерона, наверное, так и останется для них всего лишь красивой, зрелищной сказкой… …До тех пор, пока она не станет былью?#{video1}

Теги:  , кино, ОскарАватар

Закладки:
Google Bookmarksdel.icio.usMa.gnoliaNews2.ruБобрДобр.ruMemori.ru
]]>КультураThu, 11 Mar 2010 17:07:36 +0300